Затишье
Шрифт:
Он смотрит на то, что она рисовала: Эндрю. Небрежные портреты Эндрю на всех стенах от пола до потолка. Он следует за рисунками по коридору, в главную спальню, где прежде он спал с подлинной Сьюзан. Теперь он спит где попало, с какой попало Сьюзан. Он уже не был в их спальне некоторое время, хотя замечал, как Сьюзан ходили туда-сюда с коробками, набитыми вещами. Когда он попадался им на пути, Сьюзан всегда его прогоняли.
Их спальня наполнена Эндрю. На стенах висят портреты Эндрю, которые Сьюзан рисовала на занятиях по изобразительному искусству. Эд уже забыл, какие неприятные и странные эти картины.
Сьюзан поставила сюда кровать Эндрю, и книги Эндрю, письменный стол Эндрю. Одежда Эндрю развешена в гардеробной. В этой комнате нет ни одной машины пришельцев, но и ничего, что когда-либо принадлежало Эду.
Эд надевает на себя штаны Эндрю, ложится на кровать Эндрю, просто на минутку, и закрывает глаза.
Когда он открывает глаза, видит Сьюзан, сидящую на кровати. Он слышит ее запах, это спелый зеленый аромат. Он чувствует этот запах на себе.
Сьюзан говорит:
– Если ты готов, думаю, мы могли бы подняться на чердак вместе.
– Что здесь происходит?
– спрашивает Эд.
– Я-то думал, тебе нужно абсолютно все. Разве это барахло не должно было отправиться наверх на чердак?
– Это - комната для Эндрю, когда он вернется, - говорит Сьюзан.
– Мы подумали, ему будет уютнее спать на собственной кровати. Все это ему может понадобиться.
– А что, если пришельцам будут нужны его вещи?
– спрашивает Эд.
– Что, если они до сих пор не могут сделать тебе Эндрю только потому, что не знают о нем достаточно?
– Это работает совсем не так, - говорит Сьюзан.
– Мы уже близко подобрались. Разве ты не чувствуешь?
– Я странновато себя чувствую, - говорит Эд.
– Со мной что-то творится.
– Ты созрел, Эд, - говорит Сьюзан.
– Это ли не фантастика? Мы почти не верили, что ты когда-нибудь созреешь в полной мере.
Она берет его за руку и тянет, чтобы он встал. Иногда он забывает, какая она сильная.
– Итак, что происходит сейчас?
– спрашивает Эд.
– Я умираю? Мне не кажется, что я болен. Чувствую себя хорошо. Что случается, когда мы созреваем?
При тусклом свете Сьюзан выглядит старше, а может, она как раз и есть старше. Это ему нравится: видеть, как выглядела Сьюзан, когда была ребенком, и как она будет выглядеть в старости. Как будто они прожили все свои жизни вместе.
– Я так и не знаю, - говорит Сьюзан.
– Давай пойдем и выясним. Снимай штаны, Эндрю, и я снова повешу их в гардеробную.
Они покидают спальню и идут по коридору. Эндрю на рисунках, круглые дверные ручки, циферблаты и составленные друг на друга блестящие приборы - все смотрят на них. В эту самую минуту вокруг не видно ни одной другой Сьюзан. Все они заняты внизу. Он слышит, как они над чем-то работают. На мгновение ему кажется, что все сейчас так, как было раньше, только лучше. Эд и Сьюзан одни в собственном доме.
Эд крепко держит Сьюзан за руку.
Сьюзан открывает чердачную дверь и - чердак полон звезд. Звезды, звезды,
Сьюзан садится на пол, скрестив ноги, и Эд садится подле нее.
Она говорит:
– Я хочу, чтобы ты рассказал мне историю. Эд говорит:
– Какую историю? Сьюзан говорит:
– Может, историю, рассказанную на ночь? Когда Эндрю был маленьким, мы обычно читали такую книжку. Я помню одну такую историю о людях, которые зашли в пещеру под горой. Они проводят там ночь, едят, пьют, пляшут, но когда выходят наружу, оказывается, прошло уже сто лет. Ты знаешь, сколько времени прошло с тех пор, как умер Эндрю? Я уже утратила чувство времени.
– Я не знаю таких историй, - говорит Эд. Он ковыряет свою чешуйчатую зеленую кожу и гадает, какая она на вкус.
– Как ты думаешь, на кого похожи пришельцы? По-твоему, они похожи на жирафов? Или на мраморные статуи? На Эндрю? Как по-твоему, у них есть рты?
– Не говори глупости, - отвечает Сьюзан.
– Они похожи на нас.
– Откуда ты знаешь?
– спрашивает Эд.
– Ты что, уже была здесь, наверху?
– Нет, - говорит Сьюзан.
– Но Сьюзан была.
– Давай сыграем в карты, - говорит Эд.
– Или в «Угадайку».
– Ты мог бы рассказать о том, как я впервые встретила тебя, - говорит Сьюзан.
– Я не хочу об этом вспоминать, - говорит Эд.
– Все это прошло.
– Ладно, хорошо.
– Сьюзан садится ровно, выгибает спину, проводит зеленым языком по зеленым губам. Она подмигивает Эду и говорит: - Расскажи мне, какая я красивая.
– Ты - красивая, - говорит Эд.
– Я всегда думал, что ты красивая. Все ты. А как тебе я? Я - красивый?
– Не ехидничай, - говорит Сьюзан. Она придвигается к нему. Кожа у нее теплая и жирная.
– Пришельцы скоро прибудут сюда. Не знаю, что случится после, но это и есть самое неприятное. Я всегда терпеть этого не могла. Я не люблю ждать. Как ты думаешь, может, Эндрю чувствовал то же самое, когда лежал в клинике?
– Вот вернешь Эндрю назад, спроси его самого. Зачем же спрашивать меня?
Сьюзан некоторое время молчит. А потом она говорит:
– Мы решили, что тебя мы тоже сможем сделать. Мы начали постигать, как это все происходит. В конечном счете, это будем ты, я и он - так же, как это было раньше. Вот только отладим его так, как отладили меня. Он не будет таким грустным. Ты заметил, что я больше не грустная? А тебе разве этого не хочется - не быть грустным? И, может, после этого мы проведем испытания по изготовлению еще и других людей. Начнем с самого начала. Сделаем все точно так же, как в этот раз.
Эд спрашивает:
– Ну и почему же они помогают тебе?
– Не знаю, - говорит Сьюзан.
– То ли они считают нас смешными, то ли жалкими, из-за того, как мы торчим здесь неприкаянно. Можно будет спросить у них, когда они прибудут.
Она встает, потягивается, зевает, снова садится, на этот раз на колени Эду, опускает руку, запихивает в себя его твердеющий пенис. Вот так-то. Эд стонет.
Он говорит:
– Сьюзан. Сьюзан говорит:
– Расскажи мне историю.
– Она извивается.
– Любую. Все равно какую.