Заветы
Шрифт:
Я гадала, почему они соображали так долго. Впрочем, микроточки очень малы, да и кому придет в голову заподозрить нашу обаятельную и ортодоксальную печатную пропаганду? Не сомневаюсь, что Очи кучу времени потратили зря, обследуя туфли и нижнее белье.
– У вас есть доказательства? – спросила я. – И если да, кто же оказался паршивой овцой в нашем стаде?
– Мы произвели обыск в типографии Ардуа-холла и задержали Тетку Венди для допроса. Нам казалось, это самый прямой путь к истине.
– Я ушам своим не верю, – сказала я. – Вы подозреваете
– Мы и сами сделали похожий вывод. Она отойдет от потрясения в клинике «Настои и Устои», – сказал он.
Это хорошо. Не делай больно без надобности, но если надобно – будет больно. Тетка Венди – полезная идиотка, однако мухи не обидит.
– Что выяснилось? – спросила я. – На новом тираже наших брошюр нашлись эти, как вы их называете, микроточки?
– Нет, хотя в результате обследования брошюр, недавно привезенных назад из Канады, мы обнаружили несколько микроточек с картами и прочими сведениями от, надо полагать, «Моего дня». Неизвестный предатель в наших рядах, видимо, понял, что после уничтожения «Борзой модницы» подобный способ передачи ему отныне заказан и перестал разукрашивать брошюры секретной информацией из Галаада.
– У меня давно водятся подозрения относительно Тетки Видалы, – сказала я. – Допуск в типографию есть также у Тетки Хелены и Тетки Элизабет, а Жемчужные Девы, отбывая из Ардуа-холла, получают новые брошюры из моих рук лично, так что я тоже должна быть под подозрением.
На это Командор Джадд отвечал улыбкой.
– Вам, Тетка Лидия, все шуточки, – сказал он, – даже в такое время. Допуск есть и у других: там работают несколько помощниц типографа. Но никаких доказательств их правонарушений не имеется, а субститут в данном случае не годится. Нельзя оставлять подлинного виновника на свободе.
– То есть мы по-прежнему в неведении.
– К сожалению. К великому моему сожалению, а следовательно, и к вашему великому сожалению, Тетка Лидия. Мои акции в Совете дешевеют стремительно: я пообещал, что добьюсь результатов. Я чувствую холодность при встречах, резкость приветствий. Я распознаю симптомы неминуемой чистки: нас с вами обвинят в халатности вплоть до предательства – «Мой день» плел заговоры среди нас прямо у нас под носом, в Ардуа-холле.
– Положение критическое, – заметила я.
– Есть способ искупить наши грехи, – сказал он. – Надо немедленно предъявить и выставить на всеобщее обозрение Младеницу Николь. Телевидение, плакаты, большой общенародный митинг.
– Достоинства такого решения я вполне понимаю, – сказала я.
– А еще действеннее было бы объявить о нашей с нею помолвке и транслировать свадебную церемонию по телевидению. Вот тогда нас с вами никто и пальцем тронуть не посмеет.
– Блистательно, как и все ваши планы, – сказала я. – Однако вы женаты.
– И как здоровье моей Жены? – осведомился он, укоризненно задрав брови.
– Лучше, чем прежде, – ответила я, – но
Как ему в голову пришло воспользоваться крысиным ядом – это же так очевидно? Крысиный яд распознается запросто даже в малых дозах. В школьные годы Сонамит не пробуждала в людях расположения, но я не желала дополнить ею коллекцию невест, сгинувших в замке Синей Бороды Джадда. Сказать правду, Сонамит поправлялась; выздоровлению, впрочем, препятствовал ее ужас при мысли о возвращении в объятия любящего мужа.
– Я опасаюсь, что у нее вот-вот случится рецидив, – сказала я.
Он вздохнул:
– Я буду молиться о том, чтобы Господь избавил ее от страданий.
– И я уверена, что ваши молитвы скоро будут услышаны.
Мы поглядели друг на друга через стол.
– Как скоро? – не удержался Командор Джадд.
– Довольно скоро, – ответила я.
XXII
Стоп-сердце
Протокол свидетельских показаний 369А
60
За два дня до того, как мы с Беккой должны были получить свои жемчужные ожерелья, нас во время уединенной вечерней молитвы нежданно посетила Тетка Лидия. Дверь открыла Бекка.
– Ой, Тетка Лидия, – в некотором замешательстве сказала она. – Хвала.
– Будьте любезны пропустить меня и закрыть дверь, – сказала Тетка Лидия. – Времени у меня в обрез. Где Николь?
– Наверху, Тетка Лидия, – сказала я.
Пока мы с Беккой молились, Николь обычно удалялась к себе тренироваться.
– Позовите ее, пожалуйста. У нас ЧП, – сказала Тетка Лидия. Она несколько задыхалась.
– Тетка Лидия, вы здоровы? – встревожилась Бекка. – Хотите воды?
– Давайте без суеты, – сказала та.
Вошла Николь:
– Все нормально?
– Вообще-то нет, – сказала Тетка Лидия. – Положение сложное. Командор Джадд только что разгромил нашу типографию в поисках улик измены родине. Немало перепугал Тетку Венди, но ничего изобличительного не нашел; однако он, к сожалению, узнал, что Агата – не настоящее имя Николь. Ему стало известно, что Агата – Младеница Николь, и он вознамерился жениться на ней как можно скорее, дабы повысить свой престиж. Свадьбу он собирается сыграть на галаадском телевидении.
– Трижды епта! – сказала Николь.
– Следи за языком, будь добра, – сказала Тетка Лидия.
– Меня же не могут заставить! – сказала Николь.
– Уж они заставят, – сказала Бекка. Она совсем побелела.
– Какой ужас, – сказала я. Я же читала досье на Командора Джадда – это не просто ужас, это смертный приговор. – Что нам делать?
– Вам с Николь надо уезжать завтра, – сказала мне Тетка Лидия. – Как можно раньше. Посольский самолет не годится – Джадд узнает и его завернет. Придется другим путем.