Зависимость

Paine Tom

– так у него не зависимость! У него баня то уехала и даже записку не оставила, – сказал Дмитрий, покрутив пальцем у виска.

– я, конечно, не разделяю мнение мажора, но, если серьезно, вы же известный бизнесмен, у вас куча денег! Зачем так считать каждую копейку? Насколько я знаю, у вас даже машины нет, верно? – спросил Андрей.

– именно! Машина – это черная дыра! Мало того, что ее надо заправлять! Так она еще может сломаться, разбиться, да и вообще могут украсть! Сплошные потери денег! Я так могу

совсем без них остаться! – весьма занервничав, ответил Эдуард.

– ага, и жены нет, вероятно, по той же причине, – усмехнулся Дмитрий, – в ее черной дыре могли вообще все деньги исчезнуть.

– именно! – воскликнул Эдуард, словно почувствовал в словах Дмитрия поддержку.

– я не представляю, как можно иметь кучу денег и не тратить их? Жизнь одна! Если ты не тратишь деньги, то что ты с ними делаешь? Сделал себе бабу из долларов и спишь с ней? Или как в том мультфильме сделал себе бассейн с золотыми монетами и плаваешь в нем? – с недоумением сказал Дмитрий.

– с серебряными, – в полголоса добавил Эдуард.

– чего? У тебя бассейн с серебряными монетами? – удивленно спросил Андрей.

– и что ты с ними делаешь? – добавил Дмитрий.

– да, у меня бассейн с монетами. Раз в месяц я перечитываю все монеты, какие там есть, и это меня весьма успокаивает. А еще у меня есть несколько комнат с купюрами разных стран и времен, и, когда я их разглядываю, меня это тоже успокаивает, словно греют меня, – ответил Эдуард, немного успокоившись, вспомнив о своих деньгах.

– ты не боишься рассказывать про комнату то? А то вдруг мы решим тебя обокрасть? – с ухмылкой спросил Дмитрий.

– боюсь немного, но я не всем об этом рассказываю, а вас всех, если что, я запомнил, да и деньги мои хорошо охраняются.

– Дмитрий, не надо подстегивать Эдуарда. Еще раз напоминаю, мы здесь друг друга поддерживаем, а не пытаемся спровоцировать инциденты, – сказал Горский, строго посмотрев на Дмитрия, – полет проходит хорошо. Кто следующий желает представиться? – обратился Горский к оставшейся Татьяне и Ивану.

Иван застенчиво посмотрел сначала на Горского, затем на Татьяну. Заметив на себе взгляд Ивана, Татьяна сказала:

– давайте, наверное, я. Иван, видимо, еще не готов.

– не готов? К чему? Достать свой топор и порубить нас всех в капусту? – с издевкой сказал Дмитрий, – хотя лучше сначала послушать прекрасную девушку, а уж потом маньяка.

Андрей промолчал, лишь твердой рукой ударил в плечо Дмитрия.

– чего? – обиженно ответил Дмитрий Андрею, потирая руку в месте удара.

– ну, если все успокоились, то я начну. Конечно, рассказывать то и нечего, зовут Татьяна, двадцать восемь лет. Мать умерла, отец – алкоголик, я уже, вероятно, тоже, поэтому собственно и здесь.

– это замечательно! Признание проблемы – это уже половина решения! – подметил

Горский.

– наверное, хотя держаться получается плохо. Обстановка не помогает процессу.

– что вы имеете в виду? – спросил Горский.

– ну дома отец алкаш не просыхает ни на день, на работе тоже алкоголь и пьяные компании. Вот и получается, что все время рядом алкоголь и дома, и на работе, и после нее топлю все печали в нем. Поддержать некому, все подруги такие же, как и я, только проблем в том, что пьяные шесть дней в неделю не видят.

– к вам пришло какое-то осознание порочности того круга, в котором вы живете? – спросил Валерий.

– ага, типа того, в какой-то момент я проснулась после очередной вечеринки, головная боль, непонятное место, люди, и тут меня словно что-то огрело по голове. Посмотрела вокруг и задала себе вопрос, действительно я хочу себе такой жизни?

– и что вы ответили себе?

– если честно, я задавала себе это вопрос уже не в первый раз, однако в этот раз я поняла, что больше не хочу этого всего.

– и как сейчас обстоят ваши дела?

– имеете в виду давно ли не пью?

Горский утвердительно кивнул.

– после последнего срыва прошел уже месяц. Вот, получается, месяц и не пью.

– получается себя контролировать?

– с трудом, первую неделю было тяжело, срывалась на всех подряд. Через неделю пыталась найти повод выпить, но вроде сдерживаюсь пока.

– отлично, надеюсь, наши собрания помогут вам справляться еще лучше.

– я тоже, – с легкой улыбкой сказала Татьяна.

– так, ну и остался у нас, пожалуй, только вы, – сказал Горский, указав рукой на Ивана, – представитесь? Не стесняйтесь.

– хорошо, меня зовут Ваня, мне тридцать семь лет.

– Иван, расскажите, как вы оказались в нашей группе, – сказал Горский.

– меня направил к вам Сергей Павлович. Раз в неделю меня мама приводит к нему. Я рассказываю, что со мной за неделю произошло. Он что-то записывает. Потом они обычно с мамой о чем-то говорят и иногда ругаются, – ответил Иван, опустив глаза и пытаясь уйти от взглядов остальных.

– его до сих пор мама к врачам водит! Ну точно маньячело! Он поди еще и спит с ней вместе, – с ухмылкой выкрикнул Дмитрий.

– успокойтесь, Дмитрий, если у человека сильная привязанность к матери – это еще не значит, что он маньяк, – попытался успокоить Дмитрия Горский, после чего обратился к Ивану, – если честно, про вас Иван мне Сергей Павлович почти ничего не рассказывал. Может вы скажите, почему именно вас он направил к нам в группу? Чрезмерная зависимость от матери?

– не трогайте мою маму! – выкрикнул Иван и резко встал со стула, после чего вновь потупил взгляд в пол и, словно пытаясь спрятаться, скукоживаясь в своем свитере, сел на место.