Зависть
Шрифт:
Стас все это инстинктивно чувствовал, став неврастеником и психопатом. И вот, эта встреча и неразумное поведения привело его в новую ситуацию, где открывались фантастические горизонты.
– Сейчас у меня две главные проблемы – это найти человека, которому я смогу доверить свой бизнес здесь. Я думаю, что ты с этим справишься, а жить ты будешь так, как захочешь.
Мэгги порылась в сумочке.
– Это тебе на первое время, – она протянула ему деньги.
– Сними квартиру и купи одежду.
Как современная женщина она считала, что секс,
Детьми она не занималась, предоставив мужу все заботы о них. Только изредка она встречалась с дочерью и сыном, – общалась с ними чисто формально, давая необходимые средства и не вникая глубоко в то, что интересовало их.
Главной заботой и интересом ее жизни были мужчины вообще, и конкретно на определенный период она привязывала к себе какого-нибудь из них, а потом расставалась без сожаления, потому что где-то наклевывался новый вариант.
Сказать, что она меняла мужчин как перчатки будет неверно. На время отношений она увлекалась, иногда сильно, иногда нет, но длилось это до тех пор, пока не пропадала острота ее сексуальных переживаний. О любви она не знала ничего, и если кто-нибудь рассказывал о ней, ее это не интересовало, как не интересует непонятный предмет. И все это подтверждало то, что у нее отсутствует душа.
В общем, она была простым и примитивным человеком, усвоившим для себя некоторые правила, которые ей давали возможность зарабатывать, а вернее было бы сказать, получать деньги за то, во что она ничего не вкладывала, а эксплуатировала родительский капитал с помощью более умных и образованных людей.
Обычно те мужчины, с которыми она сходилась, сразу включались в те дела, которые на данный период интересовали Мэгги. В России у нее было небольшое предприятие по изготовлению канцелярских товаров.
Для простоты все документы она оформила на третьих лиц, чтобы лично ей не засвечиваться, потому что период спокойного бизнеса для иностранцев не наступил. Вводились постоянно ограничения, и это ухудшало возможности прибыли от ее дела.
У нее был сотрудник, который считался «хозяином», он имел двойное гражданство и пользовался всеми льготами, предоставляемыми малому бизнесу. Так что теперь она могла поменять этого «хозяина» на нового, но нужно было понять, насколько ее новый знакомый сможет заменить старого.
Мэгги стало казаться, что старый ее знакомый хочет развалить ее небольшое предприятие. С ним якобы связываются подозрительные люди, и она захотела вмешаться в этот процесс и его остановить. Это ее озаботило, когда вдруг месячная прибыль предприятия уменьшилась и объяснения «хозяина» ей показались неубедительными.
Описание всех сложностей дела невозможно из-за запутанности, которую и сама Мэгги не могла понять до конца, но то, что сейчас она хочет Стаса ввести в дело, стало ее главной забот. Она это
Он не должен был ничего делать, кроме того, как наблюдать за работой людей ему подчиненных. В его обязанности входило только докладывать о чем-то подозрительном, но сначала он должен был узнать от Мэгги, что конкретно может происходить. В течение вечера она ему все объяснила, и он стал «крутым» по мановению руки богатой иностранки, о чем он не мог и мечтать.
42
Чудо случилось, и теперь нужно было соответствовать, что показалось Стасу делом простым в том приподнятом настроении, в котором он находился, познакомившись с Мэгги. Все что в нем было спрятано глубоко, как лавина разрушило старый стереотип, и он сам себе казался другим, новым и совершенно не имеющим отношения ко всему, что было в его жизни до этого. В таком странном состоянии он прожил неделю, другую, ходил в офис в дорогом костюме и чувствовал себя от всех этих перемен счастливым.
Мэгги в это время уехала и общалась по телефону с ним каждый вечер. О чем они говорили непонятно, но Стасу было как-то неуютно без нее в огромной квартире, которую они сняли. У него не было занятий, и он переживал свою незанятость, как нагрузку, от которой его отвлекал телевизор
Друзей у него было мало и отношения с ними, кроме Владимира, сводились к простому рассказу о своей жизни и выслушиванию других. Все это простое времяпровождение занимало много времени, потому что серьезных обязанностей у него не было никаких.
Мэгги приезжала и уезжала, и их отношения оставались такими же, как в начале знакомства. И однажды Стас почувствовал свою полную зависимость от этой женщины, и нравственную и материальную. И тогда у него возникло прежнее ощущение неудовлетворенности
Он понял это, и его это оскорбило в первый момент, а потом он подумал, что надо как-то подумать и о себе. Он чувствовал себя приставкой к Мэгги, и тут он вспомнил, что у него есть ребенок, и он набрал телефон Даши.
– Але. Это я, – он молчал, испытывая чувство вины перед Дашей, его женой и матерью его ребенка.
– Да, я слушаю. Что у тебя? – Даша от неожиданности звонка не знала, что говорить.
– А что у тебя? Как Никита?
Даша молчала, не, зная, что отвечать. Ей казалось, что столько воды утекло, а прошло всего полгода, и за это время она много чего передумала и перечувствовала.
Первое спокойствие, после ухода Стаса сменилось страшной депрессией, когда она не находила себе места и плакала иногда непонятно отчего, а потом мечтала о друге, о мужчине, и мысли о любви к Стасу вдруг стали превращаться, как и тогда в первый раз, когда он исчез, во что-то совершенно новое. Все негативное уходило куда-то, и она думала о том, что, возможно, он вернется и все наладится.