Зеленый
Шрифт:
«Ты меня слышишь?»
Псион не стал пробиваться сквозь блок, а как ему и сказали, попытался установить контакт. Снова.
«Слышу. А ты меня?»
«Наконец! — в мыслях псиона чувствовалось облегчение».
— Он ответил мне, — обратился он вслух к профессору.
— Он?
— Объект ваш.
— И что он сказал? — обрадовался Мурр.
— Что слышит меня. И спросил, слышу ли я его. Итак, что мне ему сказать?
Дальше псион выступал в роли переводчика. Он говорил профессору то, что сказал ему Игорь, а затем передавал ему ответ Мурра.
«Я слышу тебя, — ответил Мыр».
«Кто
«Мы сполоты».
«Сполоты? Это ваше самоназвание? Мне сложно представить цепочку эволюции, которая заставила бы котов стать прямоходящими и развила у них разум. Ведь коты изначально хищники. Зачем хищнику разум, если ему и так неплохо?»
«Ты знаешь об эволюции?! — передал Мыр удивление профессора».
«Знаю. Ещё у нас, разумных Земли, считается неприличным отвечать вопросом на вопрос, избегая ответа. А у вас?»
«У нас тоже. Наша раса появилась в результате экспериментов Древних. Некогда на просторах нашей галактики жили разумные, которые достигли невероятного уровня развития технологий. Они меняли расположение планет и делали из безжизненных «шариков» пригодные для жизни планеты. Они ставили эксперименты, в результате которых появилось несколько разумных видов, среди которых в том числе сполоты. А как появился ваш вид? Тебе об этом известно?».
«Эволюция. Мои сородичи появились на свет в процессе долгой эволюции, которая началась почти четыре миллиарда оборотов моей планеты вокруг светила назад. Зачем вы меня похитили?»
«Мы тебя не похитили. Это была научная экспедиция, которая собирала образцы растений и животных».
«Ты назвал одно и то же разными понятиями. Если бы в качестве образца выступали вы, а в качестве ученого я, то разве это не было бы для вас похищением?»
— Профессор Мурр, — обратилась к нему студентка, — а ведь мы действительно похитили это дерево. И как вы собираетесь ему объяснить это?
— Никак, — отмахнулся он. — Это наука, милочка. М-р-р… Если бы я каждому объекту исследований что-то объяснял, то так и остался бы стажёром.
— Старик, мне нужно что-то ответить этому ископаемому топливу, — устало морщился от накатываемой головной боли псион. — Или мы на сегодня закончили?
— Нет-нет, — тут же возразил Мурр. — Скажите ему…
«Наши учёные не знали, что ты разумное существо. Они собирали образцы неразумной флоры и фауны. Лишь сейчас стало понятно, что ты разумный. К сожалению, назад отыграть не получится».
«Вы могли бы вернуть меня обратно на мою планету туда же, откуда взяли, — ответил Игорь. — Это обычная вежливость разумных. Если кого-то похитили по ошибке, то логично будет вернуть его обратно».
«Не получится. На вашей планете обнаружили разумную жизнь. По законам Содружества разумных видов, в которое входят сполоты, запрещено посещение диких миров, представители которого не научились летать в космосе хотя бы до соседних звёзд. Поэтому мы не можем полететь на твою планету. Нам этого никто не разрешит».
Вроде бы ложи в мыслях сполота не чувствовалось, но Игоря не покидало ощущение развесистых макаронных изделий на слуховых органах. С одной стороны, с ним разговаривают. С другой, за равного даже не думают считать. Подопытный образец — вот кто он. И таковым
Если уж сполоты умудрились узнать, что он разумный, то отследить то, как он будет выращивать в корнях тело нового аватара, они смогут в два счёта.
Нужно торговаться и выбить хоть какие-нибудь поблажки, которые помогут с пробегом. С этими мыслями он продолжил:
«У меня мало ресурсов. Мне необходима большая площадь для роста».
— Старик, — взглянул на него Мыр, — дерево просит расширить ему угодья.
— На какие кредиты? — фыркнул Мурр. — Я еле выбил средства на эту оранжерею.
«К сожалению, это невозможно. Это и так самая большая площадь из тех, которые вам могут быть предоставлены».
«За стенами много свободной земли».
«Руководство не позволит высадить эндемик за пределами оранжереи. Таковы правила. В прошлом бывали случаи, когда инопланетные растения уничтожали всю планетарную флору, а вместе с ней и фауну».
Игорь понял, что его ни за какие мольбы не выпустят на свободу. От этого ему стало ещё более грустно. Но он не сдался.
«В таком случае можно хотя бы добавить в этом помещении более мощные растения и побольше удобрений, почаще полив? Меня устроят сорняки. Очень живучие и быстрорастущие крупные сорняки».
Сорняки содержат больше жизненной энергии, чем прочие травы. Игорю необходимо увеличить приток энергии. И если его не отпускают на волю, то он сбежит сам. Но сначала энергия.
— Сорняки? Ещё крупные и живучие? — удивился профессор. — Удивительная просьба. Можно привезти истерианскую бамбу. У неё бешеный рост и выживаемость. Но выживет ли наш объект?
Псион передал вопрос Игорю, на что тот без раздумий ответил:
«Выживу».
А чего бы не выжить тому, чьи корни и лианы могут иссушить любое растение до донышка? Наоборот, чем более живучее растение, тем ему лучше. Это означает повышение притока энергии. Но вначале придётся вложиться в усиление сорняков, чтобы профит был больше.
— Хорошо, — кивнул Мурр. — Мыр, передайте объекту, что мы высадим тут сорняки.
После первого контакта было ещё пять подобных бесед раз в две недели. Каждый раз с Игорем общался новый менталист, и каждый из них пытался проникнуть в его сознание. Это серьёзно стимулировало его налечь на окклюменцию, в которой он начал продвигаться семимильными шагами.
Обещанные растения ему доставили через месяц. Это оказалась трава наподобие бамбука. Росла она невероятно быстро и мгновенно заполонила всё пространство оранжереи. Игорь с трудом успевал проникнуть своими корнями в новые ростки, но в итоге взял под контроль все сорняки. Последние даже без его поддержки вымахали до самого потолка. А когда он напитал их силой, то они укрепились и выпустили корни до самого основания.