Зелимхан
Шрифт:
— Зелимхан набег сделал. Зелимхан среди дня в город вошел. Зелимхан днем среди города стрельбу открыл. Зелимхан, пока переплывали Терек товарищи, один на том берегу стоял, один роту солдат отбивал. Молодец Зелимхан! Харачоевский Зелимхан!
Слава ворочала ущелья, перекликалась с хребта на хребет.
Полковник Вербицкий отсиживал кизлярское нападение в Грозном, в том же клубе, за картами опять же. И опять хвалился зелимхановским письмом:
— Думает — дурака нашел. Так я ему и поверю. Святослав, подумаешь, нашелся: «Иду на вы». Эти времена, милостивые государи, давно прошли. Не Зелимхану в Святославы играть.
Быть может, именно в этот момент зелимхановцы нашивали погоны Кизляро-Гребенского
К обеду настойчивый телеграф выстукивал ошеломляющее:
«Днем… Шайка в 60 человек под предводительством… Примите…»
Меры приняли. Из самого Кизляра следом за абреками поскакал пристав Вариев. дорогою и через мост. Как полагается всем уважающим себя честным людям. В Александрийской присоединился атаман станицы с 20 казаками. Тоже нагонять. Нагоняя, нашли печатку с надписью: «Магомет Али». Магомет Али — абрек Хасав-юртовского округа. Был на каторге и бежал. Пополнил, значит, теперь зелимхановские кадры.
Кизлярские городовые и александрийские казаки выбились из сил. Им на помощь подбросили все боевые силы Грозненского, Веденского и Хасав-юртовского округов. Они заняли дороги и тропы, ведущие из Кизлярского отдела и Кумыкской плоскости в горную Чечню. Команда штабс-капитана Ардабьевского напала на след. Потребовала у старшины попутного селения содействия. И старшина посодействовал: направил Ардабьевского в сторону. По ложному следу.
Абреки ушли, не потеряв ни одного из товарищей убитыми или плененными. Власти арестовали, правда, каких-то незадачливых горцев в Кизляре, в Хасавюрте, в Сагопше. Но из этих «участников нападения» не удалось сделать даже маленького дела о кизляр-ском ограблении. А немного дней спустя прислал Зелимхан благодарность участковому начальнику Абдул Кадырову.
— За что?
— Твои люди разожгли костры у своих становищ и помогли ему не напороться на них. Баркалла, Абдул Кадыра сын!
Баркалла — чеченское спасибо. Это спасибо Зелимхан мог прислать не только Абдул Кадырову. Вербицкому мог прислать. Аверьянову — помощнику его. Кто из них так или иначе не помогал Зелимхану?..
Вербицкий выждал в Грозном помощника начальника области князя Орбелиани и прокурора Зайцева, чтобы вместе с ними прибыть на место происшествия.
Марш Зелимхана из Чечни в Кизляр изумил терских военачальников. А реакция Чечни на этот марш вырастала в политическую угрозу. И канцелярия начальника Терской области и наказного атамана Терского казачьего войска поспешила объявить «во всеобщее сведение, что деньги, собранные населением Веденского округа в сумме 8000 рублей и предназначенные в награду за поимку или уничтожение разбойника Зелимхана Гушмазукаева, до сего времени хранятся полностью в депозитах начальника области, о чем неоднократно объявлялось населению. Несмотря, однако же, на то, что прошло уже более двух лет, а до сего времени не нашлось такого лица, которое выполнило бы эту задачу, а потому признается необходимым с одобрения наместника его императорского величества на Кавказе вышеназванную сумму, в случае поимки или уничтожения Зелимхана Гушмазукаева и его сотоварищей, выдать не одному лицу, а всем тем, кто тем или другим способом будет содействовать его поимке или уничтожению, по справедливой оценке их трудов и риска, которому они подвергались».
Терских военачальников поразил не только марш Зелимхана. Молодеческая беспечность атамана Вербицкого поразила их тем более: живьем же можно было съесть в Кизляре Зелимхана. А Зелимхан ушел, не потеряв ни одного убитого.
И Вербицкого предали суду. Не за насилие и расстрелы, чинившиеся им в Чечне. Не за грабеж и разорение Чечни. За бездействие власти.
Аверьянова и Абдул-Кадырова тоже.
АССА
После
Зелимхан разрабатывал новые планы. Говорил о них со старым волком Юсупом Датыхским, и однажды вдруг прекратил разговор:
— Волла-ги, билла-ги, Юсуп, я видел во сне, что ты скоро пойдешь мириться с русскими и предашь
меня.
Юсуп кругленький, Юсуп весельчак. Он посмеялся зелимхановским словам и, расставшись с Зелимханом, через доверенных заторопил начальника округа:
— Скорее надо. Знает откуда-то Зелимхан…
Поиск капитана Дудникова кончился неудачно.
Последующий майский поход Вербицкого имел целью выполнить предписание наместника: «Сверх того самые постройки хутора Цорх уничтожить». Десяток ингушских мазанок уже являл угрозу русской государственности.
Князь Андроников — новый начальник Назрановского округа. Новый начальник затеял новый поход.
Князь — гвардейский офицер. Он только что прибыл в крут, за какую-то провинность будучи лишен права продолжать службу в гвардии. Традиция установила для таких выходцев службу по министерству внутренних дел. Но старая гвардия умела сохранять свои привилегии: выходцы из гвардии направлялись на Кавказ, управляющийся министерством
военным.
Гвардейский князь подошел к вопросу, как военный. По его стратегии в горную Ингушетию войска должны были пройти со всех четырех сторон света. Чтобы отрезать Зелимхана от этих четырех сторон. Далее, так как опыт показал, что ни казаки, ни охотники, ни, тем более, пехота не приспособлены к условиям горной войны, гвардеец решил заменить казаков конными же дагестанцами. Сотней регулярного Дагестанского полка. Ведь преимущество дагестанцев еще в том, что, убей Зелимхан одного из них, остальные будут считать себя его кровниками. И в дальнейшем будут ловить Зелимхана как своего кровного врага.
Андроников развивал свои планы начальнику области. Начальник области — наместнику. Наместничество областям — Дагестанской и Терской.
В письме к приятелю Андроников идеологически обосновывал свой поход:
«Мой святой долг во что бы то ни стало, хотя бы и ценой жизни, уничтожить этого подлого труса — Зелимхана, нападающего из-за скал и горных трущоб».
В продолжение нового похода летом 1910 в Чечню перекочевала сотня Дагестанского полка с командиром штабс-ротмистром Данагуевым. Зелимхан опять писал письма. Перестань, мол, не дагестанское это дело — меня ловить.
Все лето наместничество вкупе с областями провело в подготовке к походу. По просьбе Данагуева тифлисский губернатор, чтобы отрезать Зелимхану путь со стороны Артвин-Магала, откомандировал в Бийснийское ущелье пристава, стражников и летучий отряд.
Общее наступление на Зелимхана повели 25 сентября. Из Владикавказа через хребет Шанкохж прошла рота Апшеронского полка, через Ассинское ущелье — сотня Дагестанского конного и сотня Кизляро-Гребенского полка, сотня милиции и пулеметная рота; из Грозного и Ведено через реку Фортангу прошли по две роты ширванцев и самурцев, из Тифлиса через Тионетский уезд был двинут батальон гренадеров, а из Телава — эскадрон драгун. К апшеронцам придали взвод саперов, чтобы взрывать зелимхановские башни-крепости, непокорные аулы и мосты, по которым смог бы уйти Зелимхан. Самый поход приурочили к осени. Ко времени, когда обнажатся горные леса, чтобы не укрыться под их одеялом ни Зелимхану, ни его семье.