Земля королевы Мод
Шрифт:
Но ни блокады Ленинграда, ни собственной гибели он, конечно, предвидеть не мог.
Во время блокады Фрося сожгла в буржуйке деревянные ящики и, по-видимому, обменяла кое-что из ценностей на еду. Запаянный металлический ящик она не трогала, а прочее обернула клеенкой, плотно зашила в брезент и хранила сначала в кладовке, а потом, уже после войны, когда после снятия блокады в Ленинград начали возвращаться выжившие насельники квартиры, догадалась спрятать свертки на балконе. Когда-то там было лепное украшение, потом оно отвалилось, а еще позже на его месте образовалась довольно обширная ниша. Фрося спрятала туда все, что поместилось, а снаружи заложила кирпичами. Балконом давно никто не пользовался, а ни о каком наружном ремонте уцелевшего после бомбежек дома речь, естественно, не шла.
После войны ни Лев, ни Илья Шеины за своим имуществом
– Почему же она сама им не воспользовалась? – спросила Ирка.
– Дело было после войны, – попробовала объяснить я. – Никто не знал, кто и на кого стучит. Как бы Фрося, в случае чего, объяснила соответствующим органам происхождение этих ценностей? А если бы она попробовала реализовать что-то через воровские структуры, то, конечно же, рассталась бы и со всем остальным и не прожила бы после этого больше недели. Нет, Фрося была слишком умна и слишком любила жизнь, чтобы со всем этим связываться. Сокровище не беспокоило ее совесть. Оно тихо лежало на балконе. Ящик из оцинкованного железа стоял под кроватью. И однажды за ним пришли…
– Да ты что! – не удержавшись, воскликнула Ирка. – Неужели Лева все-таки выжил? А, поняла! Наверное, он был в плену или в лагере!
– Нет, Ирочка. За ящиком пришли спустя почти четверть века после окончания войны. Но это уже совсем другая история (см. «Забывший имя Луны»). По-видимому, верительные грамоты пришедшего к ней человека не вызвали у Фроси никаких вопросов. По-прежнему чувствуя себя хранительницей тайн какой-то секты, она, не словом ни возразив, отдала пришельцу железный ящик (так и не узнав, что в нем находилось). «А как же то, другое?» – спросила она, указывая пальцем на балкон. – «Все сразу взять не могу, слишком опасно. За тем потом придут,» – уклончиво ответил незнакомец. – «Кто придет-то? – решила все же уточнить Фрося. – Ты сам или кто другой?» – «Крест видела? – Пришелец указал пальцем себе на грудь. Фрося утвердительно кивнула. – Вот у кого такой будет, тому и отдашь.» – «А коли я раньше помру?» – «Значит, так Богом суждено. Сокровища сами свой путь найдут». – «Точно – секта», – окончательно уверилась Фрося.
Можно сказать, что хранящиеся на балконе таинственные свертки даже украшали жизнь одинокой, стареющей, а потом и дряхлеющей женщины, делали ее какой-то значительной, вносили в нее интригу и загадку.
Чем больше проходило лет, тем более Фрося уверялась в том, что сокровища так никто и не востребует при ее жизни. Только один раз, восемь лет назад, ей что-то такое показалось… Да, видно, не склеилось, не сошлись нитки-дорожки… Что там будет дальше, после ее смерти, Фросю не слишком волновало, так как она была материалисткой, а пока она уже по праву считала загадочные свертки своими, а себя и свою жизнь – причастной к удивительной тайне.
Отдавая разросшейся семье Кривцовых свою комнату, Фрося с самого начала настояла на том, чтобы выход на балкон заколотили наглухо. Она легко убедила Зою, не чаявшую получить большую светлую комнату вместо маленькой и темной, что это необходимо для обеспечения безопасности детей.
Единственное, чего не учла Фрося, так это неуемной лени и предприимчивости Федора Кривцова. Курить в комнате Зоя ему не разрешала, да и к тому же он быстро сообразил, что балкон – лучшее место для хранения «заначек», совершенно необходимых в быту каждого действующего алкоголика.
Таким образом, Федор посещал балкон, когда считал необходимым, а Зоя закрывала на это глаза, так как детей на балкон по-прежнему не пускали.
Брезент и клеенка, как всем известно, материал отнюдь не вечный. Неизвестно, приходило ли это в голову Фросе, и что она предпринимала по этому поводу, но…
В общем, однажды Федор по своему обычаю курил на балконе, или прятал от Зои очередную чекушку и вдруг увидел на грязном полу балкона какую-то тускло блеснувшую штуку. Не знаю, что он подумал о ее происхождении. Но мысли про клад на балконе в его голову не приходили. Квартира, в которой жила семья Кривцовых, не место для клада – это Федор знал наверняка. Скорее всего, он решил, что пластинка каким-то образом упала на балкон откуда-нибудь сверху или, наоборот, ее забросили снизу. Припрятав находку, Федор некоторое время выжидал и обдумывал ситуацию. Он владел несколькими рабочими специальностями и, я думаю, легко мог отличить золото от других металлов. В конце концов, самым безопасным местом для прояснения обстановки показался
На рынке Федор обратился за советом к завсегдатаям. Ему, конечно, давали самые противоречивые заключения и рекомендации. Он никуда не торопился, потому что не знал, что на рынке всегда присутствуют люди от средних и даже крупных криминальных структур. Эти люди могут что-нибудь понарошку продавать или покупать, но главной их задачей является наблюдение и доклад наверх обо всех неожиданностях и непонятностях, которые происходят на рынке или вокруг него.
Естественно, что Федора с его загадочной золотой пластинкой заметили сразу. Однако, случай, как это часто бывает, решил все. Сережа по кличке Студент, нищий сын нищих родителей, едва ли не с детства, со времен прочтения «Тома Сойера», бредил идеей найти клад и разом разбогатеть. Именно эта мечта привела его на исторический факультет Университета. Сережа с детства подвизался на рынке и, едва увидев, купил у Федора его пластинку. Он нюхом почуял в ней свой шанс!
В отличие от Федора, Студент прекрасно знал о существовании «наблюдателей» и после покупки пластинки на рынке не появлялся. Будучи хоть хилым, но все-таки профи, он зарылся в литературу, пытаясь понять, что именно попало ему в руки.
Единственным человеком, которому Студент решился доверить свою находку, а вместе с ней свои мечты и надежды, была его любовница – Алина. Алина, судя по всему, действительно была в него влюблена, а ему лишь льстила ее влюбленность – она была старше, она была красивой, в конце концов, она была замужней женщиной. Во всяком случае, приводить ее в коммуналку на Петроградской, где он сам жил с родителями, Сережа не собирался категорически. Алине же, в первую очередь, было ужасно скучно. Роман с Сережей придавал ее жизни хоть какую-то остроту. В общем, можно считать, что на каком-то этапе молодые люди нашли друг друга.
За дальнейшее мне трудно поручиться, так как я не знаю доподлинно, кто и сколько мне врал и врет сейчас. К тому же дальше психология в общем и целом заканчивается и начинается сплошная уголовщина, в рамках которой все рассказы превращаются в показания, а это тоже, согласитесь, накладывает свой отпечаток.
Где-то в литературе или в собственной интуиции Студент отыскал намек на то, что пластинка существует в истории не сама по себе, а является частью довольно обширного списка пропавших в Великую Отечественную могилевских ценностей. После этого он поставил Алину в известность о том, что осуществление их совместных мечтаний стремительно приближается и попросил Алину помочь ему отыскать Федора. Впрямую об этом не говорилось, но подразумевалось, что Алина использует для этого связи своего мужа. Совместными интеллектуальными усилиями любовников для Вадима была сфабрикована какая-то легенда. Я думаю, что он на раз раскусил бы ее и непременно насторожился больше, чем это произошло в действительности, если бы в процессе поисков не наткнулся на ФИО вашей покорной слуги, проживающей в той же квартире, где и искомый им Федор Кривцов. Это мистическое совпадение восовокупе с мужским климаксом выбило его из колеи и несколько ослабило способность мыслить логически. На какой-то момент времени ему на полном серьезе казалось, что вся эта история с пластинкой существует во времени и пространстве только для того, чтобы снова свести нас вместе. Считается, что испытываемые чувства поглощают и ослепляют людей молодых. Но, если учитывать нарастающую с годами вязкость мышления, склонность к пустому «рассуждательству» и образованию псевдологических взаимосвязей между предметами и явлениями, то следует признать, что с людьми немолодыми это случается не реже, а, пожалуй, и чаще. Просто это меньше заметно в практике жизни, так как люди немолодые не так склонны к ярким поступкам.
Отыскав Федора и встретившись с ним по просьбе Алины и из собственного любопытства, Вадим довольно рассеянно расспросил пьяницу о проданной им пластинке. Федор сначала вообще все отрицал, а потом, когда со слов Вадима понял, что его вещица оказалась в руках жены этого вполне респектабельного господина, сочинил (кстати, не выдав любовников и согласившись с тем, что пластинку у него покупала дама) в меру невнятный ответ: досталась, дескать, случайно, по пьяни, выменял на бутылку, а поскольку самому не надо, пошел продавать. Для очистки совести Вадим попросил Федора отыскать того, у кого он якобы выменял пластинку, и спросить, нет ли у того еще чего-нибудь в этом роде. Оставил свои координаты и ушел.