Земля Круза
Шрифт:
Ясно, ясно. Ни хрена не ясно. В смысле что все это значит. Но у братков Арельяно спрашивать — себе дороже, и тем более — спрашивать у этого мирного «сервисника» с вооруженной охраной на входе, раз мальчики из картеля перед ним на задних лапках бегают…
Руис беззвучно шевелит губами. То ли ругается, то ли молится. Но на желтый сигнал аккуратно подает машину вперед, на платформу, останавливаясь до рельсового ограничителя. Затем хлопает ладонью по рулю, джип отзывается громким гудком. Все как сказано.
Зеленый.
Платформа мягко трогается с места.
Зрение
Территория Ордена, База по приему грузов и переселенцев «Южная и Латинская Америка». Понедельник, 10/03/21 08:12
— Проезжай, проезжай! Направо, на парковку, место три, живее, живее!
Это уже не с мексиканским акцентом, а на «чистом» американском. И не загадочного вида деятель из автосервиса, а стопроцентный солдат в незнакомой, но определенно военной форме песочного цвета, типа летней штатовской — высокие светлые берцы, штаны, рубашка с короткими рукавами, разгрузка,[20] малиновый берет с блестящей кокардой. За спиной М4[21] стволом вниз, на ремне рация и кобура с «береттой» М9,[22] в руках «полосатая палочка» в американском светодиодном исполнении. Съезжаем с рельсовой платформы, выворачиваем из ангара направо…
Широкая усыпанная гравием площадка, расчерченная белыми парковочными прямоугольниками; вокруг — высокий бетонный забор, дополнительно усиленный спиралями «колючки» на гребне. Выезд один, через тяжелые железные ворота, над ними видеокамеры. Еще две двери, тоже тяжелых и железных, опять же с камерами наблюдения и табличками. «Security» и «Order’s Immigration Service», что на ангельском наречии международного общзения значит «Охрана» и «Иммиграционная служба Ордена». А надо всем этим — ясно-голубое небо, на которое потихоньку взбирается явно утреннее солнце. Хотя только что было изрядно за полдень и даже ближе к вечеру…
— Добро пожаловать на базу «Латинская Америка», — подходит к джипу солдат-«регулировщик». — Проходите в ту дверь, пожалуйста. Все ценности можете оставить в машине, территория закрыта и под охраной. Если у вас при себе имеется неопломбированное огнестрельное оружие, рекомендую также оставить в машине; вход с оружием в помещение иммиграционной службы является нарушением закона. При въезде на территорию Базы Ордена все оружие подлежит опломбированию; когда будете покидать Базу, пломбы снимут на контрольно-пропускном пункте.
Мы с Руисом ошалело переглядываемся. Орден, База, иммиграционная служба, оружие… что тут вообще творится-то?
Ладно, оружия у нас все равно нет (если у Руиса где в тайничке и припрятано чего, то оно глубоко в машине или в трейлере, дабы глаза не мозолить). Топаем к железной двери. Могучая, вроде корабельной, но открывается легко и удобно.
За дверью просторный зал с хорошим освещением и удобными диванчиками; приемная крутой конторы, не иначе. Два кулера с водой, с потолка тихо урчит кондиционер. Напротив двери — типичная секретутская стойка, из-за которой нам навстречу, включая белозубую улыбку, поднимается
— Буэнос диас, — и далее по-испански, но вежливо, таким тоном в хорошей западной конторе общаются с потенциально ценными клиентами.
Руис достает из кармана карточку водительского удостоверения. Девица с явным удивлением что-то переспрашивает. Руис проверяет, не перепутал ли, то ли достал — нет, то самое, прямоугольник твердого пластика, белый с продольной желтой полосой, и на нем пропечатаны морда хозяина и прочие нужные регалии… в общем, докУмент законный что в Америке, что в Европах, что где.
Девица в еще более глубоком недоумении переводит взгляд на меня и впадает в окончательный ступор при виде вишневого паспорта с трызубом. Лихорадочно елозит мышкой по экрану; классический слом штампов и поиск инструкций «чего делать в таком варианте».
— В чем дело, Аннамария? — рык сытой пантеры. По-английски. Ну хоть не буду торчать тут непонимающим истуканом.
— О, донна Кризи! — Похоже, на сцене появилось начальство, которому всякий нормальный служащий с превеликим удовольствием спихивает на разруливание любую нештатную проблему. Аннамария что-то бегло докладывает по-испански, а начальство обозревает проблему, то бишь нас с Руисом.
Донна Кризи также носит форму, хотя портному наверняка пришлось постараться, подгоняя армейские штаны на ее внушительную фигуру. Табельная «беретта» на ремне кажется игрушечной, на рукаве тройной шеврон с тройной же выгнутой вниз дугой — если склероз не подводит, в Штатах это уставная нашивка старшего сержанта.[23] Голос у дамы соответствует армейскому званию, отсутствующий берет вполне компенсируется крашенным в ярко-малиновый оттенок каре.
— Вы Саймон Толливер и Альберто Гарсия?
— Никак нет, мэм! — вытягивается по струнке Руис. — Влад Скербан, — я изображаю стойку «смирно», наверняка неудачно, — и Руис Алонсо Федериго де Торрес-и-Тула!
Донна старший сержант дважды моргает, смотрит в раскрытую папку и наших имен там явно не обнаруживает.
— Аннамария, проверьте.
— Уже, донна — и планы, и архив. В нашей базе нету, в общей тоже. На базе «Россия» позавчера зарегистрирован Влад Счукин; Руисов с начала сезона у нас прошло четверо, но никаких Торресов.
— Так. Влад, Руис — скажите, пожалуйста, кто вас вербовал?
Нам это мерещится? Разве что обоим сразу. Вместо ответа я сам задаю вопрос:
— Извините, мэм, а где мы вообще находимся и что тут происходит?
Донна Кризи делает глубокий вдох — форменная рубашка трещит под напором бюста шестого размера — и медленно выдыхает. Спокойствие, только спокойствие, пар она если на кого и выпустит, то не на нас, баба явно умная и опытная, старшего сержанта кому попало не дают…
— Дон Руис, будьте любезны, садитесь. Аннамария, оформляйте поселенца по программе Б-2, полный пакет. Влад… английский у вас ведь не родной; вы из России?