Шрифт:
Глава 1
A3 ЕСМЬ КИЛЛЕР
Стояла поздняя осень. Типичный московский октябрьский вечер. То время года, когда до самого декабря погода остается промозглой и слякотной. Облака почти висели на телевизионных антеннах. Обещанный в утреннем выпуске новостей дождь мелкими струйками сек лицо.
С крыши пятиэтажки, на которой я удобно устроился, были видны серые коробки девятиэтажных домов и типовых хрущевок. Каждый раз, попадая в подобный район, я удивлялся – что именно так прибило Никиту Сергеевича в 1959-м году в общежитиях для негров в нью-йоркском Куинсе? С какой стати он так возгорелся идеей их
Хотя Бог с ним. Гораздо больше меня сейчас занимало, с какой стати моего нынешнего клиента занесло в нодобную глушь. Он был владельцем нескольких банков и соучредителем пары десятков фирм. Обычно столь богатые люди предпочитают нечто типа двухуровневых пентхаузов и прочих дорогих штучек. Хотя с другой стороны, я его понимал. Тут могло быть два варианта. Либо здесь проживала его тайная страсть, единственная женщина в его жизни, которой было наплевать на его деньги и которая дарила ему свою любовь просто так, либо здесь было место, где он хранил секреты из своего пионерско-комсомольского прошлого. В любом случае этот адрес мало кто знал, только самые приближенные люди. И естественно я.
Благодаря своему помощнику. Многие думают, что киллеры работают в одиночку. Но так было очень давно – в начале 90-х. Сейчас все по-другому. Лично я воспринимаю свою работу как любую другую. Я ведь и на самом деле ничем не отличаюсь от патологоанатома или хирурга.
Тем более, что к заказам я подхожу избирательно. Если я берусь за них, то мои жертвы практически в ста процентах случаев – это отморозки. Они уже отсекли себя от общества. Менты это прекрасно знают. Не зря заказные убийства самых отмороженных бандитов так никогда и не были расследованы до конца.
Итак, у меня есть помощник. Достаточно умный, чтобы не задавать лишних вопросов, и весьма изобретательный в технических областях. Он обеспечивает меня всякими хитроумными техническими штучками для подсматривания, подслушивания, поднюхивания, подщупывания и т. д., без которых работа киллера уже невозможна. Надо узнать о клиенте все…
Кстати, на этом задании мы даже немного развлеклись. Помимо «жучков» мой друг установил в офисном сортире японское биометрическое чудо техники, и оно исправно сообщало нам после каждого посещения клозета нашим подопечным, что у него проблемы с обменом веществ и некоторые проблемы с почками. Особенно долго мы ржали, когда аппарат прислал нам весть о том, что у подопытного обнаружена беременность. Отсмеявшись, мы предположили, что личный гальюн его сиятельства посетила секретарша. Но, помимо смеха, распорядок дня жертвы мы знали безупречно.
Остальное было делом техники. И вот я лежу на крыше, ласково сжимая свою любимицу. Винтовку, которая не имеет названия, так как была сделана одним из тех безвестных умельцев, на которых так щедра русская земля. И которых обычно губит алкоголь. Так стало и с моим оружейных дел мастером. Он умер два года назад от отравления какой-то паленой водкой. Однако волшебная игрушка со снайперским прицелом напоминала о нем. Она еще не подводила меня ни разу.
Благодаря ей я выполнил за последние два года шесть заказов и заработал ощутимую сумму в валюте. Деньги лежали в надежном банке за границей. Нашим банкирам я не доверяю, так как слишком близко видел их в неформальной обстановке через стереотрубу прицела…
Последние заказы были столь денежными, что я начал подумывать о том, чтобы оставить эту работу
За границу меня совсем не тянуло – там к русским в последнее время отношение испортилось совсем, и полиция проявляла совершенно ненужное любопытство даже в отношении интимной жизни олигархов. Куда проще было поить водкой наших российских сельских участковых.
От мыслей меня оторвал слабый зуммер рации.
– Да, – прошептал я в динамик.
– Они едут, Артем! Три «мерина» и два джипа сопровождения! Через три минуты будут у тебя.
– Понял, Илья!
Я устроился поудобнее и занял позицию для стрельбы. Во двор медленно въехало пять машин. Из джипов высыпало человек шесть накачанных охранников в одинаковых костюмах.
Они быстро рассыпались вокруг одной из машин, создавая своеобразный живой коридор. Среди окраинных московских красот все эти страсти-мордасти смотрелись как модное дефиле на помойке. Наконец из двери «мерседеса», открытой предупредительно выскочившим из машины молодым человеком слегка «голубоватого» вида, видимо – референтом, выбрался мой клиент. Когда он сделал несколько шагов по направлению к подъезду, я поймал в прицел его голову, задержал дыхание и плавно нажал на спусковой курок.
Жертва дернулась и осела на землю. Охранники заметались вокруг тела, как шарики ртути, но безуспешно. Трудно было даже предположить, что выстрел был произведен с того места, где залег я. Пуля прошла практически впритирку со стеной пятиэтажки, по линии горизонта видимости. Для стороннего наблюдателя, стоявшего рядом с почившим в бозе банкиром, позиция стрельбы была закрыта. Я спокойно убрал винтовку в футляр, и быстро направился к открытому люку. Отход получился удачным. Спустившись по лестнице, я осторожно выглянул из-за двери подъезда. Все было тихо. Быстрый рывок вдоль дома, и через несколько минут я уже сидел в красной потрепанной «восьмерке» моего помощника Ильи.
Для столь сумрачных дел этот высокий спортивный парень лет тридцати, с коротким ежиком русых волос выглядел простовато, но, как я уже говорил, он прекрасно разбирался в технике, очень неплохо водил машину и, самое главное, отличался поразительной интуицией.
Он немного попетлял по дворам, мы выбрались на шоссе и направились в сторону области. После дела я предпочитал отсиживаться на одной из своих трех дач. На этот раз я выбрал небольшую, но прекрасно оборудованную дачу под Звенигородом.
Добрались мы до нее за час. Дом ничем особенно не выделялся. Наоборот, в сравнении с возвышавшимися рядом с ней кремлями и замками соседей по местному дачному кооперативу, казался весьма скромным.
Поручив Илье поставить машину в гараж и после этого отправляться спать, я поднялся на второй этаж, принял душ и удобно устроился в постели с пузатым бокалом армянского коньяка пятнадцатилетней выдержки. Но испытать всю сладость нежданного эпикурейства мне так и не удалось. Зазвенел мобильный телефон на небольшом прозрачном столике рядом с кроватью. Это мог быть лишь один человек. Мой координатор, поставлявший мне заказы. Лишь он один знал номер этой «симки». И он один прекрасно знал, что я сегодня должен был выполнить заказ и после полуночи выбросить ненужную карту. После каждого дела полагался отдых. Какого черта тогда он меня беспокоит?