Зеркало треснуло
Шрифт:
— Долли? Это Джейн! Я хочу спросить вас кое о чем. Послушайте внимательно. Вы говорили инспектору Крэддоку, что Хеся Бедкок рассказывала Марине Грегг длинную и бессвязную историю о том, как у нее была ветрянка, но она встала с постели специально для того, чтобы встретиться с Мариной и получить ее автограф? Это так?
— Да, более или менее.
— Ветрянка?
— Ну, что-то вроде этого. В тот момент миссис Оллкок говорила со мной о водке, так что я не очень-то и прислушивалась.
— Вы уверены, — мисс Марпл перевела дыхание, — что она не сказала
— Коклюш? — удивилась миссис Бантри.
— Конечно, нет. Иначе зачем она стала бы покрывать косметикой лицо? От коклюша-то сыпи не бывает.
— Так вот по чему вы судите… Она что, специально упомянула о косметике?
— Ну да, она особо это подчеркнула. Она была не из тех, кто обычно пользуется косметикой. Но я думаю, вы правы, это была не ветрянка… крапивная лихорадка, может быть?
— Вы говорите так, — холодно заметила мисс Марпл, — только потому, что у вас самой была крапивная лихорадка в день свадьбы и из-за этого даже пришлось отложить венчание. Вы безнадежны, Долли, абсолютно безнадежны.
— Она с треском бросила трубку, прервав на середине удивленный возглас миссис Бантри: «Но, Джейн…»
В крайнем раздражении мисс Марпл вернулась к мысли о своих домашних делах. Преданная Флоренс? Удастся ли уговорить ее оставить свой уютный маленький домик и вернуться в Сент-Мери-Мид, чтобы присматривать за своей бывшей хозяйкой? Конечно, Флоренс всегда была очень привязана к ней. Но не меньше она привязана и к своему домику…
На этом месте размышления мисс Марпл были прерваны громким стуком в дверь. Вошла Черри.
— Пришла за вашим подносом, — объявила она.
— Что-нибудь случилось? У вас такой расстроенный вид.
— Я чувствую себя такой беспомощной, — сказала мисс Марпл.
— Такой старой и беспомощной.
— Не волнуйтесь, — заметила Черри, беря поднос.
— Вам еще далеко до беспомощности. Вы просто не знаете, что я слышу о вас ото всех вокруг. На что только вы ни способны, если судить по слухам. Нет практически ни одного человека в Жилмассиве, который не слышал бы о вас. Они ни за что не поверят, что вы можете быть старой и беспомощной. Это все она вбивает вам эти мысли.
— Она.
Черри энергично закивала в сторону двери, ведущей в холл.
— Эта облезлая кошка, — прошептала она.
— Ваша мисс Найт. Неужели вы не можете заставить ее убраться отсюда?
— Она очень добра, — сказала мисс Марпл.
— Она очень добра, — повторила она тоном человека, который старается убедить себя.
— Говорят, не работа старит, а забота, — заметила Черри.
— Кому нужна такая насильственная доброта, скажите мне на милость?
— Да, — вздохнула мисс Марпл, — у всех нас есть свои волнения.
— О, вы совершенно правы, — согласилась Черри.
— Не хочется жаловаться, но я иногда чувствую, что, стоит мне еще немного прожить рядом с миссис Хартнелл, произойдет что-нибудь неприятное. Старая уродина с кислой рожей, вечно сплетничает и жалуется. Джиму это тоже ужасно надоело. Он с ней вчера вечером здорово поскандалил.
— Ведь так? В конце концов, это же религиозная музыка.
— А она что, была против?
— Она вела себя просто ужасно! Барабанила в стенку, кричала, выкидывала и другие номера.
— Может, вам следовало убавить громкость? — спросила мисс Марпл.
— Ну, что вы, — возразила Черри.
— Джим говорит, что если не включать пластинку на полную громкость, то не получится нужного тона.
— Но, может быть, для тех, кто не разбирается в музыке, это просто невыносимо, — предположила мисс Марпл.
— А все потому, что в новых домах тонкие стены. Очень тонкие. По правде говоря, я совсем не в восторге от этих новых зданий, как вам, наверное, кажется. Они очень приятно выглядят с фасада, но внутри там совершенно негде развернуться.
Мисс Марпл улыбнулась.
— А вам требуется очень много места, чтобы развернуться, Черри, — заметила она.
— Вы так думаете?
— Черри была явно польщена.
— Я бы очень хотела… — добавила она, но вдруг смутилась, поставила поднос и вернулась к кровати.
— Я надеюсь, вы не сочтете за дерзость, если я вас кое о чем попрошу. Вам достаточно сказать только: «Не надо об этом», и я тотчас замолчу.
— Что же вы хотите, чтобы я для вас сделала?
— О, почти ничего. Те комнаты над кухней. Ими ведь сейчас никто не пользуется, так?
— Да, никто.
— Раньше, я слышала, там жил садовник с женой. Но это было давно. И вот я хотела бы знать… точнее, мы с Джимом хотели бы знать… не можем ли мы их получить. Я имею в виду, переехать сюда жить.
Мисс Марпл уставилась на нее с удивлением:
— Но ведь у вас великолепный дом в Жилмассиве?
— Мы оба сыты им по горло. А ведь нам здесь будет очень удобно, особенно если Джим получит комнату над конюшней. Он сам ее недавно чинил, и там достаточно места для его моделей, а у нас ему все время приходится их убирать. И потом, если мы будем там включать нашу радиолу, вы ее вряд ли услышите.
— Вы действительно серьезно говорите об этом, Черри?
— Да. Мы с Джимом уже давно об этом подумываем. Джим мог бы чинить для вас все, что понадобится, — водопровод там или какую-нибудь мебель. А я буду смотреть за вами не хуже мисс Найт. Знаю, вы считаете меня немного недотепой… но я уже научилась неплохо застилать постель и мыть посуду. И потом, я довольно хорошо умею готовить. Вчера вечером сделала бефстроганов. Джиму понравилось.
Мисс Марпл, задумавшись, смотрела на нее.
Черри напоминала ей котенка — волны веселья и жизнелюбия исходили от нее. Мисс Марпл снова подумала о преданной Флоренс. Преданная Флоренс, конечно, вела бы хозяйство гораздо лучше. (Мисс Марпл не особенно доверяла обещаниям Черри.) Но ведь ей уже не менее шестидесяти пяти лет, а может, и больше. И захочет ли она бросить все, к чему так привыкла за много лет.