Зерои
Шрифт:
– Келс? – сказал срывающийся голос. – Это папа.
Она заткнула пальцем свободное ухо.
– Папочка! Как ты? Что происходит?
– Ну, я кой-чего натворил…
– Кой-чего натворил?! Банк ты ограбил, вот чего!
Повисла пауза.
– Ты что, посмотрела новости?
– Я была на другой стороне улицы! Так и бывает, когда грабишь банки среди бела дня – куча свидетелей!
Она уставилась на здание ЦПУ. Полицейские лихорадочно бегали туда-сюда.
– Тебе разрешили позвонить?
– Я удрал.
Ерунда какая-то. Чудовищная
– Что?! Как?!
– У них отказали охранные системы. Двери просто взяли и открылись.
Мимо нее промчались полицейские в пуленепробиваемых жилетах. С винтовками.
А папа никак не унимался.
– Свет взял и погас, Келс, и врубилась сирена. И мы взяли и… вышли оттуда.
– Пап, ты сдурел? Здесь прямо зона боевых действий! Копы с оружием! Тебя сейчас пристрелят!
– Да я уже за полмили оттуда. Келси, нам надо пересечься.
Келси ссутулилась, не веря своим ушам.
Наверное, в ее жизнь входит некая новая сила, столь же странная и могущественная, как способности к тому дару, которым она обладала с рождения. Но, по крайней мере, она снова увидит отца…
– Хорошо, пап. Где?
20
Авария
Авария цеплялась за стол, дрожа всем телом. Она планомерно сбрасывала с себя давящую тяжесть, одну систему за другой, а потом всплывала на поверхность сквозь мерцающие сплетения щупалец, усеянных ядовитыми стрекалами.
Кто-то положил руку ей на плечо. Она вздрогнула, обернулась и увидела Жулика. Он что-то кричал и тыкал ей в лицо чем-то блестящим. Розовый телефончик, украшенный поддельными бриллиантиками, – вещица явно не его!
Авария с трудом поднялась на ноги. А куда делись детективы, которые допрашивли Жулика? Ах, вон они: бегут по коридору в глубь здания, с пушками, направленными в потолок.
Похоже, решили, что в ЦПУ ворвалась банда налетчиков.
Ужас какой…
– Валим отсюда! – заорал Жулик.
– Лестница в той стороне!
Она пустилась бы бегом, но ноги сделались резиновыми. Авария чувствовала, как внутри копится и растет что-то огромное, немыслимое и неуправляемое.
– Ой, мамочка…
Авария попыталась ухватиться за стол. Она промахнулась, но Жулик подхватил ее. Он теперь буквально лупил ее блестящим телефоном. Жулик выдрал у нее из уха наушник и завопил что-то Аварии прямо в ухо..
– Грохни эту мобилу, а?
Его голос перекрыл вой сирены.
Авария попыталась оттолкнуть Жулика. То, что нарастало внутри нее, было слишком велико и опасно. И она не собиралась уничтожать телефончик сейчас. Авария знала – с таким же успехом она могла плеснуть керосину на горящий запал.
Надо срочно выбираться из ЦПУ!
Жулик сделал ладонь рупором.
– Там видео! – прохрипел он. – Она меня на видео записала! Тогда, в банке! Она записала, как я говорю…
– Ага, – Авария отмахнулась от него. Конечно, влип, как всегда. Разинул пасть и наболтал какую-то чушь.
Авария потащила его в сторону главной лестницы.
– Видео! –
Авария вырвала у него телефон и шарахнула об металлический угол стола. Экран треснул. Она ударила еще раз, посильнее. Осколки стекла разлетелись по столу и посыпались на пол.
Она сунула телефон обратно Жулику.
– Держи, я его грохнула.
Жулик уставился на мертвый, потухший экран. При виде его ошарашенной физиономии Авария ощутила подступающий смех.
Нет, то был не смех, а нечто гораздо более страшное.
Если на свете бывает ходячее смертоубийство, то это было именно оно.
– Быстрей! – крикнула Аврия и указала вперед дрожащей рукой.
Жулик вскинул на плечо зеленую спортивную сумку, подхватил Аварию под локоть и поволок ее к двери. Они очутились на лестничной площадке, где оказалось попросторнее и сирены не так били по ушам. Мимо пробегали копы с пушками наперевес – Авария едва не расхохоталась. Какие они насупленные, серьезные, встревоженные! Как будто ЦПУ захватили инопланетяне! А ведь это банальное обрушение системы – только и всего.
Внизу околачивался дядька, который махал в сторону выхода.
– Проходите! Живо!
Они влились в давку в вестибюле.
Из-за нее случилось что-то плохое – внизу, в подвале. А что конкретно она натворила? Она не собиралась заходить так далеко…
Теперь Авария видела лишь телефоны в ЦПУ – все до единого. Местная вышка накрылась, но мобильники пытались найти связь: повсюду кружились облака жгучих огоньков.
Секунду спустя она стала ощущать телефоны на улице и в окрестных зданиях. Авария чувствовала сигнал соседней сотовой вышки, а неподалеку громоздился очередной распределительный узел, невыносимо сложный и мощный.
Сигнализация верещала как безумная – система пожаротушения давила на нее невыносимо. Энергия собиралась в волну, и Авария чувствовала, что скоро она не сможет сопротивляться. Она теряла контроль, все выскальзывало у нее из пальцев, ее воля становилась единым целым с рушащимися системами вокруг.
Авария устала придерживаться правил.
«Не навреди»? У нее просто не было выбора.
И зачем она в это ввязалась?
Авария тащилась вперед, опустив голову. Если бы не Жулик с его спортивной сумкой, она бы рухнула навзничь. Блестящие ботинки полицейских шаркали и топали по плиткам пола рядом с ее кроссовками. Последним усилием воли Авария заставила себя отвернуться от Жулика: она не хотела, чтобы он видел ее лицо.
Потому что знала, что сейчас все рухнет.
Вообще все.
И ничего не могла поделать.
Боль, накопившееся напряжение от необходимости поддерживать массу техники в рабочем состоянии хлынули наружу жарким, сладким, восхитительным потоком. Если бы Жулик ее не держал, Авария бы рухнула на пол от блаженной легкости и пустоты. Здание ЦПУ словно выдохнуло и застыло, сделавшись просторным, волшебным пристанищем посреди безрассудного центра города.
Прекрасно! Это же и есть ее предназначение.