Жасмин
Шрифт:
Похоже, его не столько оскорбили, сколько возмутили мои слова о том, как нужно ухаживать за его собственной лошадью. Я знаю, какое, должно быть, произвела впечатление — высокомерная внучка богатого старика. Наверное, это от того, что Кини был самым красивым животным, которое мне доводилось видеть, и мне претила сама мысль о том, что с ним может что-то случиться. Всякий, кто хотя бы мало-мальски разбирался в лошадях, увидев этого коня, сразу бы понял, какое это прекрасное создание, и, возможно, захотел бы его украсть. И я точно знала,
Я пошла к дому. У меня еще оставалось время до ужина, чтобы принять ванну, которая ослабит боль в мышцах. По крайней мере, теперь я хотя бы знала, чей это конь. Возможно, мое непонятно откуда взявшееся чувство легкой тревоги, как раз из-за того, что мы неожиданно на него натолкнулись, и странной реакции Эда...
Тем вечерам я не решилась рассказать об этом происшествии своим бабушке с дедушкой, потому что не хотела, чтобы у Люка были неприятности или того хуже, чтобы он потерял работу. Поэтому я ничего не рассказала ни о нем, ни о его коне, а решила сама проверить на следующее утро, как там у них дела.
Бабушка приготовила очень вкусный ужин, и разговор оказалось поддерживать куда легче, чем я ожидала. Было классно. Я будто вернулась в детство — в безопасное знакомое место, которое всегда, казалось, существовало отдельно от настоящего мира, в тиши природы. Единственное, что расстроило меня в тот вечер — это дед. Похоже, он сильно сдал, с тех пор как мы виделись с ним последний раз. Он начал что-то забывать, а иногда и имена путал. Не надо бы ему больше ездить верхом, хотя сам он так не считал. В конце концов, ему было уже почти восемьдесят. После всего случившегося, не думаю, что в ближайшем будущем справлюсь с потерей еще одного близкого мне человека.
Когда он предложил мне выпить вечером, но забыл принести напиток, я сначала не придала этому значения. Но потом, чуть позже, когда мы сидели за круглым столом, он спросил меня, как поживает Гарри. Я даже сначала не поняла, что он говорит о моем псе, который у меня был и скончался пять лет назад. А потом, когда он начал говорить о лошадях, то упомянул, как Эд всегда забавно разговаривал с Беном. Мне не хватило духу его поправить, да и бабушке, похоже, тоже. Она просто поспешно сменила тему.
Когда мы позже остались с ней вдвоем на кухне, и я спросила её об этом, она вздохнула и сказала:
— Все не так плохо. Просто немного странно, когда он что-то забывает и что-то начинает путать. Такое случается, когда люди стареют.
В ответ я молча кивнула, чувствуя, как страх сжал мое сердце. И еще мне было стыдно, что я так давно их не навещала. Я дала себе слово, что с этого момента, я постараюсь их навещать как можно чаще, ведь кто знает, сколько нам осталось времени провести вместе. И я не хочу ничего упустить.
Когда утром я пришла в конюшню, то обнаружила, что Люк проделал прекрасную работу. Эд весь лоснился чистотой и ухоженностью,
Я заглянула в загон, вспомнив слова Люка о том, что его конь не любит замкнутого пространства. Но поле было пустым. Поэтому, когда я вернулась в дом на завтрак, то все-таки с неохотой подняла эту тему:
— Думаю, тебе надо переговорить с Люком о его коне.
Дед посмотрел на меня так, будто я говорила на каком-то тарабарском языке.
— С Люком? — тупо переспросил он.
Сначала я подумала, что он просто не смог сразу вспомнить, о ком я говорю, поэтому я сглотнула и предприняла еще одну попытку:
— Ну, знаешь... он один из тех, кто приглядывает за лошадьми. Он сказал, что его жеребцу не нравится стоять в стойле, и он бродит свободно по саду.
— Жасмин, я понятия не имею, с кем ты разговаривала, — ответил дедушка. — За моими лошадьми приглядывают Ларри и Колум. Я никогда не слышал ни о каком Люке.
— Но он был в конюшне, — сказала я. — Ему еще принадлежит конь по кличке Кини. Ты наверняка его видел.
Я еще могла допустить, что дедушка забыл, кто такой Люк, но было очень странно, что он не вспомнил такого чудесного коня. А затем, когда пришла бабушка с тарелкой, заваленной тостами, и я спросила её о Люке, оказалось, что и она не понимает о ком речь, — у них никогда не работал такой конюх, и они вообще никого не знают с таким именем.
Глава 6
Обыкновенный вандализм
Мои дедушка с бабушкой очень расстроились, узнав о случившемся. Дед тут же помчался в конюшню, чтобы лично проверить всех лошадей, а бабушка позвонила в полицию. Похоже, что все приняли Люка за конокрада, которого мы с Эдом просто застали врасплох.
Но я-то знала, что все не так. В этом просто не было смысла, особенно, если вспомнить наш разговор. Люк обратился ко мне по имени. И он привел в порядок Эда, как и обещал. Если бы он был конокрадом, то просто забрал бы его и все. Я ведь передала ему поводья, ему ничего не стоило увести коня.
Мне пришлось дать полиции описание Люка и всех, похоже, обрадовала такая примета, как необычайно высокий рост (ведь высокие люди всегда выделяются в толпе, и подобную особенность скрыть, в общем, нереально). Также мне пришлось описать Кини, на случай, если этот конь был украден Люком. Но оказалось, что в полицию не поступало сообщений о кражах коней, подходивших под описание Кини.
Кроме того, если Люк и впрямь влез во всю эту канитель с воровством, то он был крайне посредственным вором. Потому что, пока он воровал другую лошадь, первая легко могла удрать.