Жатва

Мошков Алексей

– Не секрет, что многие миллионы людей рвутся на «кровавые поля «Жатвы»… Кстати, как вам наш слоган?.. Захватывающе звучит, не правда ли? Так вот, стать жнецом – честь, которая выпадает не многим, и мы крайне редко прибегаем к уловкам, чтобы заполучить конкретного человека… В вашем случае мы дали вам один шанс… Помните якобы триллионный запрос в инфоре? Это и есть наша маленькая хитрость. Однако она не сработала. Вы по-прежнему решили поступить на военную службу, но откуда вам было знать, что у нас взаимовыгодное сотрудничество с вооруженными силами Федерации…

– Вы подкупили какого-нибудь

генерала?

– Ну что вы! Просто военные время от времени поставляют нам таких, как вы. А мы предоставляем наши локации для тренировок специальных подразделений. Надеюсь, вам, сержант, не нужно объяснять, что такое служебная тайна?

Гэри покачал головой.

– Тогда я уверен, что это останется между нами…

– Так чем я обязан такой честью?

– У вас хороший послужной список. Кроме того, в армии вы были инструктором по рукопашному бою. Именно такие люди нам и нужны…

– Для чего?

– Не секрет, что в «Жатве» участвуют в основном дилетанты, которые были бы обречены на гибель в самом начале…

– Вы хотели сказать – андроиды-суррогаты?

– Да, разумеется, – поправился мистер Клуа. – Наша задача – сделать все возможное, чтобы определенный процент участников добрался до финала. Этим мы обеспечиваем не только зрелищность нашего шоу, но и его популярность. Поэтому мы включаем в каждую группу профессионала, умеющего не только драться, но и командовать.

– У меня не слишком большой опыт командования, – признался Гэри. – Под моим началом было всего лишь отделение штурмовой роты…

– О, этого для нас более чем достаточно! У вас остались еще вопросы, сержант?

– Я поступил на контрактную службу, а суммы контракта пока еще не видел…

– Поверьте, мой друг, она вас не разочарует.

Глава вторая

Такая служба вчерашнему рядовому Гэри Капперу прежде и не снилась. Да, ему выдали новенькое, с иголочки, обмундирование с сержантскими нашивками, но тем и ограничились. Вместо казармы – приличный номер в отеле. Вместо вышестоящего командира – исполнительный директор «Жатвы», мистер Клуа. Сумма в контракте – десять тысяч в день – превзошла все ожидания бывшего безработного. К тому же ему полагалась премия за каждого сохраненного суррогата, все-таки оборудование было дорогим, а портили его часто.

Особое положение Гэри среди других жнецов никак не афишировалось. Официально он по-прежнему считался человеком, которой сделал триллионный запрос ОИС, благодаря чему и выиграл билет на участие в «Жатве». Для публики шоу начиналось с того момента, когда ее знакомили с будущими жнецами. Словно звезды голодрам позировали они перед микроскопическими – размером с дождевую каплю – видеокамерами, которые сопровождали их почти на каждом шагу. В Общественной Сети публиковались интервью с этими «счастливчиками», в которых те расхваливали «Жатву» на все лады.

Еще не пролилось ни капли синтетической крови, а напряжение, умело подогреваемое устроителями, возросло до предела. Ни разу не взмахнув серпом, жнецы уже стали любимцами зрителей, которые разобрали биографию и внешность каждого из них по косточкам. Мгновенно сформировались сетевые фан-клубы.

Суммы ставок росли как на дрожжах. Но перед началом «Жатвы» любое общение с ее участниками резко ограничили. Начался так называемый карантин – время примерки и притирки нейрофейса суррогата к телу и психике прототипа, или реалигента, как официально значились жнецы во внутренних документах компании.

Накануне «Жатвы» Гэри волновался так, как не переживал и перед первым в своей жизни боевым десантом. Днем в очередной раз опробовали суррогат – слияние с реалигентом оказалось полным. Если во время первых тренировок сержант Каппер еще чувствовал некоторую раздвоенность, одновременно находясь и в операторской, и на испытательном полигоне, то сегодня реалигент и суррогат внезапно стали одним целым. Вплоть до того, что когда у Гэри зачесалось в носу, то чихнул андроид, который находился за полкилометра от прототипа. Столь абсолютное слияние могло бы обрадовать, если бы не предстоящее кровопролитие…

Гэри долго не мог уснуть. Его бросало то в жар, то в холод. Кондиционер тщетно пытался подстроиться под состояние обитателя номера, пока вконец не разрегулировался. Вчера с Гэри беседовал мистер Клуа. Речь шла о правилах «Жатвы», которые не разглашаются, но соблюдаются неукоснительно. В игре участвуют не только реальные игроки, но и так называемые неписи [1] . В данном случае это андроиды, управляемые программой. Отличить их от суррогатов, с которыми соединяются реалигенты, почти невозможно. Поэтому никогда не знаешь, кого доведется убить: пустую болванку или кибернетическую копию живого чувствующего человека.

1

От англ. NPC – Non-Player Character (неигровой персонаж)

По словам мистера Клуа, основная задача сержанта Каппера заключалась в том, чтобы стать поводырем, то есть тем, кто должен вычислить среди участников «Жатвы» подходящих жнецов, возглавить их и повести к победе. Чем больше Гэри сумеет объединить реальных игроков, тем чище будет его успех. Однако не стоило забывать, что к тому же самому будут стремиться и другие поводыри. Так что противостояние обещало быть максимально жестким. Ведь кровавые поля «Жатвы» – это не просто красивый слоган, это самое эффектное в мире зрелище, максимально приближенное к реальности. Настоящая бойня, полная жестких расправ и лишенная даже проблеска милосердия.

Ближе к рассвету усталость взяла свое, и Гэри забылся недолгим, полным кошмаров сном. Проснулся он в неважном состоянии, не испытывая ни малейшего воодушевления при мысли, что сегодня ему весь день предстоит кромсать холодным оружием тех, которые не только выглядят как люди, но в каком-то смысле ими являются. Конечно, во время подавления мятежей рядовому Капперу приходилось убивать, но на расстоянии, при помощи бластера. Чаще всего он не видел, в кого именно стреляет, это за него делал искусственный интеллект его тактического скафандра. И только по начисленным боевым очкам солдат получал представление о том, скольких противников он отправил на тот свет.