Жатва
Шрифт:
– Да там не поймешь. Вспышка яркая. Пока проморгался, пригляделся – пирамиды уже и нет.
– Ясно. Я так и подумал, что это… вторжение какое-то. Инопланетное, возможно.
Я невольно усмехнулся. Говорить вслух о подобных вещах было как-то диковато. В то же время я даже рад был обсудить с кем-то все эти догадки.
– Похоже на то, – согласился Шаль. – Ты куда засобирался-то?
Я и правда попытался встать, снова попробовал опереться на прокушенную ногу. Было уже заметно лучше, хотя полноценно ходить, не прихрамывая, все еще не получалось. Судя по индикаторам амальгамы, процесс заживления
– Сядь уже, не прыгай. Я вообще не знаю, как в твоем состоянии ты ходить умудряешься.
– Да в порядке я.
– Ага, как скажешь. Но куда собрался-то?
– Я уже говорил. Мне домой надо. И дочку найти с женой.
– Они где?
– На том берегу. А я тут, недалеко живу, на Советской.
Шаль покачал головой.
– Хреново. Не знаю насчет левого берега, но в район Советской я бы соваться сейчас не стал.
– Почему?
– Да я все про световые колонны эти, от пирамид. Судя по тому, что я с крыши увидал, вокруг них как раз и образуются очаги всякой нечисти. У нас тут относительно спокойно, потому что ближайшая такая возле больницы была, но и то недолго. А там… Пожары, сирены. Вроде даже броневик видел какой-то возле кинотеатра. Собровцы или ОМОН какой. Но, сам понимаешь, не очень-то я верю, что ребятам удастся что-то сделать с этими…
– И что тогда предлагаете? Бежать вообще из города? Или прятаться по подвалам в надежде, что пронесет?
Он пожал плечами.
– Ну, большинство сейчас как раз выбрало второй вариант. Мой дом – моя крепость, как говорится. Да и не хочется же никому верить, что реально пришел большой Пэ.
– Я-то как раз верю. Поэтому хочу добраться до дочки с женой, раздобыть какой-нибудь транспорт и валить отсюда подальше. Такой вот нехитрый план.
– Понимаю, – кивнул он. – Хотя… Я видел еще кое-что, когда на крыше был. Может, конечно, померещилось, да и сумерки еще были, плоховато видно…
– Что видели-то?
– Да так… Знаешь, лучше ты сам убедись. Найди здание повыше и погляди на горизонт. Север, северо-запад, где-то там.
– Ну, попробую, если будет случай. Но чего вы там такого увидели-то, что даже говорить не хотите?
– Да говорю же, не разглядел толком. Но если я не ошибся, то… Кажется, бежать-то и некуда.
Глава 6
У Шаля я пробыл еще минут тридцать – ровно столько, чтобы нога поджила – и снова засобирался в путь. Цель по-прежнему была проста и понятна – добраться до жены и дочки. Ну, хорошо, бывшей жены. Несмотря на то, что мы с Ольгой уже давно не вместе, все же она не совсем чужой человек. Мать моего ребенка, в конце концов. Бросать ее в городе, который вот-вот станет сплошным полем боя, я точно не хочу.
Был бы я один – было бы куда проще. Наверное, сразу двинулся бы в противоположную от дома сторону – к окраинам. Или вернулся к полуразрушенной больнице и укрылся там, как советовал Козлоногий. Если чужаки там уже побывали – есть шанс, что уже не вернутся в ближайшее время. Как говорится, в одну воронку снаряды дважды не падают.
Конечно, было очень тяжело осознавать, что придется все бросить. Квартира, вещи… Все, на что зарабатывал годами. Но я постарался отбросить эти мысли. Как говорится, глупо думать о прическе, когда голова
За время, пока мы с хирургом сидели на его кухне, к нему раз пять по разным поводам стучались соседи. Похоже, он пользовался у соседей определенным авторитетом. Однако сейчас это его даже тяготило – открывал он неохотно, перед этим долго переспрашивая через дверь, чего надо.
Во дворе под окнами тем временем собрался целый консилиум. Выкрики спорящих были хорошо слышны с первого этажа.
Слушая долетающие со двора фразы, я невольно успел собрать чуть ли не всю гамму эмоций, свойственных классическим пяти стадиям принятия неизбежного. Кто-то из жильцов дома отказывался верить, что произошло что-то реально серьезное, считая, что ночью прокатился обычный ураган. Многие возмущались бездействием экстренных служб. Какая-то тетка верещала на весь подъезд, что у нее из-за отключившегося электричества холодильник потек, и она будет жаловаться. Непонятно, правда, кому.
Даже забавно, как все-таки упорно человеческая психика цепляется за привычное, отказываясь верить, что привычному порядку вещей пришел конец. Впрочем, просто еще совсем мало времени прошло. И эти люди не видели и десятой доли того, на что я насмотрелся за эту ночь. Иначе бы, наверное, вели себя совсем по-другому.
– Вы остальным-то рассказывали о том, что видели? – спросил я Шаля. – Делились соображениями?
– А смысл? – спокойно пожал плечами хирург. – Панику сеять?
– Ну, не знаю. Как-то… объединиться, что ли. Отпор дать. Вдруг еще какие-нибудь монстры сюда сунутся? У вас тут пара собак несчастных вон сколько народу положила…
– А ты этому удивлен? – вздохнул он. – Я – не очень.
– Не очень верите в людей?
– Да просто времена такие. Каждый сам за себя. И, может, оно и к лучшему. Напугались сейчас все, засядут по домам. Двери сейчас у большинства железные. Может, и удастся отсидеться…
– Судя по тону, вы и сами на это не очень надеетесь.
– Ну почему же. От монстров всяких лучшая защита – не высовываться. Оружия серьезного на руках все равно ни у кого нет. А вот чужаки эти человекообразные…
Он похрустел пальцами, задумчиво глядя в окно.
– Говоришь, видел, как они между собой дрались?
Я молча кивнул.
– Значит, пришельцы эти разбиты как минимум на две враждующие группировки. Ну и мало их. Похоже, вообще рассеяны по одному. Если бы это было массированное вторжение – это было бы заметно. Мы бы тут с тобой сейчас чаи не гоняли с бутербродами.
В очередной раз наткнувшись на его изучающий взгляд, я не выдержал.
– Что вы на меня так смотрите все время? Узоры на мне нарисованы, что ли?
– Так нарисованы же, – усмехнулся он, кивая на забитый татуировкой «рукав» на моей левой руке.
Я даже машинально убрал руки со стола. Шаль в ответ уже откровенно рассмеялся и снова открыл холодильник.
– Слушай, может, все-таки хряпнем по рюмашке?
– Не пью, – буркнул я.
«Ну, разве что вино с дьяволом», – добавил про себя с невеселой усмешкой.
– Но если нальете бутылку воды в дорогу – буду признателен.
– Сделаем.
Хозяин вытащил из-под стола початую пятилитровку, сполоснул из нее пустую бутылку из-под молока и ловко, без воронки, наполнил доверху.