Жатва
Шрифт:
Вопрос Джабари несколько удивил Элейну. Конечно же, главная цель Жатвы – это получение чистых ресурсов для умирающего Аксиса. Благодаря этому ритуалу арраны продолжают получать трофеи из других миров, хотя и разучились покидать пределы метрополии. Да, это выглядит жестоко по отношению к тем чужакам, что попадают в Пасть. Но посол права – это неизбежное зло. Не разбив яиц, не приготовишь омлет. В конце концов, это честь для низших рас – получить возможность служить арранам.
Но все же она давно сомневалась, что эти ритуалы – такая уж острая необходимость. За столетия после Раскола арранам удалось худо-бедно наладить свой быт. В окрестностях Альтасара
В общем, Жатвы можно было бы проводить не раз в четыре-пять лет, а куда реже. А со временем, возможно, и вовсе отказаться от них. Однако, кажется, Великие Дома даже не помышляют об этом. Наоборот, вся жизнь Аксиса крутится сейчас вокруг Жатв.
Элейна, стоя у парапета и глядя на долину, долго не могла собраться с мыслями, украдкой поглядывая на посла. Но, наконец, она решилась высказать Джабари то, о чем давно думала.
– Если дело не в ресурсах – то в чем же, мона? Зачем мы раз за разом затеваем эту безумную игру? Иногда мне кажется, что… – она вздохнула, борясь с волнением. – Что вы специально стравливаете между собой Великие Дома, заставляя их лучших воинов биться в долине за трофеи. Может быть, уже довольно крови?
Джабари ответила не сразу, окинув девушку долгим задумчивым взглядом.
– Ты все еще оплакиваешь гибель брата, – понимающе кивнула она. – Да, это была тяжелая потеря для Дома Ортос…
– Я просто хочу понять – зачем, – тихо, но твердо продолжила Элейна. Страх ее понемногу улетучивался. Разговор уже начат, отступать поздно. – Зачем вы заставляете жнецов биться между собой, будто они какие-нибудь рабы-гладиаторы в бойцовской яме? С трудом, но я отыскала кое-какие сведения о первых Жатвах. И в них не было и намека о тех турнирах, которые проводятся сейчас.
– Ты права. Турниры были придуманы позже, и на протяжении нескольких веков их правила дорабатывались, пока не пришли к современному виду. Восемьдесят один пилон для сбора трофеев и межевания территории. И по пятьдесят четыре жнеца от Ортосов и от Гракхов. Впрочем, в этот раз правила немного изменились…
– Да. Вы допустили к Жатве Дом Мэй. И этого я, кстати, тоже не понимаю, и возмущена этими выскочками так же, как и мой отец. Но больше всего мне непонятно, для чего арранам вообще сражаться между собой. Эти турниры во время Жатв лишь подогревают многовековой конфликт между Ортосами и Гракхами. Да и вообще, Пасть – это единственное место, где арраны продолжают гибнуть от рук других арранов. А нас ведь и так осталось так мало…
Она замолчала, прикусив губу. Хотелось много чего еще сказать, но голос предательски дрожал. А перед глазами, как назло, стоял образ Ескандира, с которого лекари с трудом пытались снять искореженные доспехи.
– Ты и правда не понимаешь, Элейна, – с грустью и некоторым удивлением покачала головой Джабари. – Эти турниры – как раз способ избежать куда более масштабного кровопролития. Среди выживших на Аксисе остались лишь две династии, называющие себя Великими Домами. Но, увы, вражда их извечна. Слишком уж велики разногласия. Вы с Гракхами – как день и ночь. Как игнис и радиум, как хаос и порядок. Если бы не старания Ординаторов – война между вами была бы неизбежна. Однако еще одну войну Аксис не выдержит.
– Какой странный
– Раз в несколько лет, – напомнила Джабари. – И с соблюдением очень жестких правил. Благодаря этим турнирам нам даже удалось почти полностью запретить поединки чести. Ну, и главная цель турнира – это разделить территорию долины. Результаты этого межевания незыблемы.
– Я знаю, но…
– А теперь представь, во что превратилась бы Жатва, если бы турнира не проводилось. Если бы вассалы обоих домов просто рвались бы в долину, будто стая голодных псов, стремясь захватить все, что только можно…
– Но не обязательно же решать эти вопросы силой! Можно было бы договариваться обо всем заранее. Да хоть просто делить Пасть пополам – с севера на юг. Как же это глупо – бряцать оружием друг перед другом и убивать лучших своих сыновей в то время, когда сам род арранов находится на грани вымирания!
– В твоих словах немало мудрости и благоразумия, дитя, – печально улыбнулась Джабари. – Но, увы, во все времена движут историей совсем не мудрость и благоразумие. Чаще это делают гордыня, алчность, самонадеянность. И арраны, несмотря на все свои прошлые достижения, не избавились от этих пороков. И даже Раскол их ничему не научил.
– Но Ординаторы могли бы взять это в свои руки, – продолжала настаивать Элейна. – Если бы вы сами распределяли захваченные территории или даже поступающие из Пасти ресурсы…
– О, нет, дитя, об этом не может быть и речи! Это привело бы к еще более быстрому и кровопролитному конфликту.
– Но вы обладаете огромной властью, куда большей, чем оба Великих дома, вместе взятые! В конце концов, вы ведь владеете Роем и решаете, кому передать очередные кластеры амальгамы…
– Между властью и авторитетом проходит очень тонкая грань, Элейна. Ординаторы – не владыки Аксиса. Будь это так – мы бы не продержались долго. Ради того, чтобы свергнуть нас, пожалуй, даже Ортосы и Гракхи на время забыли бы о своих распрях и объединили усилия. И сам Аранос не уберег бы нас от краха.
– Но Великие Дома беспрекословно исполняют ваши решения. И когда дело касается Жатв, и во многих других вопросах. Это ли не настоящая власть?
– Эта скорее обязанность, наложенная на нас самими Великими домами. Ординаторы – арбитры в этом извечном противостоянии. Наша главная задача – всеми силами сохранять баланс и не допустить войны и окончательной гибели Аксиса. И все вот это – лишь малая часть того, чем нам приходится расплачиваться.
Широким жестом посол указала на раскинувшуюся внизу долину, в северной части которой уместился целый город, пересеченный обмелевшей рекой. Издалека он смотрелся как хаотичное нагромождение зданий из стекла и камня, выстроенных, кажется, без всякой логики и симметрии. Хотя попадались среди них и сложные многоэтажные конструкции, говорящие о довольно высоком техническом уровне аборигенов.
Будто на контрасте с этими варварскими застройками, в небо вперились вертикальными световыми колоннами десятки пилонов, расставленных по строгой схеме. Каждый пилон представлял собой пирамиду, защищенную радиумным полем. В них можно было складывать трофеи, в том числе замороженых в стазисе гелотов.
Битва за эти пилоны – основа турнира, идущего сейчас в долине. Каждая пирамида изначально нейтральна. Чтобы захватить её, жнецы одной из противоборствующих сторон должны провести рядом определенное время. Противники могут мешать им либо перехватить контроль над пилоном позже.