Ждать у моря погоды
Шрифт:
– Эх, Джамете, планета детства, - слегка отмякнув, улыбнулся Коган, - жаль, мы с другой стороны въехали, а то я бы показал тебе лагерь, куда меня родители на лето отправляли. Пять лет ездил!
– А я в лагере была дважды, - ответила Наташа, - в Любимовке, под Севастополем. А чаще всего мы с родителями ездили отдыхать "дикарями" куда-нибудь на ЮБК, далеко не ездили.
Громадина-автобус на пешеходной скорости прополз по извилистой улочке до кремовой ограды, увитой диким виноградом и ажурных ворот, за которыми клубилась буйная зелень и белели корпуса, И заглушил
– А что, если диадему еще не вывезли из Крыма?
– спросила Наташа, пока они разыскивали свои вещи в багажнике.
– На полуострове много мест, где запросто можно спрятать целый танк, не то, что диадему, и ни один следователь не найдет. Может, они решили переждать шумиху, а не вывозить раритет сразу, рискуя попасться.
Коган, который уже почти целиком скрылся в багажнике, пытаясь докопаться до чемоданов, только хмыкнул:
– Не исключаю и такой вероятности. Бьюсь об заклад, что следователю это и в голову не пришло. А ведь еще классики детектива отмечали: если хочешь спрятать вещь так, чтобы ее никто не нашел - спрячь ее у всех на глазах! На, лови! Это твой.
– Фима, и зачем ты первым ринулся к багажнику?
– рассмеялась Наташа, забирая свой чемодан, а потом - и Ефимов.
– Вот и пришлось теперь производить раскопки!
– Во всем стараюсь быть первым, - адвокат выбрался и отряхнул брюки.
– Ну, пошли на ресепшен, будем поселяться!
На белой аллее, обсаженной розовыми кустами, они услышали знакомый голос: скандалист успел схлестнуться с тихой пожилой парой, доказывая, что он первый шел и нечего его обходить и грозился написать жалобу на водителя автобуса за то, что тот не делал положенных при длительном рейсе стоянок.
– О-о, - простонал Ефим, страдальчески морщась, - если этот утырок будет и дальше так зажигать, ему вместо санатория в Саках палата в "травме" понадобится!
– И лечение ему оплатишь ты, - предостерегла Наташа.
– Не заводись.
– Вот, что он от меня получит, - Коган скрутил крепкий кукиш.
– Не забывай, Ната, что я - адвокат и все подходы знаю. Я и морду могу начистить так, что наоборот потерпевший мне должен окажется!
– Фима, он и меня уже допек, но мы сюда не драться приехали, а ждать, пока откроют переправу, - напомнила Навицкая.
– Ждать у моря погоды, - скаламбурил Ефим.
*
В фойе Коган посмотрел на толпу, штурмующую стойку дежурного администратора, и шепнул Наташе:
– Давай обождем, пока они разойдутся, а то пихнут нас на койко-место с соседями и даже слушать не станут.
– А ты хочешь попросить отдельный номер?
– Не хочу оказаться в одном номере с каким-нибудь балаболом, который даже поработать не даст, - пояснил адвокат, - мне надо к прениям подготовиться, чтобы следователя с прокурором на задницу ровно усадить. Да и ты, наверное, предпочтешь жить отдельно, чем с соседкой. Попадется или долбанутая зожница, или "яжемать", которая без конца будет кормить грудью и менять своему золотку подгузы прямо в комнате,
Наташа покачала головой. Да, таких соседей ей действительно не нужно. Она хотела бы заняться кульминацией книги, которую и так уже задерживала. А это лучше делать в тишине.
Сунув сто рублей в приемник массажного кресла, Наташа откинулась на высокую спинку и прикрыла глаза, когда многочисленные валики под обивкой пришли в действие и стали разминать ее усталые плечи и спину.
Скандалист зудел, как осенняя муха, требуя, чтобы ему подобрали некурящего и не гулящего соседа - "Я к вам приехал, я - клиент, значит, всегда прав, и вы мне должны создать условия!".
Молоденькая девушка восточного вида за стойкой что-то растерянно бормотала в ответ. На помощь ей пришла вышедшая из служебного помещения дама средних лет.
– Мужчина, сейчас действует режим чрезвычайной ситуации, - резко сказала она.
– И ничего мы вам создавать не обязаны. Мы обязаны поселить пассажиров с "единым билетом", что мы и делаем. Заполняйте анкету, а если что-то не нравится - сами ищите жилье по вкусу в городе и узнавайте сами, когда откроется навигация!
Из очереди уже доносились голоса:
– Нет, правда, задрал уже!
– Не задерживайте!
– И так устали, а тут еще и этот!
– Всем недоволен!
– Харэ уже, мужик!
– Не нравится - отвали, дай другим поселиться!
Присмиревший скандалист склонился над бланком, получил ключ от номера и талон на питание и тихо вышел.
Когда поток людей стал иссякать, девушка-администратор посмотрела на Наташу и Когана:
– А вы почему не подходите?
– Ждали, когда основная масса пройдет, - пояснил Ефим, подходя к стойке.
– Видите ли, если у вас есть свободные номера, то я готов заплатить за то, чтобы проживать без подселения.
Администраторша открыла файл в компьютере:
– Посмотрю, что у нас осталось... А вы, девушка?
– Я бы тоже хотела номер без подселения, - Наташа достала кошелек.
Им достались два номера в корпусе № 22, выходящем окнами на пляж, и Наташа порадовалась: нет худа без добра, море под боком, и она непременно будет ходить на пляж. Получив буклеты - схемы "Волшебницы", ключи от номеров и талоны на питание, Наташа и Ефим покатили свои чемоданы к 22-му корпусу.
– Скорей бы уже добраться до номера, да выдохнуть, - мрачно сказал Коган, - задолбался уже.
– А пообедать не хочешь? Ты слышал, что сказала портье? В виде исключения приезжающим подадут обед в неурочное время. А я уже не против перекусить.
– Неплохая идея... Я тоже заморю червячка.
"Волшебница" оказалась довольно большим комплексом с множеством корпусов, детскими площадками, бассейном, аквапарком, кафе и магазинчиками. В центре комплекса белела даже аккуратная часовенка с золотым куполом. Клумбы еще источали аромат цветов. Но аквапарк был уже закрыт, часть магазинчиков и кафе - тоже, и на детских и спортивных площадках почти никого не было. Лето заканчивалось.