Жди гостей
Шрифт:
Мой мозг потирает руки, если можно осмелиться на подобную метафору Вашему милому Сан-Антонио придется провести отпуск на свой манер
Я уже сейчас вижу, какую рожу скорчат мои коллеги из криминальной полиции, когда узнают, что я раскрыл это дело. Ибо я ни секунды не сомневаюсь в успехе расследования. Ссылаясь на газету, я ввожу чету Берюрье в курс событий
– Понимаете, – говорю я, – гангстеры попали пальцем в небо. Они приняли Берту за жену американца. Кстати, взгляните, сходство поразительное
И тут Толстуха выдает мне большой концерт
Ее супруг демонстрирует абсолютную растерянность и принимает допинг, исподтишка осушая содержимое литровой бутылки
Я успокаиваю нашу красавицу, прибегая к дипломатии
– Дорогая Берта, когда я говорю о сходстве, я подразумеваю (еще бы!) лишь внутреннюю морфологию физиономий, из чего можно констатировать, что в их доминирующей структуре имеется сходство, обусловленное принадлежностью ваших абрисов к группе "Б" верхней зоологической таблицы, о которой говорит Кювье в своем известном трактате
Я перевожу дыхание.
– Не так ли? – обращаюсь я к Толстяку, который следит за траекторией моей мысли, широко раскрыв глаза
– В точности то, что я думал, – уверяет он. Бертой на какое-то мгновение овладевают сомнения. Кажется, будто грозовая туча, чреватая дождем, угрожающе наползает на ее лицо. Затем она веселеет. Ее супруг шепчет мне на ухо.
– Тебе бы продавать лапшу на уши!
– Берта, я вас сейчас реквизирую, – говорю я. Во взгляде повелительницы Берю появляется нечто от Марлен-Дитрих, улучшенной Полин Картон.
– О, комиссар. Реквизировать – меня.
Я покрываюсь холодным потом. Не дай Бог, она меня не так поймет. Я вовсе не собираюсь с ней развлекаться.
– Да, моя славная, с вашей помощью мы смогли бы отыскать дом, куда вас отвезли.
От удивления она широко раскрывает рот.
– Но это невозможно Я же вам сказала, что...
– Вас усыпили, я знаю. Однако мы должны попытаться путем сопоставлений прийти к цели.
– Сан-А прав! – восклицает Берюрье – Одним словом, ты – главный свидетель!
Слово «свидетель» вызывает в ее сознании слово «газета». Она уже видит свою одиссею, тиражированную газетными писунами. Героиня сезона! Одним махом у нее появится толпа новых знакомых, и она сможет обновить список своих поклонников!
– Долг прежде всего, – с большим достоинством заявляет она. – Я в вашем распоряжении.
Вновь распогодилось, и лягушки-барометры спустились по шкале делений на дно своих банок.
Лес Мэзон-Лаффита предстает в желтом очаровании. Меланхолические аллеи усыпаны золотистыми листьями. Нежный запах нового гумуса приятно покалывает ноздри, напоминая о романтических подлесках.
Этот тяжелый аромат природы с трудом противостоит духам, которыми облила себя мамаша Берю. Я не знаю, подарил ли ей эти духи завивщик ее волос, но, как бы там ни было, их запах нелегко выносить. У меня
– Это здесь! – говорит она.
Мы крутимся по парку уже добрую четверть часа. Толстяк дремлет, развалившись на заднем сиденье. За ним постоянно тянется недосыпание, и, как только он оказывается неподвижным, начинает храпеть.
– Вы уверены?
Она указывает мне на статую у входа величественного особняка.
– Я узнаю эту скульптуру!
Статуя, о которой идет речь, представляет собой женщину, одетую лишь в колчан, который к тому же висит у нее через плечо.
– Ну и что?
– А то, что здесь они остановились, и тип, о котором я говорила, вытащил коробку с губкой.
Мы находимся в укромной аллее, которая прямолинейно тянется между двумя рядами густого кустарника.
Это место, о котором можно только мечтать, чтобы хлороформировать женщину или попросить ее доставить вам удовольствие.
– Но позвольте, – говорю я, – ведь вы потеряли сознание... Стало быть, у вас нет никакого представления о длительности маршрута.
– Ни малейшего! – подтверждает ББ.
– Эти мерзавцы вас усыпили по пути туда, но на обратном пути они вам лишь завязали глаза... Слушайте меня внимательно, Берта. Слава Богу, что вы исключительно умная женщина!
Ну вот, готово! Ее сиськи начинают играть и вздыматься. Я продолжаю ей безбожно льстить, слишком хорошо зная, что лесть оборачивается сторицей. Чем человек глупее, тем легче его околпачить, убеждая в том, что он Феникс (бесплатная реклама для страховой компании «Феникс»).
Доброй китихе уже не сидится на месте, и от этого рессоры машины стонут, как подвергнутые истязанию рабы.
– И, поскольку вы обладаете исключительным умом, мы можем обратиться к методу дедукции. Следуйте за моей мыслью и развивайте ее. Если вас привезли в этот парк, то, вероятно, дом, в котором вас держали в заключении, находится где-то недалеко. Вас бы не усыпляли в Мэзон-Лаффите, чтобы везти в Венсенский лес, не так ли?
– Это сама очевидность, – соглашается мадам Берюрье, которая склонна к припадкам ярости.
– Прекрасно...
На заднем сиденье Толстяк храпит, как вертолет, набирающий высоту.
In petto 13 я говорю себе (по-латыни, заметьте), что у него, наверное, полипы, которые следовало бы удалить немедля.
– Дорогая Берта, мы сейчас проведем с вами первый эксперимент.
О какая же она сладострастная! Взгляд, который она бросает на меня, уже сам по себе изнасилование.
Эта женщина, распахивающая целину мужских плавок, покорена моим превосходством, моей личностью и моей смазливой физиономией. Я уверен, что она отдала бы свой нож для разрезания торта с ручкой из чистого серебра за ночь любви со мной. И была бы права.
13
В душе