Жека 5
Шрифт:
— Блин! Братан! Тут же мусора стоят! Куда ты нас привёз???
— Правильно привёз! — возразил Жека. — Это охотничье хозяйство, где местные шишкари отдыхают. У них тут как в Европе всё оборудовано. Сюда губернатор всегда приезжает. А ты что хотел, чтоб эту фазенду бомжи охраняли?
— Ну не знаю… — неуверенно ответил Славян. — Как-то стрёмно это…
— Привыкай быть белым человеком, брат! — рассмеялся Жека. — Здесь, у крыльца тормози. Сначала буханём, а потом пойдём уже развлечёмся.
Хорошо на природе, за городом! Вот и опять «Тугайское». И опять почти ночная охота…
Глава 4
Посиделки
— Нихера себе у них тут! Всё по высшему разряду! — удивлялись пацаны, расхаживая по охотничьему домику. Хотя, домиком-то его можно назвать с большой натяжкой. Не домик, а дом. Домина. Громадная центральная зала с жарко топящимся камином, выложенным из дикого камня. Стены, сложенные из громадных сосновых стволов. Да таких, что сейчас уже и не найдёшь в лесу. А если найдёшь, хрен вывезешь. Пол из здоровенных, в полметра шириной, плах. Такие уже сейчас и не делают… Лежанки, покрытые медвежьими шкурами. Длинный дубовый стол посредине. Когда пацаны вошли в домик, два молчаливых егеря расставили на нём выпивку и закуску. Но прислуживать, как высшим чинам, не стали, ушли сразу же.
— Вот это сервис! — удивился Графин. — Даже подступаться ко всему этому боязно. За какие такие шиши нам это всё?
— Нам это всё за то, что мы надёжные, проверенные люди! — уверенно заявил Жека. — И Хромов, и Дуреев знают, что с нами можно и нужно иметь дело. Почему? Да потому что мы адекватные и предсказуемые. Что рядовая бригада при таком унижении сделала бы? Правильно. Начали шмалять во все стороны. Убили бы многих, посторонних зацепило бы. Шум возник бы. А это ни Хромову, ни губернатору с главой города не надо. Надо, чтоб всё тихо-мирно было. Живём в лесу — молимся колесу. Вот так надо жить. Ладно, хорош заливать. Давайте буханём да посмотрим, что у нас там за мишени такие прикольные, что Хромов обещал.
А мишени там и в самом деле были прикольные. К тем же деревьям, к которым прошлый раз были привязаны старые фуфайки, сейчас оказались крепко прикручены Коротыш и пять его амбалов. Причём притянуты капитально — толстыми верёвками, так же пропущенными через кляпы во рту. Коротыш, услышавший, что кто-то ходит рядом, светя фонарями, поднял голову, увидел Жеку и что-то хотел сказать или закричать, задёргался, но верёвки плотно держали даже его громадное тело. Они бы удержали и КамАЗ. Спецназовцы хорошо постарались.
— Вот видишь, как бывает! — наставительно сказал Жека. — Какой сейчас выход из всей этой херни? Я лично никакого не вижу. Тебе достаточно было присмотреть за иностранцами. Не бесплатно, разумеется. Я тебе десять штук баксов дал бы. Твоей нищей кодле на год хватило бы. А ты что? Стал орать. Кипиш устроил. Мафией нас обозвал. Грозить мне стал, что дело порешишь, которое сейчас очень важное для меня. Разве можно так делать?
Коротыш замотал головой, показывая, что нельзя так делать. Ох, как же он жалел сейчас, что вообще связался с этими центровыми. Ходили же слухи, что они уже половину блатных в городе замочили, что они настоящие мафиози, подмявшие и власть в городе, и мусоров. Не верил. Смеялся. Ждал случая проверить, так ли это, в своей безрассудной смелости, тренированной на лохах. Но вот вместо овец попались волки.
В сейфе стояло то же самое оружие, что и в прошлый раз. Охотничьи ружья, иностранные дробовики, автомат Калашникова. Славян хотел взять дорогой «Винчестер», но Жека не дал.
— Этот не трогай. Генеральский. Остальное можно.
Себе взял проверенную «Тулку», зарядив её медвежьими жаканами. Остальные разобрали, кто что. Выпили ещё для сугреву, потом пошли в тир. За домом горят мощные светильники, светящие прямо в лес. У стены дома стол. На него и положили оружие с патронами. Проверили ещё раз, прицелились.
— Ну чё… Начнём… — мрачно усмехнулся Жека, вскинул ружьё и зарядил медвежью пулю прямо в брюхо Коротышу. Однако даже такой удар оказался нипочём здоровенному мужику. Задёргался, ливанул кровью, но не обмяк. Трясся, пытаясь освободиться. Второй жакан ударил в бедро, перебив берцовую кость и почти оторвав его.
До мишеней расстояние метров 30. С непривычки можно и не попасть. Так и получилось. Минут 10 лупили из всего, чего можно, прежде чем мишени обмякли.
— Вроде не дёргаются, — сказал Графин, кладя Калашников, из которого стрелял короткими очередями. Сейчас схожу посмотрю.
Но смотреть там было не на что. При такой плотности огня изрешетили всех. Сильно пахнет кровью и пороховыми газами.
— Готовы! — крикнул Графин, но всё же выстрелил каждому в голову из пистолета. — Это на всякий пожарный.
— Раз готовы, значит, пойдём, буханем, — предложил Митяй. — Чё мы сюда… Зря ехали? Тут халявы вон сколько!
Зашли в дом, протёрли оружие, поставили на место. Помыв руки, стали хлопотать со столом. Митяй положил на громадную разделочную доску большой кусок копчёного мяса, умело располосовал его на толстые ломти острым охотничьим ножом, нарезал домашний хлеб. Пацаны разлили дорогую финскую водку. Пока готовили стол, Жека включил на магнитоле «Сектор газа».
— Ну, будем, пацаны, — Жека поднял рюмку с налитой водкой, и протянул, чтоб чокнуться. — Всё как надо порешалось.
— Будем! Будем! — протянули все рюмки, чтоб чокнуться с Жекой.
Посидели около часа, базаря о своём. А Жека думал, что неплохо бы нечто подобное в лесу открыть, только для богатых людей. И без ружей, само собой. Гостиница, ресторан в стиле охотничьего домика. Такая же громадная зала, большой камин. Да всё сделать, как здесь! Это же офигеть сколько бабла косить можно лопатой. Вся блатата будет ездить бухать вдали от города. И даже название нарисовалось сразу: «Царская охота. Гостиница и ресторан для вас».
— А этих то куда? — спросил Славян, когда собрались уезжать.
— А этих прикопают, где надо, — заявил Жека. — Всё, пора по домам. Устал я что-то. Надо мне рассчитаться за наши посиделки. Завезите меня в коммерческий на Октябрьском.
Время было не слишком позднее, поэтому решил зайти к Вальке. По делу. Приехав домой и даже не заходя к себе, сразу поднялся на шестой этаж и позвонил в знакомую дверь. Услышал привычные шлепки босых девичьих ног по линолеуму, звук отодвигаемого дверного глазка. Потом замок щёлкнул, и дверь открылась.