Железный предатель
Шрифт:
– Мне это известно. – Голос Киррана был жестким и невыразительным. – Каждый в Фейриленде знает это. Нам пришлось смириться с тем, что люди больше не верят в нас.
Госпожа улыбнулась, и от этой улыбки у меня по спине пополз холодок.
– Но мы можем кое-что сделать, – нараспев произнесла она. – Существует способ заставить человечество прозреть. Завеса между Фейрилендом и миром смертных скрывает нас. Она не позволяет людям видеть Небыль и всех существ, что там живут. Разделяет два мира, чтобы они никогда не столкнулись. – Королева подняла тонкую
– Ни черта подобного! – Моя резкая реакция удивила Госпожу, и она моргнула. Я сжал кулаки, представляя мир, где свободно и беспрепятственно хозяйничают фейри. – Это не спасение… а самый настоящий хаос! Полное, беспросветное безумие. Люди умрут, сойдут с ума. Паника охватит весь мир.
– Да, – согласилась королева Забытых. – Паника и страх, но и вера тоже. Люди снова начнут уважать нас, или, по крайней мере, им придется поверить собственным глазам. Поверить, что фейри реальны, что мы существуем. Небыль снова станет сильной, изгнанникам больше не придется бояться угасания, а о нас наконец-то вспомнят.
– Не существует способа уничтожить Завесу, – отрезал Кирран.
– О мой дорогой принц, – прошептала Госпожа. – Вы и Дворы не так стары, как я. Вы просто забыли, как разрушить ее. Этого не случилось раньше, потому что в этом мире не был рожден катализатор… до сих пор.
– Катализатор? – Мне не нравилось, к чему ведет этот разговор. Мое сердце колотилось о ребра, а по спине расползался холодок. Я перевел взгляд на Киррана, задаваясь вопросом, сможем ли мы выбраться отсюда, но принц с безучастными глазами неподвижно стоял в тени Госпожи.
Голос Госпожи стал низким, мягким и пугающим.
– Чтобы разрушить Завесу, – протянула она, будто читала что-то по памяти, – в ночь полнолуния нужно встать на месте древней силы и пожертвовать жизнью смертного, обладающего Зрением, – того, кто связан кровью со всеми дворами Фейриленда. Летним, Зимним, а теперь и Железным Королевством. Эта жертва приподнимет Завесу, и смертные смогут увидеть Скрытый мир благодаря крови Единого. Брат, сестра, шурин… – Она смотрела своими бездонными черными глазами прямо на меня. – Или дядя.
«Нет». Мои руки задрожали, и я, пошатнувшись, отступил назад и огляделся по сторонам. Забытые приближались к нам, переступая через белые поганки в круг, их светящиеся глаза были устремлены на меня. Мой живот сжался. Меня. Они хотели принести в жертву меня. Смертного, чья кровь была связана со всеми тремя Дворами. Того, кто положит начало эпохе безумия, хаоса и ужаса, когда люди внезапно осознают, что фейри действительно существуют.
К черту это.
Я выхватил мечи, и Кирран сделал то же самое. Я повернулся
– Итан Чейз. – Краем глаза я заметил, как Госпожа отошла назад. – Я должна еще раз извиниться перед тобой. Досадно, что тебе придется умереть, чтобы остальные из нас жили, но знай: твоя жертва спасет тысячи. Фейри перестанут жить в страхе. Изгнанники, Забытые, даже жители Небыли… Мы все будем процветать благодаря тебе.
Забытые почти настигли нас, как безмолвный смертоносный рой, а слова Госпожи превратились в неразборчивый фоновый шум.
– Кирран, – пробормотал я, пытаясь обрести спокойствие, то пугающее умиротворение, которое обычно охватывало меня прямо перед битвой. Принц стоял у меня за спиной, не шевелясь. – Как обстоят дела с твоей стороны? Сможем ли мы пробиться?
– Итан?
Его голос звучал незнакомо, сдавленно. По его телу прокатилась дрожь, и я, нахмурившись, оглянулся.
– Что?
– Мне жаль.
Он повернулся, как я, и пронзил меня своим мечом.
Звук оборвался. Мир вокруг остановился. Я приоткрыл рот, но из него не вырвалось ничего, кроме сдавленного вздоха. Кирран, стоявший рядом, смотрел куда-то через мое плечо, обхватив одной рукой мою шею, а другую – прижимал к животу. Я опустил взгляд и увидел, что его рука сжимает рукоять меча, упирающегося мне в тело.
Нет. Это… не могло быть правдой; я даже не чувствовал боли. Взглянув на Киррана, который все еще рассматривал горизонт поверх моего плеча, я попытался что-то сказать. Но слова застревали в горле.
– Кир… ран. – Но даже это далось с мучительным трудом, и теплая струйка крови потекла изо рта вниз, по моей шее. – Почему?
Кирран прикрыл глаза.
– Мне очень жаль, – прошептал он и выдернул лезвие из моего живота. Это причинило боль, которую, как я знал, я должен чувствовать: вспышку агонии, вырвавшуюся из моего живота, подобно лентам крови, взметнувшимся в воздух. Я схватился за живот, ощущая, как тепло разливается по пальцам, как они становятся липкими. Я посмотрел вниз и увидел, что мои руки полностью покрыты красным.
«Этого не может быть». Земля покачнулась подо мной. Я рухнул на колени, когда темнота начала заволакивать зрение. Я поднял глаза на Киррана, который смотрел на меня сверху, позади него стояла Госпожа. Его лицо было измученным. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул, а когда снова открыл их, Киррана больше не было. На меня уставился холодный незнакомец, чье лицо сменила каменная маска.
– Прощай, Итан, – прошептал он, когда Госпожа опустила руку на его плечо, заставляя отвернуться от меня. Я попытался позвать его, но мир накренился, и я отключился, заметив лишь покосившийся далекий горизонт, быстро уменьшавшийся в конце туннеля. Мне показалось, что где-то вдали я слышал стук копыт, слабый гул, который становился все ближе.