Жемчуг Падуи

Уилкинсон Ли

София Джордан ужаснулась, взглянув на пол. Бумажный пакет с мукой лопнул при падении, и брюки мужчины оказались обильно припорошенными мелким прилипчивым белым порошком. Она кинулась подбирать с пола уцелевшие свертки, опасаясь взглянуть на пострадавшего от ее нерадивости покупателя. Но напрасно она так беспокоилась, поскольку для него ее оплошность стала хорошим поводом для веселья.

Человек рассмеялся и заявил:

– Мое счастье, что вы не успели купить яиц.

София Джордан осторожно подняла на него

глаза. К ней склонился молодой русоволосый человек. Его пригожее лицо беззлобно улыбалось. София выдохнула с облегчением и улыбнулась в ответ.

Он помог ей сложить покупки обратно в пакет и поднял ношу, поддерживая ее за донышко. Затем встал на свое место в очереди, которая успела немного продвинуться к кассе. София робко приткнулась в небольшой промежуток между людьми. И только в этот момент словно яркой вспышкой ее поразила догадка. Столь удивительным и невероятным было сходство этого лица с лицом изображенного на портрете мужчины.

Она еще раз повернулась к нему и пристально вгляделась. Он без смущения смотрел на девушку. Короткие, чуть волнистые пряди более темного оттенка, нежели на портрете, волос, но тот же разрез темных глаз с яркими ресницами, тот же четкий волевой овал лица, характерный изгиб красивого рта… Все было ей знакомо.

– Мне очень неловко из-за того, что произошло, – посетовала София и потянулась за своим пакетом.

– Ничего страшного, дорогая, – улыбнулся он. – Я помогу донести вашу сумку. Она достаточно тяжела. Вам далеко идти?

– Нет, совсем близко… Но я не хочу утруждать вас.

– Для меня это не составит особого труда, – заявил незнакомец.

– Вы вовсе не обязаны…

– Конечно, – кивнул молодой человек. – Но это доставит мне удовольствие, – уверенно произнес он, и София не нашла, что возразить.

Расплатившись за кошачий корм и молоко и затолкав продукты в до отказа набитую сумку, София направилась к выходу. Расторопный незнакомец открыл перед ней двери.

– Значит, вы живете недалеко… – подытожил он, забрав пакет из ее рук. – Где именно?

– В том особняке, – указала она рукой через площадь. – У меня там квартира на первом этаже, окнами в сад.

– Должно быть, очень уютная, – предположил отзывчивый незнакомец и, внимательно посмотрев на Софию, утвердительно произнес:

– Вы живете одна.

– Почему вы так решили? – смутилась девушка.

– Кошачий корм, – многозначительно пояснил он.

– Живу я действительно одна, – рассмеялась София. – Но кошачий корм к моему одиночеству отношения не имеет. Знакомая старушка попросила его купить.

– Понимаю. Но не слишком ли вы молоды, чтобы дружить со старушками?

– Если мне четверть века, а ей – три четверти, то самое время поддержать друг друга.

– Вам двадцать пять. Давно вы живете одна? – деловито поинтересовался молодой человек.

– С тех пор как не стало моего

отца. Он скончался несколько месяцев назад.

– Скоропостижно?

– Как сказать… Он болел. Но я искренне верила в его выздоровление.

– А что же ваша мама?

– Мама умерла значительно раньше. Мне тогда было семь лет.

– Братья, сестры есть? – продолжал интересоваться мужчина.

– Я – единственный ребенок, – бесхитростно ответила София.

– Сколько лет было вашему отцу?

– Всего шестьдесят два года.

– Он умер вдовцом?

– Да, – кивнула София. – Он остался верен моей маме.

– Удивительно, – задумчиво произнес незнакомец.

– Тем более удивительно, если знать, каким успехом он пользовался у женщин, – сказала девушка. – Многие были очарованы его обаянием и чувством юмора. Он был очень чуток к доброте и красоте и необыкновенно талантлив.

– Талантлив в чем?

– Он рисовал.

– Он был художником?

– Нет. Мой папа был дипломатом. Живопись – только увлечение. Его карьера прежде времени прервалась. Он досрочно ушел на пенсию по состоянию здоровья из-за последствий несчастного случая. Уволившись, он стал все свои силы отдавать живописи.

– Пейзажи?

– Есть и пейзажи. Но его привлекали главным образом человеческие лица. Он рисовал удивительные портреты. У него был особый дар изображать на холсте судьбу.

– Хотел бы я на это посмотреть, – отозвался мужчина.

– Уверяю вас, одна из его работ очень вас удивит, – загадочно произнесла София Джордан. Незнакомец вопросительно посмотрел на девушку. – Много лет назад мой отец написал портрет человека, невероятно похожего на вас, – объяснила она.

– Насколько похожего? – заинтересовался мужчина.

– Очень похожего.

– Странно, – протянул он. – А ваш отец был известен как художник?

– Он не был широко известен, поскольку никогда не выставлялся. Но те, кто видел его картины, признавали за ним великий дар… Скоро с творчеством папы смогут познакомиться все желающие. Я сейчас занята подготовкой его персональной мемориальной выставки.

– Где она будет проходить?

– В галерее Дэйвида Рентона, – ответила София.

– О! Эта галерея славится своими экспозициями, – признал мужчина. – А вы тоже художница?

– Увы, – улыбнулась девушка. – У меня не обнаружилось особого таланта к живописи. Поэтому я просто продаю картины. Не обладая даром, я хорошо знаю цену стоящим произведениям.

– У вашего недостатка есть положительная сторона. Это любопытное свойство.

– Мой недостаток не мешает создавать каталоги. До работы в галерее я два года провела в музейных мастерских, реставрируя старинные полотна.

– Уникальный опыт.

– Папа тоже так думал. Мне же это занятие, несмотря на трудоемкость, доставляло массу удовольствия.