Жена архитектора

– Я не собираюсь жениться на этом чудовище!
– даже со второго этажа слышу сильный мужской голос. Подкрадываюсь к лестнице, чтобы разобрать все слова. Ведь говорят обо мне.

– Не называйте так мою дочь!

“Правильно, маман, гни свою линию” - хихикаю мысленно. Сама-то мамочка старшую неудавшуюся дочь иначе как “чтоб тебе провалиться, монстр проклятый” не величает. А перед женихом набивает цену. Небось еще театрально за сердце схватилась.

– Эрлинг, тебе нужна жена!
– решительно припечатывает второй мужчина.

Этого я помню.

Это Генри - троюродный дядя моего новоиспеченного жениха. Он приходил недели две назад и заключил помолвку со мной от имени Эрлинга Моркена. Увидев невесту, сначала побледнел, вспотел и потерял дар речи, а, вновь обретя, попросил поскорее вывести “юную леди”.

Сам королевский архитектор в то время был в отъезде, ему предстояло приступить к оформлению новой резиденции короля. Представляю, как обрадовался Эрлинг новости о собственной помолвке. А когда узнал с кем!

– А еще больше тебе нужны деньги, - тихо добавляет Генри, пытаясь утихомирить разгневанного племянника.

– Приданого у Келли много, - неуверенно бормочет мой отец. Отмечаю, что с таким настроением он слона не продаст. Маман, похоже, тоже это осознает и кидается в бой:

– Келли очень… - она на мгновение теряется, пытаясь подобрать хоть одно хорошее слово, которое подошло бы к описанию ее дочери, и не было бы откровенной ложью, и выдает: - Очень самостоятельная! И совсем не брезгливая! А еще она может охранять дом и отпугивать ворон с поля! Вот!

Мне даже приходится зажать себе рот рукой, чтобы не расхохотаться. Маман точно дочь пытается замуж выдать или собаку продает?

– И приданое у Келли богатое, - все тем же страдающим тоном добавляет батюшка. И в этот раз его довод звучит намного убедительнее маминых криков.

– В твоем положении перебирать не приходится, - нравоучительно заявляет Генри.

Сам он, конечно, никогда бы не согласился на подобный брак. И к его счастью он был женат. А вот племяннику выпала роль спасать благосостояние всей семьи, отчего Эрлинг сейчас готов дышать пламенем не хуже дракона.

– Давайте я добавлю к приданому еще и колдовскую книгу нашей дорогой бабушки, - меняет тактику маман. Теперь ее голос звучит как стон, то ли отчаяния, то ли предвкушения удовольствия от выставления проклятой дочери за дверь.

– Но книгу нельзя… - пытается слабо запротестовать отец. Ведь гримуар когда-то принадлежал именно его бабушке. Но мама даже слушать не хочет:

– Льзя, дорогой! У нас-то в роду уже магия перевелась, а книга очень ценная. Но за любимую доченьку не жалко никакого приданого, - последнее предложение женщина произносит с такой интонацией, будто жует целый лимон.

– Ладно, - тяжело вздыхает отец. И мне даже становится его жалко, хоть на самом деле я знаю этого человека от силы месяц, а видела только когда он пробегал мимо комнат, в которых я находилась.

– Гримуар?
– в тоне Эрлинга вдруг прорезается интерес. И я неожиданно осознаю, что у маман действительно появился шанс сбагрить страшилище. Жених уточняет: - Какого года книга?

– Ой, да она еще до Становления написана была!
– женщина, кажется, начинает подпрыгивать на месте от радости.
– Хотите, я принесу ее?

– Принесите, - задумчиво соглашается Эрлинг. Мне мерещится в его голосе слепая покорность. Будто

какая-то книга может быть настолько ценной, что даже чудовище не страшно. Мама с криками убегает в сторону кабинета, отец растерянно пыхтит.

Мне становится интересно взглянуть на такого отчаянного мужчину.

Медленно и тихо спускаюсь по ступеням, стараясь не привлекать внимание ни движением ни шумом. Придерживаю красивое шелковое платье, которое выглядит на мне комично. Мне подошел бы какой-нибудь балахон или одежда из шкур, которую носили дикари, а не эта роскошная ткань.

Присаживаюсь на ступеньку и склоняю голову, насколько позволяет горб, стараясь увидеть гостей. И действительно вижу.

Они отказались даже пройти в гостиную и сейчас стоят в холле. Генри одет в темный костюм, его лакированные туфли блестят, как и серебряные запонки. Жилет расстегнут, потому что едва сходится на круглом животе. Но лицо у него приятное и гладковыбритое. Мой отец тоже принарядился в костюм, который, скорее всего, шили для него несколько лет назад, и сейчас он висит на похудевшем мужчине. Я осматриваю плешь на голове батюшки и, наконец, нахожу взглядом жениха.

В первый миг даже замираю от удивления. Я слышала, что Эрлинг Моркен красив, но не думала, что настолько. Да перед ним девушки всех возрастов должны штабелями складываться! У него каштановые волосы, такие густые и блестящие, что я начинаю подозревать, будто от меня скрывают наличие барбершопов в этом мире. На его красивом лице с идеальной светлой кожей, трехдневная темная щетина, которая только добавляет ему шарма. Мой взгляд цепляется то за чувственные губы, то за выразительные брови, а яркие карие глаза заставляют сердце биться быстрее. Неужели он настоящий?

Мне становится ужасно неловко. Просто от того, что я могу стать его женой. Такой красавец, и по рассказам талантливый архитектор, свяжет себя узами брака с чудовищем. Мне на его месте было бы ужасно обидно…

Я неотрывно смотрю на красавца, слушая крики маман. Кажется, она уже нашла книгу, и мчит обратно. Но вдруг Эрлинг поворачивается. Не знаю каким чутьем он уловил мое внимание. Может, магическим, а может, и случайно посмотрел в эту сторону. Но в один миг его лицо меняется. В глазах, где до сих пор виднелись сомнения и внутренние торги, сейчас отражается омерзение. От одного взгляда на меня, лицо мужчины искажает брезгливость. Он делает шаг назад, а затем резко разворачивается, рывком открывает дверь и быстро выходит из дома.

В этот миг в холл выскакивает красивая высокая женщина в синем платье.

– Куда вы?
– восклицает она, а затем оборачивается к лестнице. Я вскакиваю на ноги и бегу в свою комнату, а мне вслед летят крики: - Зачем ты вышла, дрянь?! Ты испугала жениха, мерзавка! Как мы теперь сможем выдать тебя замуж?!

Раньше я не была чудовищем. И не очень-то хотела замуж. Меня звали Ксения Курова. Я жила в большом городе и была занята построением собственной карьеры. Родилась третьим ребенком в достаточно обеспеченной и счастливой семье. Закончила школу с отличием, поступила в университет и съехала от родителей. Сначала они мне помогали, но уже на третьем курсе, я нашла работу и стала оплачивать жилье сама.