Жена Хранителя Теней
Шрифт:
"Спасибо, Мать-Магия. Спасибо", – выдохнула я про себя.
Теперь дело за малым, нужно лишь побороть действие зелья и выбраться отсюда незамеченной.
Я старалась. Я прикладывала воистину нечеловеческие усилия, и наконец мне удалось перевернуться на бок. Еще раз и еще. Руки и ноги не подчинялись мне, и на пол я упала с глухим стуком. Ушиблась, конечно. Но сейчас меня это волновало в последнюю очередь. Синяки и ссадины можно залечить потом. Позже. В покое и безопасности своей комнаты.
Кое-как заставила
Крохотные иголочки впились кончики моих пальцев. В голове зашумело, а перед глазами поплыли темные мушки. Хорошо, что Анриетте не удалось толком выучиться на зельевара. Еще пара минут, и я смогу убраться отсюда.
"И выкинуть Анриетту из своей комнаты". Нет у меня больше сестры. Может, я и правда жертвенная дура, но… Но я не жалею ни об одном своем поступке. Мне, по крайней мере, не стыдно за себя.
Собрав себя в кучу, рывком поднялась на ноги. И обмерла от резкого звука. Бросив осторожный взгляд вниз, я коротко выругалась – тонкая ткань моей ночной рубашки не выдержала и разорвалась.
Неважно. Неважно. Никто не увидит, а если и увидит – отговорюсь. Главное – выйти из спальни, прокрасться сквозь гостиную и закрыть за собой двери покоев. Если меня поймают в коридоре… Что ж, я – будущая Хранительница Знаний и могу почти любого послать куда подальше. С отцом придется объясняться, но ему я просто покажу линию на своем запястье. Он поймет. Обязательно поймет. У него у самого таких линий больше десятка.
Шаг, другой, третий. Вот и заветные двери. Пусть меня шатает от усталости, но я почти выбралась!
Я обрадовалась слишком рано.
Резко распахнувшаяся дверь заставила меня шарахнуться назад. Под босую ногу попало что-то мягкое, теплое, и я полетела на пол. Но не упала. От второго падения меня спасли чьи-то крепкие, надежные руки.
Мужчина. Это был мужчина. Он поймал меня…
" Лучше просто идите. Иначе кто-нибудь вас все-таки поймает ", – эхом, отзвуком прошлого пронеслось в голове.
Мужчина что-то обеспокоенно спрашивал, а я могла смотреть только на его ладонь. Его сильную, теплую, сухую ладонь. Ладонь, которая лежала на обнаженной коже моего предплечья. И на золотое сияние, которое растекалось вокруг его пальцев.
"Вот и все. Вот и все, Лиарет", – пронеслось у меня в голове.
– Лиарет Даллеро-Нортон! – громыхнуло у меня над головой.
Отец. Мать-Магия, за что?!
– Спокойнее, вы же видите, что девушка не в себе, – осадил отца тот, кто удерживал меня в своих руках. Удерживал так, словно я была драгоценной. Словно я могла разбиться.
"А я могу разбиться". От страха, обиды и злости было тяжело дышать.
– Я в себе, – хрипло
«Ну же, – молила я его про себя, – увидь шрам. Увидь же его!»
– Поднимите ее, – коротко приказал алвориг Даллеро-Нортон. – И посадите в кресло. Я найду, чем прикрыть это бесстыдство.
Только после этих слов я бросила взгляд вниз, на свои ноги. Рубашка задралась до самого бедра, но это меня не особенно обеспокоило. Голые ноги – это меньшая из моих проблем.
– Что теперь со мной будет? – тихо выдавила я. – Что теперь будет?
Отец промолчал. Я перевела взгляд на того, кто продолжал удерживать меня, и замерла. Дан.
«Не просто Дан, – поправила я себя, – а Данриэль А-Гару Алсой. Повелитель Льда, Великий Лорд Северных Земель, Хранитель Теней Сагерта. Какая жалость, что я в принципе не способна потерять сознание».
Неведомая сила вздернула меня вверх, и через пару мгновений я уже сидела в кресле. Этой самой «неведомой силой» оказался Хранитель Теней, который тут же ушел в спальню и вернулся с тонким покрывалом. Которым и укутал меня полностью.
Украдкой оглядевшись, я отметила, что гостиная выглядит сиротливо: ни книг, ни памятных вещиц. Ничего. Брат не успел обжиться в этих покоях, а Данриэль… Вероятно, он путешествовал налегке.
– Лиарет, – глухо произнес отец, – как?
Уже не пытаясь привлечь его внимание к своей руке, я неверным голосом произнесла:
– У меня были сотни и тысячи возможностей, отец. Сотни и тысячи.
– Риетта сказала, что ты продолжаешь навещать свою наставницу. Сестра так переживала за тебя. – Отец не смотрел на меня. – Ты испугалась, Лиарет. Испугалась и предала нас.
– Нет! – крикнула я, подаваясь вперед.
Покрывало соскользнуло и приоткрыло мою руку, на которой сиял золотой отпечаток. Алвориг Даллеро-Нортон скользнул взглядом по этому вещественному доказательству произошедшего и скривился:
– Возвращайся в свою комнату.
– Квэнти не может пройти по коридорам в таком виде, – жестко произнес Данриэль.
– Я попрошу вас, алвориг Алсой, не вмешиваться в дела моей семьи. Никто не знает о том, что здесь произошло. Так оно и останется, – отрезал отец. – Через несколько дней вы увезете Анриетту, затем исчезнет и Лиарет.
Наверное, я побледнела. Исчезну?!
– Отец, – позвала я его. – Отец, я не предавала тебя.
Алвориг Даллеро-Нортон тяжело вздохнул. Он как будто разом постарел на несколько десятков лет.
«Будь ты проклята, Риетта. Будь ты проклята», – мысленно прорычала я.
– Лиа, – хриплым, опустошенным голосом произнес алвориг Даллеро-Нортон. – Нам нельзя допускать чужих в библиотеку. Нельзя. И ты знала это. Что будет теперь…
Дверь, ведущая из общего коридора в гостиную, резко распахнулась.