Жена изгоя
Шрифт:
Было очень забавно наблюдать, как абсолютно все продавцы неожиданно вспыхивали бесконечной симпатией ко всем своим покупателям и делали им огромные скидки. А такие же приветливые покупатели, наоборот, на радостях вручали продавцам немалую сумму просто так, в качестве благодарности. В итоге каждый оставался при своём, а настроение у всех становилось просто превосходным.
Правда, бывали дни, когда я пробовал сместить эмоциональный градус в другую сторону. В общем, после того, как на том же рынке за день случилось
– Смотри, какие первокурсницы в этом году интересные! – с восторгом проговорил Мильтер, когда я пробился к нему. – Самый вкусный набор за всё время моей учёбы. Демоны, даже жалко, что у нас половину учебного времени будет занимать практика!
С Мильтом мы дружили с первого курса. Честно говоря, сейчас я мог назвать другом только его, но даже ему не доверял полностью. Почему? Есть причины. И всё же этот высокий рыжеволосый парень умудрился найти ко мне подход. Я и сам не заметил, как мы с ним стали настоящими друзьями.
Он был интересным, находчивым и компанейским парнем, водил приятельские отношения, кажется, с половиной учащихся в академии. Несмотря на отсутствие благородного происхождения, пользовался огромной популярностью у женщин всех возрастов. При этом у него непонятным образом получалось оставаться друзьями со всеми своими бывшими пассиями.
А ещё его любили наши преподаватели, и несколько раз именно эта их любовь и его умение договариваться спасали меня от неминуемого отчисления.
Я встал рядом с Мильтом на высокий бордюр и снова обвёл взглядом собравшихся. Да, девушек в рядах первокурсников было много, и симпатичных среди них хватало. А вот моя знакомая Трис на площади не присутствовала. Но почему тогда светились браслеты?
Обычно я легко скрывал их под мощной иллюзией, но сегодня мне пришлось приложить все свои умения, чтобы скрыть татуировки вместе с сиянием от посторонних.
– Как поездка к матери? – спросил между тем Мильт.
– Хорошо, – пожал я плечами. – Готовятся к сбору урожая.
– Может, хоть в этом году приедут на праздники? – поинтересовался он. – Всё же у нас выпускной год, а твои ни разу не были на показательных выступлениях.
– Мама не любит республику, – ответил я. – Но Мелкая давно просится посмотреть Дарборт. Она в следующем году собирается поступать в академию. И упёрлась, что желает учиться именно в ДАМе.
– Вот и отличный повод приехать сюда на праздники, – улыбнулся друг. – А у тебя симпатичная сестра?
– Мильт! – я посмотрел на него с угрозой. – Я же прибью тебя, если хоть пальцем к ней прикоснёшься.
– А вдруг влюблюсь? – рассмеялся этот балагур. – Может, я давно готов к браку, и просто пока не встретил свою принцессу!
Я иронично хмыкнул и снова посмотрел на первокурсников. В этом году набор был скуднее, чем в прошлом. По
Если раньше попасть в ДАМ было подвигом, то теперь брали почти всех, и поговаривали даже, что скоро половина мест будет финансироваться за счёт республики.
Несмотря на усилия учёных, с каждым годом одарённых в стране рождалось всё меньше. Если так пойдёт и дальше, то через пару поколений магов в стране не останется совсем.
– Даже не знаю, кого выбрать, – продолжал восторгаться Мильт. – Тут же целое ассорти из красоток! И смуглые, и светлокожие, и блондиночки, и чернявые, и худенькие, и в теле. Просто глаза разбегаются!
Я иронично улыбнулся, но комментировать не стал. В этом был весь Мильтер Грин, и некоторые его особенности стоило воспринимать исключительно философски.
Вскоре на постаменте за трибуной появился ректор – лорд Эйрон Басс. Он поприветствовал своих подопечных, поздравил первокурсников с поступлением в Дарбортскую Магическую Академию и объявил для них начало традиционной присяги. Вперёд выкатили артефакт знаний, имеющий форму полусферы, и к нему по трое начали вызывать новоявленных студентов.
Я отстранённо наблюдал за происходящим и уже окончательно уверился, что Карамельки тут нет, а значит брачные метки сияют по какой-то другой причине. Но тут мой взгляд зацепился за непонятное копошение в рядах поступивших в этом году.
Оказалось, что явились опоздавшие, и спустя несколько мгновений вперёд вышли три девушки. Тоже «ассорти», как говорил Мильт: блондинка, брюнетка и рыжая. Увидев их, я сжал пальцы в кулак и едва сдержался, чтобы не выругаться в голос. Вся троица была мне знакома, а на одной из них прошлой зимой я даже умудрился жениться!
Секретарь ректора, достопочтенная эйса Крижаль, продолжала вызывать новых студентов, называя фамилии. Я машинально отмечал, что отпрысков известных аристократических родов в этом потоке почти нет. Но, как оказалось, представителей элиты просто оставили напоследок.
И вот тут прислушался, ожидая, что скоро должны озвучить и имя моей супруги.
– Карла-Мария Тернольд, Аделина Локвуд и Беатрис Ремерди, – громко, с пафосом проговорила секретарь, и трио подружек направились к артефакту.
Провожал их взглядом, чувствуя, как внутри всё сильнее растекается холод. Браслет засиял, обдал руку теплом, но я даже на него не глянул. Моя магия держала иллюзию для всех вокруг, а самому мне сейчас было не до подобных мелочей.
– Ремерди, – зло выплюнул я, заставив себя отвернуться.
Всевидящий, ты издеваешься надо мной?! Почему именно Ремерди?!
– Эй, Ден, ты чего? – друг опустил руку мне на плечо и настороженно посмотрел в глаза. – Знакомая?
– Ага, – не стал отрицать.