Жена напрокат
Шрифт:
Глава 30. Непристойное предложение
Анфиса
Леонид, мягко говоря, был не в себе. Даже хотела спросить, всё ли нормально? Но при воспоминании о последней попытке душевного разговора желание начинать диалог пропадало. Уже не могла дождаться конца вечера. Тут официант принёс на подносе вазочку со свежей клубникой. Под ней лежала салфетка, свёрнутая в треугольник, словно письмо с фронта. Принялась разворачивать послание.
«Хочу
Несколько раз перечитывала незатейливые слова и не могла понять, в чём дело. Когда смысл до меня дошёл, растерялась и щёки загорелись огнём. На автомате приложила к ним ладони. Казалось, все вокруг смотрят. Оглянулась. Каждый занят чем-то своим, и никому нет до меня дела. Было стыдно. Скомкала злополучную салфетку и засунула в самый дальний угол сумочки.
Голова разрывалась от возмущения, догадок и предположений. Что он имел в виду: хотел ли зло пошутить или намекал, кто я есть, или он что — серьёзно?
В один миг из уравновешенной светской леди я превратилась в истеричку. Казалось, вот-вот заплачу.
Может, сбежать отсюда, пока нет рядом этого идиота? Никогда бы не подумала, что под внешностью такого симпатичного, воспитанного мужчины скрывается больной на всю голову человек.
Быстро поспешила к выходу. Вдруг мужская рука меня схватила за локоть. Боялась обернуться и подтвердить свои самые ужасные опасения. Но, вопреки ожиданиям, увидела Александра. Расслабленно улыбнулась, рада была его видеть как никогда.
— Вы так рано уходите домой? А как же обещанный танец?
— Как-нибудь в следующий раз. Что-то неважно себя чувствую, хочу вызвать такси.
— Вы одна…
— Да, супруг ещё останется.
— Тогда давайте я вас провожу.
— Давайте.
Была даже рада, что сбегаю в ночи не одна, а под прикрытием. Взяв верхнюю одежду в вестибюле, мы вышли на улицу.
Холодная осень не располагала к беседе, хотелось хранить тепло внутри и не растрачивать. Однако Александр поглядывал на меня, и такое впечатление, что хотел что-то спросить. Он очень симпатичный молодой человек, но сейчас было совсем не до него. Не в то время мы с ним встретились. Может быть, потом, когда немного определюсь со своей жизнью… Стояли и смотрели на ночное небо в ожидании такси. Тут дверь с грохотом открылась, и появился Леонид. Вид был, как у предводителя 300 спартанцев: воинственный и недовольный.
Намеренно отвела взгляд, надеясь, что вдруг случится чудо и получится сбежать от позора.
Подойдя ближе, Леонид сказал елейным голосом:
— Милая, я уже освободился. Поедем вместе.
Подойдя ближе, он подал руку Александру:
— Леонид Громов.
— Так это вы сейчас выполняете заказ моего отца? Он говорит, что вы очень внимательны к клиентам. Александр Даль, — представился, в свою очередь, Александр.
Леонид неодобрительно окинул взглядом моего спутника:
— Спасибо за помощь.
— Хорошо. Приятно было познакомиться.
— И мне тоже.
Я лишь грустно улыбнулась с явным сожалением, показывая, что мне жаль, что нашу идиллию разрушили.
Подъехала машина. Леонид открыл мне дверь и сам сел рядом с
Как только автомобиль начал движение, почувствовала горячую руку Леонида на своей, обернулась и вопросительно посмотрела.
Он без всяких объяснений притянул меня к себе и неожиданно поцеловал. Я отстранилась и прилипла спиной к холодному оконному стеклу.
— Хочу внести ещё один пункт в договор, — пододвигаясь всё ближе, низким тихим голосом сказал он. — Ты видела моё предложение? — глаза блестели обезумевшими искрами, и сам на себя Леонид был не похож.
— Какой? — спросила я, чтобы протянуть время. Он был очевидно пьян и точно не в себе.
Леонид, молча взяв в ладони моё лицо, жадно поцеловал. Одна рука отправилась под моё манто, а другая не давала отстраниться.
Собрав все силы, резко его оттолкнула.
Было мало воздуха после поцелуя, а также от возмущения и страха, которые меня переполняли, но я нашла в себе силы произнести спокойно, твёрдо и настойчиво:
— Скажу лишь один раз. И надеюсь, буду услышана. Я могу быть няней, служанкой, кухаркой и девушкой для вечеринок, но я не проститутка. Если ещё раз подобное повторится, сама лично расскажу твоей дочери про твой обман. Пожалуйста, давай без рук!
Он вернулся на своё место и смотрел на меня, как на исчадие Ада. А я отвернулась к окну, боясь даже на миллиметр повернуть голову в его сторону. Внутри всё ходило ходуном, и я считала секунды до того момента, как попадём домой. Дальше мы продолжили путь в полном молчании, и я очень надеялась на то, что он не будет повторять своих попыток забрать «секс за деньги» дома.
Не помню, как попала в свою комнату. На несколько оборотов закрыла дверь и только теперь могла спокойно вздохнуть.
Долго держалась, но всё же, когда легла в кровать, расплакалась. Потрясение оказалось слишком сильным. Если и дальше будут продолжаться попытки затащить меня в постель, чтобы расширить круг моих обязанностей, то придётся покинуть этот дом…
Утром на душе было по-прежнему мерзко, но морально была уже готова к любому варианту. Жутко злилась на Леонида. Только всё наладилось и появилась какая-то определённость, как… Но я решила пустить всё на самотёк, оправдываться и выгораживать себя не стану. Если он уж составил обо мне такое мнение, сомневаюсь, что мои слова его разубедят. Конечно, ничего я Ане не расскажу, просто уйду, а он пусть сам объясняет, как хочет.
Видеть его ещё была не готова, не то чтобы обижалась, просто было неприятно. Кто он мне такой, чтоб обижаться? Работодатель. В этом случае вопрос решается просто: не устраивают условия работы — вали на все четыре стороны. Да и кого собственно волнуют мои чувства?
Протянула до последнего, чтобы точно с ним не встретиться на кухне, и только потом отправилась будить Аню.
И всё же искренне надеялась на то, что это было временное помешательство. С утра проверила почту, надеясь увидеть хоть какое-то письмо. Ничего не было, и потихоньку мой энтузиазм и надежды испарялись. Я опять впала в уныние, боясь очередных нелицеприятных перемен.