Жена напрокат
Шрифт:
Дотронулся горячей рукой до её лица. Она вздрогнула от неожиданности. Я, воспользовавшись замешательством, притянул её ближе, вконец смутив.
— А что, всё так трагично? Не знаю, какие эмоции у тебя вызываю… Но ты, Анфиса, мне определённо очень сильно нравишься. С твоим приходом в моём доме вновь всё встало на свои места. И в общем, даже было неплохо всё, кроме нас… Но я намерен поработать над этим вопросом, и, думаю, у меня есть шанс исправить ситуацию.
Я сделал паузу и поцеловал для начала её волосы. Она недоверчиво и растерянно смотрела.
— Конечно, если я тебе противен или уж совсем
Вдруг из её глаз покатились огромные слёзы, и она, по-моему, их даже не сразу заметила. Я не знал, что делать. Почему плачет… Ведь я ничего плохого не сказал. А когда она увидела шок на моём лице, принялась их быстро вытирать и не хотела больше на меня смотреть.
Я поймал её в объятья и прижал к себе, желая успокоить.
— Почему плачешь? Не хочешь со мной жить и у тебя другие планы? — прошептал я ей на ухо, будто боялся громко произносить эти слова. Вздохнул: — Ну что делать… Сам виноват.
— Ну перестань говорить бред! Как ты можешь не нравиться? И как я могу хотеть жить вдали от вас? Вы для меня настоящая семья, и ближе никого нет на свете, — всхлипывая между фразами, проговорила она. — Я плачу от радости, потому что думала — навсегда вас потеряла. Ты же ещё не знаешь, я подделала свидетельство о разводе. Надеюсь, меня не посадят…
— Нет, вот как раз об этом я уже знаю. И хочу сказать, что Антона Валерьевича тебе лучше обходить стороной, он тебя и на порог не пустит.
Она в ответ молчала.
— Но ты не переживай, он же не один. Таких умельцев очень много. Второго января мы тебя отправим в хорошую клинику, присмотрись там сразу к доктору и поговори.
Вдруг она отпрянула. И теперь внимательно смотрела на меня.
— Ты серьёзно говоришь?
— Конечно. Я так понял, ты очень настойчивая девушка, останавливать тебя не собираюсь, имеешь на это полное право. И могу даже помочь.
Она опустила голову.
— Пойдём домой, я уже замёрзла, а мне совсем нельзя сейчас болеть.
— Пойдём. Что-то сегодня не ладится с фейерверками, всем не до них.
— Это точно.
Глава 57. Первая ночь
Анфиса
Вошли в дом и увидели крепко спящую на диване парочку. Рыжий комочек устроился почти на лице у Ани в поисках источника тепла. Подошла и прикрыла их пледом, думаю, будить сейчас не стоит. Застыла в умилении над этой картиной, совсем затмившей мысли о только что произошедшем серьёзном разговоре. Объятья Леонида вернули в реальность, от которой кружилась голова. Я никак не могла осознать, что происходит. Он повернул меня к себе и поцеловал. И этот поцелуй был не похож на все остальные, которые случались между нами. Он был бережный, спокойный и совсем не напористый. Мои губы податливо впустили его и ответили. Я робко обняла его, будто всё ещё сомневалась, что меня не оттолкнут. А Леонид вовлекал всё больше и больше в свои объятья. Мне было жаль… Сегодня я не могла ему ответить пылкой страстью, как бы ни хотела быть с ним. Я — раненая птица, и, хоть он сполна решил проблему, которая жгла сердце, очень мало времени прошло с момента трагедии. Я всё ещё не могла забыть о ней, и душевная боль не
После его слов вкрай всё запуталось, но он не обижается, и я ему нравлюсь, а это почти сродни чуду.
Мы мягко сползли на пол и оказались под ёлкой. Сидели рядом, и так приятно было чувствовать его объятья. Я не знала, что сказать, мне определённо нужно прийти в себя.
— Анфиса, вон тот подарок тоже для тебя, — указал он вдруг на маленькую коробочку, которая лежала рядом со мной. Она, в общем, не сильно выделялась среди всех остальных, которые были расставлены только для вида. Поэтому раньше её и не заметила. Я потянулась и достала. Мы сидели и вместе рассматривали новогодний рисунок на упаковочной бумаге. Моя первая мысль — кольцо, по форме упаковки очень подходит. Хотя там также могли быть браслет или серьги, а может, и брошь. Но эту навязчивую мысль я упрямо отгоняла — слишком хорошо, чтобы оказаться правдой.
Несмело развернула упаковку. Внутри была красивая бирюзовая коробочка Тиффани. У меня, конечно, в жизни не было ничего подобного, но я чётко знала, что это фирма дорогих украшений. Ещё один шаг, и взгляду предстало колечко с камнем, который красиво переливался под светом гирлянд. Кажется, я даже ахнула от увиденного, и руки ослабели настолько, что чуть не уронила это сокровище. Перевела удивлённый взгляд на Леонида. А он молча взял кольцо и надел мне на палец. Оно прекрасно мне подошло по размеру.
— Давай теперь начнём всё по-настоящему? Анфиса, ты выйдешь за меня замуж?
— Я всё жду, когда проснусь! Леонид, что случилось? Я была здесь, каждый день рядом, и ты почти не замечал меня. Так не бывает! Что могло произойти за каких-то три дня? Такое впечатление, что я что-то упустила, а что — не пойму.
Что происходит?
Было впечатление, что я стала участницей какого-то реалити-шоу. И вот-вот выйдут люди из съёмочной группы и скажут: «Съёмки окончены!».
— Чего ты боишься? И почему паникуешь? Ничего же не изменится, и станет, я надеюсь, только лучше.
— Боюсь проснуться утром и понять, что всё опять неправда, что все твои слова — ложь и обман только для того, чтобы Аня была довольна или клиенты ничего не заподозрили. Наверное, у меня уже какая-то фобия…
— Тогда давай быстрее ложиться, чтобы утром ты смогла убедиться, что всё происходит на самом деле. К тому же, уже три часа ночи.
— Да, отличная идея. Пойдём. Только…
— Что опять?
— Я не хочу в твою комнату… Мне там некомфортно.
Леонид посмотрел удивлённо и немного нетерпеливо.
— Ты же сам сказал не врать тебе. Вот, официально тебе заявляю, что мне неприятно находиться в твоей комнате.
Я специально не стала говорить об Ольге, чтобы не будить горькие воспоминания.
Он сразу же улыбнулся. Вот уже первые разборки. То ли ещё будет!
— Хорошо.
— Пойдём ко мне.
Мы вошли, и в глаза не мог не кинуться размер моей кровати.
— Как-то ты не подумала насчёт спального места.
— Нет, вот как раз подумала. Это несомненно плюс.
Мы как-то неловко разделись, боясь лишний раз посмотреть друг на друга. И это совсем не было похоже на первую брачную ночь. Никакой страсти, а наоборот, словно живём уже лет двадцать вместе. Легли рядом, а состояние тревоги не покидало.