Шрифт:
1
Жена в награду
Omnia vincit amor Всё побеждает любовь
Вергилий
ПРОЛОГ
Узкая, девичья ладонь в нерешительности скользнула по двери и почти неслышно постучала по ней.
Куда громче сейчас грохотало сердце в груди Элизабет.
– Проходи, - глубокий, мужской
– Я уже заждался тебя, - раздалось следом.
Элизабет мысленно взмолилась, прося Создателя помочь дать ей сил и решимости.
Она понимала - стоит ей переступить порог этой комнаты, и назад пути уже не будет...
ГЛАВА ПЕРВАЯ
1017 год, Нортумбрия
– Элизабет!
– на ходу повторяя имя своей воспитанницы, Анна, нянюшка дочери господина, стремительно вышла во внутренний дворик и, оказавшись неподалеку от поляны, замерла от увиденного.
По поляне, подняв юбку платья, бегала её босоногая подопечная.
Её смех звонким колокольчиком разносился по воздуху.
Этому смеху вторил веселый лай щенка, который, как хвостик, повсюду следовал за девушкой.
Картина, хоть и выглядела милой, но для Анны таковой не являлась.
О чем женщина и поспешила сообщить:
– О, Господь! Элизабет, разве этому я учила вас?!
Элизабет, застигнутая врасплох криком няни, порывисто обернулась и посмотрела на неё.
На мгновение раздражение Анны сменилось восхищением от вида своей воспитанницы.
Все же, Господь был милостив, подарив господину столь прекрасное дитя.
Элизабет в свои 18 была ладно слажена.
Невысокая, с женственными формами и гривой русых волос, которые сочетали в себе золотистые и медные тона, дочь Этельберта являла собой воплощение красоты и изящества.
Её румяное лицо источало жизнерадостность, глаза сияли ярче драгоценных сапфиров, а полная тепла улыбка вызывала ответное желание улыбнуться.
Но Анна, разумеется, сдержала себя.
Вместо этого она со всей строгостью обратилась к своей воспитаннице:
– Моя госпожа! Ваш отец возвращается домой! Его отряд уже на горизонте. Не думаю, что он будет доволен, обнаружив, что его единственная дочь ведет себя и выглядит, как крестьянка!
– Отец уже возвращается?
– лицо Элизабет отразило все чувства, которые она испытывала сейчас.
Волнение, радость, предвкушение скорой встречи и...
Беспокойство.
Девушка опустила взор на свое ноги. Белые, узкие стопы утопали в зеленой траве.
Анна была права - отцу вряд ли понравится её вид.
Подхватив щенка, Элизабет поспешила в сторону дома.
К тому моменту, когда конный отряд, возглавляемый Этельбертом,
Элизабет, облаченная в свой лучший наряд - платье из синего бархата, доставшееся ей от покойной матери, не сводила глаз со всадников.
Стоя на помосте, она терпеливо ждала, когда же вновь сможет обнять отца.
Они не виделись больше месяца!
Отец покинул замок еще весной, чтобы быть на совете в Лондоне.
Новый король требовал, чтобы каждый знатный житель страны являлся к нему дважды в год.
Что и сделал Этельберт.
– Отец!
– устав ждать, Элизабет поспешила в его сторону.
Этельберт устало спрыгнул с коня и отправился прямиком к своей дочери.
Шаги его были тяжелыми, но куда более тяжелым грузом была весть, которую он должен был сообщить ей.
Мои прекрасные Читатели!
Добро пожаловать в новую историю!
С Богом!
2
ГЛАВА ВТОРАЯ
Когда дубовая дверь закрылась, и шаги спешащих выполнить приказы своего господина слуг, стихли в коридоре, Этельберт обратил все свое внимание на дочь.
Элизабет, замерев возле окна, молчаливо глядела на него.
Вся её поза - переплетенные пальцы рук, прямая осанка, расправленные плечи - говорили о том, что она полна спокойствия и терпения.
Но сверкающие глаза девушки выдавали её волнение.
Да и как не волноваться, когда отец сообщил ей о том, что у него важная весть для неё и всей их семьи?
– Элизабет, - сдержанно, тщательно подбирая слова, начал Этельберт.
Но, как назло, ни одно подходящее слово не шло ему на ум.
Как подобрать, отыскать такую фразу, чтобы смягчить, и в тоже время донести до дочери важность этой новости?
Этельберт кашлянул и задумчиво провел ладонью по своим густым, седым волосам.
В ответ Элизабет чуть подалась вперед.
Широко распахнув глаза, она тихо произнесла:
– Отец, что-то случилось?
Этот невинный вопрос, вдруг, вызвал у Этельберта горькую усмешку.
За эти годы случилось много бед.
Викинги уже несколько десятилетий терзали страну, прежний король, прозванный Неразумным (в иных источниках указано так же Неготовым), только и делал, что собирал с жителей “датские деньги”.
Аппетиты датчан с каждым годом росли, денег требовалось все больше, гибли мирные люди, в стране росли недовольство и голод.
Прошлый год окончательно перевернул историю.