Жених
Шрифт:
Жених
– Чем женщина умней, тем сложнее ей самой выбрать себе мужа. А ты, милая, многих по уму обгонишь. Поэтому предлагаю свою посильную помощь в решении данного вопроса, - скромно потупив глаза, предложила Колетт, моя опекунша, компаньонка, и по совместительству подруга. Её аккуратные кудряшки подрагивали, будто она посмеивалась. Подозреваю, так и было.
– Я подумаю.
Вру, и думать не собираюсь!
– Ах, Мариетта, - с притворным равнодушием ответила Колетт. – Дело в том, что твоя нелюбовь к противоположному полу не играет роли, когда на кону стоит вопрос безопасности.
Я фыркнула. Ноги сами собой носили меня по гостиной, не останавливаясь вот уже полчаса – именно столько времени прошло с момента, когда Совет объявил о моем будущем неизбежном замужестве.
– Прошу прощения, ваше высочество, но после подсчетов наших сил и сторонних угроз Совет нашел единственный выход – объединиться с кем-нибудь из соседей. И учитывая, что вы единственная наследница королевской крови, пребывающая в живых, то самым подходящим способом объединения является замужество. – Заявил мне лорд Баскем, покачивая седой головой.
– Может, я лучше удочерю какого-нибудь сиротку королевской крови? – пробубнила я.
– Никак нет! У всех сирот имеются регенты и опекуны.
– Ее высочество шутит, лорд, - подоспела Колетт, сидевшая в кресле и обмахивающаяся алым, с золотым шитьем веером.
– Прошу прощения, – нахмурился тот, – что в отличие от вас не имею возможности шутить. Если нападение кочевников состоится, единственное, что мне останется – взять саблю, залезть на верного коня и выехать им навстречу. Данные обстоятельства напрочь лишают меня желания шутить на эту скользкую тему.
– Ах, лорд Баскем, - запела Колетт. – Мы чувствуем себя под вашей защитой, как за каменной стеной. Не устаю благодарить небеса за вашу неоценимую честность и самоотдачу, денно и нощно оберегающие наш покой.
– Благодарю вас. Понимаю, что решение предстоит сложное, поэтому разрешите откланяться, - сухо ответил лорд. К своим пятидесяти восьми годам он занимал пост главнокомандующего войсками уже двадцать два года, но оставался холостяком, который в каждом кокетливом взгляде подозревал подвох. Леди Колетт, несмотря на старания, за много лет так и не сумела приучить его к женским улыбкам и комплиментам. – Ждем вашего решения к вечернему чаю.
Он поклонился и вышел. С тех пор я бегаю по гостиной, а Колетт не может сдержать улыбки – так и светится радостью. Вначале она пыталась прикрыть довольное выражение лица веером, однако вскоре бросила попытки и теперь просто радуется, не прячась.
– Тебе давно пора выйти замуж, милая. И если уж обстоятельства подталкивают, кто мы такие, чтобы спорить со знаком свыше?
– Еще пара подобных замечаний и мне не останется ничего иного, чем свернуть вам шею и спрятать ваше тело в кладовке, - пробормотала я.
К счастью, Колетт меня вырастила и знала, что это я так шучу, а грубо я шучу только когда нахожусь в отчаянии, поэтому пропустила мимо ушей.
– Если ты присядешь и передохнешь минутку, я смогу настроить тебя на позитивный лад.
– Как? Вы спрятали под юбками несметные полчища солдат, которые позволят мне не выходить замуж?
– Наоборот!
Я засопела. Колетт чем дальше, тем больше жалела меня из-за моего одиночества. Пусть хоть кто-нибудь горячий в постели, намекала она, чем годы одиночества среди пустых замковых стен. Но я думаю – лучше никого, чем кто попало, а ради тепла можно завести собаку.
Не настолько мне хотелось поклонения, впрочем, этого самого поклонения у меня хоть отбавляй. Я прелестна, решительна и откровенна, мною восхищается каждый встречный. Ещё бы, я же принцесса. Дай я шанс, ловеласов бы вокруг меня образовалась целая куча и каждый в меру своих талантов воспевал бы мою исключительность. Что и происходило время от времени на центральной площади во время народных гуляний.
Каждый думал, что я замечу, заслушаюсь и возьму исполнителя если не в постель, то ко двору, а там всяко лучше, чем в тавернах за еду грубых пьянчужек развлекать.
И сделай я так, остаток жизни мучилась бы сомнениями – этот льстец действительно такого высокого обо мне мнения или просто хотел попасть в мою постель, потому что это сулит массу возможностей. Положение, богатство, а если я еще и беременной сделаюсь – считай, регентство до совершеннолетия наследника.
– Ну, вижу, милая, ты снова задумалась о чём-то печальном. К чёрту печаль! Вскоре мы сыграем самую шикарную свадьбу, которую только видывал белый свет! Закатим пир горой! Только вот свадьбы не бывает без жениха. Присядь пока, я покажу тебе несколько портретов, - как ни в чем ни бывало продолжала Колетт, тасуя в руках картонки, как карты.
– Чьих, интересно? – задала я риторический вопрос.
– Потенциальных женихов, естественно. И не корчи такое лицо, многие их них очень милы. Некоторые добры. Глупцы тоже есть, если хочешь верховодить.
Ну, естественно! Наверняка заранее собрала на каждого досье.
– Принцев и королей?
– Совершенно верно, милая. Каждого из них твои родители бы одобрили, можешь не сомневаться.
Ага, одобрили бы, не сомневаюсь. Они всё одобряли, потому что одна была слегка глуповата, а второй пил без передыху. Именно из-за их умелого управления ресурсами королевства я теперь должна расплачиваться своей личной свободой.
Наверное, странно звучит, что я так спокойно и равнодушно говорю гадости о своих собственных родителях, но так уж вышло, что я их видела в жизни всего несколько раз. Не уверена, что мама хоть раз подержала меня на руках, скорее, сразу после родов отдала кормилицам и продолжила жить в свое удовольствие. Её не стало, когда мне было одиннадцать – утонула, отправившись на морскую прогулку, хотя ее пытались остановить, объяснив, что это крайне опасно, но она пообещала всех недовольных повесить, если корабль немедленно не выйдет в море. С королевой погибло двадцать семь ни в чем не повинных людей. Вот так не стало мамы, еще через год спился отец. И королевство, не развалившееся только благодаря таким людям как леди Колетт и лорд Баскем, перешло под управление подростка. Шесть лет я училась сдерживать панику при виде забитого важными лицами зала Совета и разбираться в сложностях управления вместо того, чтобы бегать на свидания и витать в любовных мечтаниях. Потом наступили последние два года регентства, остался один, по истечению которого я стану законной королевой и буду вынуждена управлять всеми делами самостоятельно. А теперь я должна ещё и замуж выйти!