Женитьба Ле Труадека

Ромэн Жюль

Ле Труадек. Мой друг Бенэн оказал мне величайшие услуги, и нет лучшего советника.

Мируэт. Он вам родственник?

Ле Труадек. Нисколько; мы познакомились случайно.

Мируэт. Он занимает видное положение?

Ле Труадек. Он не занимает никакого положения.

Мируэт. Как так?

Ле Труадек. На его избирательной карточке, которую я видел, значится в качестве профессии: «любитель происшествий».

Мируэт.

В таком случае, он живет капиталом?

Ле Труадек. Он мне сообщил, что живет коллекцией почтовых марок.

Мируэт. Почтовых марок… Вы шутите, дорогой профессор?

Ле Труадек. Простите. Его дядя, умерший в глубокой старости, завещал ему всего-навсего коллекцию почтовых марок. Многие из них с течением времени стали очень редкими. Он показывал мне одну, которую он прозвал «быком Аписом» и которая одна уже теперь стоит больше тридцати тысяч франков. Когда мой друг Бенэн нуждается в деньгах, он отклеивает одну или несколько марок и превращает их в деньги. Бывает, что на одну марку ему удается заплатить за квартиру и кроме того купить себе пальто. Он находит, что никакая чековая книжка не доставила бы ему столько удовольствий, как его альбом, и что из всех видов собственности этот вид — самый философический.

Мируэт. Странный человек. А когда он их все продаст?

Ле Труадек. Он составил — ибо он немного математик — строго научную формулу, где продолжительность жизни, вздорожание марок и еще многое другое выражено в алгебраических знаках. И в начале каждого триместра ему достаточно пяти минут, чтобы установить, каким количеством марок он может располагать. Он утверждает, что ему стукнет восемьдесят девять лет в тот день, когда он, наконец, принесет в жертву быка Аписа.

Мируэт. Быка Аписа? Ах, да!

Ле Труадек. Как видите, это очень предусмотрительный человек.

Мируэт. Если угодно. Но меня он немного беспокоит.

Ле Труадек. Он вам очень понравится. Я позову его.

Мируэт. Раз вы считаете это необходимым. (Ле Труадек выходит). Только бы этот молодец не опрокинул всей постройки!

Явление восьмое

Те же, Бенэн.

Ле Труадек. Мой дорогой Бенэн, вы услышите нечто такое, что вас чрезвычайно удивит.

Бенэн усаживается в кресло.

Во-первых, перед вами мсье Фелисьен Мируэт, редактор «Парижского Разведчика».

Бенэн. Я так и думал, но не смел поверить. Мне чрезвычайно приятно.

Они

обмениваются приветствиями.

Ле Труадек. Мсье Мируэт только что основал Партию Честных Людей.

Бенэн. Уже!

Ле Труадек. Как так уже?

Бенэн. Извините. Я хотел сказать: «Давно пора».

Ле Труадек. И он явился сюда от имени Честных Людей просить меня стать их вождем.

Бенэн. Отлично.

Ле Труадек. Вас это не удивляет?

Бенэн. Меня удивило бы обратное.

Ле Труадек. Но подождите, это еще не все. Мсье Мируэт полагает, что как глава партии я должен жениться.

Бенэн. Это верно.

У Мируэта восхищенный вид.

Ле Труадек. Хорошо ли вы подумали, дорогой друг? Вы действительно разделяете мнение мсье Мируэта?

Бенэн. Безусловно.

Ле Труадек. И он хочет также, чтобы у меня были дети.

Бенэн. Само собой.

Ле Труадек. Можно подумать, что вы заранее сговорились с мсье Мируэтом.

Мируэт. Я утверждаю, что впервые имею удовольствие видеть мсье Бенэна.

Ле Труадек. Вы не встречаете никаких возражений?

Бенэн. Никаких.

Ле Труадек. И догадайтесь, на ком он хочет, чтобы я женился?

Бенэн. На очень богатой особе из хорошей семьи.

Ле Труадек. Мой друг, вы колдун.

Бенэн. Но не первой молодости и не первой красоты.

Ле Труадек, Мируэту. Согласитесь, что он чародей!

Мируэт. Соглашаюсь вполне.

Ле Труадек. А имени этой особы вы не отгадаете?

Бенэн. Нет, так сразу не могу.

Ле Труадек. Мадмуазель Женевьева Жантиль-Дюран, дочь баронессы.

Бенэн, отвесив поклон. Так что вы станете зятем баронессы и даже немного бароном?

Ле Труадек. Хм… В некотором роде.

Бенэн. Лучшего нельзя было желать.

Мируэт. Вы желали услышать мнение мсье Бенэна, дорогой профессор. Вы его услышали.

Ле Труадек. Да.

Мируэт. Теперь вам было бы неудобно его отвести.

Ле Труадек. Я его не отвожу.

Бенэн. Но только само собой разумеется, что мы не любим скверных шуток и что все это очень серьезно?