Шрифт:
Серия «ОДОБРЕНО РУНЕТОМ»
Истории моих попыток сделать себя Принцессой Прекрасной всеми доступными средствами
Дорогие друзья! Это не сборник «Сто рецептов красоты». И не реклама всяких косметических чудес. Это рассказы о моих попытках усовершенствования собственной внешности.
Сначала я хотела написать на этой книге большими буквами «МУЖЧИНАМ НЕ ЧИТАТЬ», потому что:
а) мне стыдно;
б) мне
Но потом подумала: какого черта? Нет, мужчинам надо читать обязательно. Чтобы знали, как тяжело дается нам натуральная красота и зачем женщины так мучаются.
Анализируя весь свой более чем сорокалетний путь женщины с эпитетом «красивая», я вывела собственную теорию и спешу ею поделиться.
Все попытки улучшайзинга внешности, то есть превращения себя в Принцессу Прекрасную доступными средствами, продиктованы влюбленностью. Это поняла на собственном опыте. Не всегда удачном, но временами очень смешном. И уверена, что абсолютно не правы те психологи, кто твердит, что «наращивают, красят, накачивают – только для себя любимой». Нет. Тут работает базовый женский инстинкт, требующий выделить собственную персону в битве за обладание предметом воздыханий. Пусть предмет даже не догадывается, каких мук и страданий стоит эта красота, нам все равно. Пусть он твердит, что любит все натуральное и естественное. Пусть. Нас, женщин, это не остановит на пути к совершенству и абсолютной победе над природными данными, подаренными родителями. А также над соперницами, еще не испытавшими новые технологии и чудесные способы омоложения и приведения себя в божественный вид.
Update. Предисловие писала перед основным текстом. Предполагалось, что в результате получится книжечка страниц на двести двадцать, с рассказами про мои попытки улучшить внешность в двенадцать лет, в пятнадцать, в двадцать пять, в тридцать, ну и так далее. Но автор я еще неопытный и немного не учла, что в процессе написания возможны серьезные сюрпризы. А именно, что попыток-то улучшить внешность у меня было много, больше, чем может вместить одна книга. Первые тревожные звоночки появились, когда уже было готово больше половины предполагаемого объема… Уже больше ста двадцати страниц, середина, а я все никак не могла выбраться из школьных лет. Все еще бултыхалась где-то в начале девяностых, лечилась сеансами Кашпировского, делала мокрую химию на рынке в Салтыковке и ловила маньяков на кладбище. И вот тут оказалась в тупике. Как, КАК уместить в оставшуюся половину все остальное? Как на оставшихся ста страницах рассказать про перекраску волос в пепельный цвет, давший изумительный зеленый оттенок? Про татуаж губ, который имела глупость сделать в «элитной» сауне города Пекина? Про совершенно дурацкое канюльное наращивание, которое чуть не покалечило моего молодого человека? Про инъекции биоревитализации, после которых меня собирались отправить в инфекционную больницу? А период после тридцати пяти лет? Когда мало того что улучшайзинга потребовалось уже больше, но еще и появились всякие купонные сервисы, предлагающие умопомрачительные скидки до 90 % на различные косметологические и парикмахерские услуги. Которыми был грех не воспользоваться. И что дало еще уйму совершенно невероятного и уморительного материала.
Осознав масштаб катастрофы, первым делом, конечно же, я придумала секвестировать уже написанное. Ужать так плотненько. Чтоб уместить и остальное. Повыкидывать всякие лирические отступления про офтальмологов, кладбища и экстрасенсов. Но прикинула и поняла – остаться в заданных рамках все равно нереально.
А потом решила так: стану писать, как пишется. Будем считать эту книгу Частью Первой. Под условным названием «Улучшайзинг. Пока родители не видят». И если вы сможете дочитать этот бред до конца и захотите продолжения – заходите на мой сайт www.elenazotova.com, оставляйте пожелание в форме и, как только наберется пять тысяч голосов (чтобы тираж был выгоден издательству), то сразу же опубликуем часть вторую. Получится такая интерактивная современная литература. А что? Театр есть, сериалы есть. Надо и с книжками попробовать. Ну а сейчас – давайте вместе поностальгируем по концу восьмидесятых и началу девяностых годов! Наслаждайтесь!
Итак.
Свои экзерсисы в детсадовском возрасте подробно описывать не буду. Помню только, что сподвигла на них Великая Любовь к сопливому мальчику Ромашке, с которым меня
Программа начальных классов также велела забыть о всяких там женских штучках-ухищрениях и сосредоточиться на развитии любви к Родине, а не к мальчикам-одноклассникам.
Тогда эксперименты с внешностью тоже были. Но слава богу, в кулуарных условиях, в пределах квартиры и без выставления результатов на обозрение общественности.
Поэтому начну с класса так с шестого. С периода, когда мои попытки усовершенствований начали пугать уже не только родителей и бабушку, но и ни в чем не повинных людей.
Тушь-плювалка и крем «Балет»
В свои двенадцать лет я была беленькой, маленькой и тощенькой, с восхитительным сколиозом третьей степени. Не помогали ни ЛФК, ни окрики «Не горбись!». Менее восхитительным изгиб спины не становился.
Облик дополняли прыщи на лбу и вечно обветренные губы, которые прекрасно подчеркивались постоянно голубой одеждой. Свитерочки, блузочки, пальто, даже сапожки и шарф. Моя мама любила голубой цвет и утверждала, что он очень подходит к моим глазам. Поэтому я была обречена на этот ненавистный оттенок вылинявшего июньского неба. Единственным достоинством внешности были длинные, густые светлые волосы. Впрочем, они всегда были стянуты резинкой в хвост или в косичку и это достоинство в глаза окружающим совсем не бросалось.
В общем, как понимаете, я в то время не была мечтой поэта. И вниманием мужской части нашего класса не пользовалась. От слова «вообще». С моей же стороны все было наоборот. В шестом классе начали просыпаться подростковые гормоны, а вместе с ними не только прыщи, но и яркий интерес к противоположному полу. Интерес, равного которому не было даже в детском саду. Не говоря уже про начальную школу.
Я стала украдкой посматривать в сторону соседа по парте, Кости Денисова, и выяснила, что он очень даже ничего. Несмотря на нос картошкой, веснушки и мерзкую привычку плеваться жеваной бумагой. Костя в мою сторону не смотрел и, кажется, вообще воспринимал как надстройку к парте. Даже списывать не просил. А в случае этой необходимости – перегибался через проход к более симпатичной отличнице в брекетах и в очках с большими диоптриями.
По правде говоря, и остальные мальчики нашего класса относились ко мне как к неодушевленному предмету: скучная хорошистка с бесцветными ресничками а-ля корова, обрамлявшими зеркало души. Но вот Душа-то была прекрасна! Я любила стихи, рисовать и кошек. Кроме того, была начитанной, натренированной папой на кроссворды и, по его мнению, весьма интеллектуально развитой. Учителя хвалили и ставили в пример. Своим интеллектом тогда и решила привлечь внимание мужской половины. На уроках с выражением декламировала Лермонтова, пафосно рассказывала про выделительную систему млекопитающих и всего за двадцать копеек рисовала желающим красивые обложки для тетрадей.