Жеребец
Шрифт:
Приволокся Франклин — без спутницы и с унылой мордой. Уселся и начал пожирать глазами Гнусика.
Хэл привел американку-вдовушку, которой показывал достопримечательности Лондона. Хэл в своем деле мастак, каких не сыщешь. Прикид всегда убийственный, из самых дорогих магазинов, туфли только ручной работы, рубашки от Тернбулла и Эссера, и весь в золоте — от запонок до зубных коронок.
А между тем сейчас он в полной заднице — нищ как церковная крыса. Последние полсотни фунтов отослал на днях братику в Нью-Джерси.
Обретается Хэл всегда в самых изысканных гостиницах, постоянно залезает в долги, но в решающий миг его вечно выручает какая-нибудь старая перечница.
Франко потрепал меня по плечу. «Хобо» заполнился практически до отказа, оставалось только несколько столиков для непредвиденных гостей. Кто-то, видите ли, просит меня выйти в вестибюль. Черт побери, ведь Франко прекрасно знает, что по субботам я никогда не выхожу из зала. Неловко отказывать людям. Франко пробормотал что-то насчет друзей Бенджамина Халеда. Да плевать я на них хотел! Нет мест, что я могу сделать? По субботам всегда так. Хотя, может быть, мне и стоит лично сообщить им это — прежде люди никогда не просили передать, что они друзья Бенджамина Халеда. Обычно заявляли эдак запросто: «Фонтэн настаивала, чтобы мы заскочили», а потом бывали шокированы, когда им приносили счет.
Я вышел в вестибюль.
Сначала я увидел двух парней со светловолосой девушкой и только потом заметил другую, которая разговаривала с Тиной.
— Мне очень жаль, — начал я, — но свободных столиков не осталось. Сами понимаете…
Вторая девчонка повернулась ко мне.
Александра! У меня внутри все так и оборвалось. Александра взглянула на меня огромными карими глазищами и робко улыбнулась.
Потрясающая у нее улыбка — полжизни!
— Здравствуйте. Вы меня помните? Еще бы не помнить!
— Конечно.
Как мне ее назвать? Александра? Мисс Халед? Как?
Она избавила меня от сомнений, сказав:
— Может быть, вам все-таки удастся втиснуть нас куда-нибудь? Папа сказал, что это возможно.
Как будто я бы не нашел для нее места и без упоминания папы. Она показалась мне сегодня даже более хорошенькой, чем накануне. Каштановые волосы рассыпались по плечам, удерживаемые на лбу зеленой ленлтой. Она была в зеленом свитере и зеленых же твидовых брючках; Ничего шикарного, но выглядела Александра просто потрясающе.
— Куда-нибудь мы вас посадим, — проблеял я. — Сколько вас? Четверо?
Она кивнула, довольная, и взяла под руку одного из парней. Мне сразу захотелось набить ему морду.
И вдруг меня осенило: посажу-ка я их на верхотуру! За свой стол! И как я сразу не додумался?
Я проводил их к нашему столу и велел Сэмми и всем остальным потесниться. Видик у моей компании был, признаться, ошарашенный. За столом и без того было тесно. Но мне все же удалось рассадить всех. Потом я спросил, что они хотят заказать, и поразился, когда Александра заявила, что будет пить вино, как и все остальные. Мне почему-то казалось, что спиртного она в рот не берет. Они начали болтать, а я вился вокруг, не обращая внимания на Сэмми, который строил гримасы и ужимки, пытаясь привлечь мое внимание и выяснить, какого, собственно, черта?..
Я и сам не мог поверить в случившееся, но, похоже, втюрился я по самые уши. На сей раз ей от меня не уйти.
А что за мурло рядом с ней? Я принялся изучать его.
Одет небрежно, волосы длинноваты, лицо не по-мужски нежное, мальчишеское. Даже слишком красивое. Одной рукой он обнимал Александру за спину, выстукивая пальцами по ее плечу ритм в аккомпанемент музыке. Да, этот не похож на козла Питера Линкольна Смита.
Гнусик вдруг выкрикнула через весь стол, глядя на меня:
— Может, потанцуем, дорогой? Я метнул на нее уничтожающий взгляд. Тупая корова! Кто ее за язык тянет? Нет, пора с ней кончать раз и навсегда.
— Франклин, потанцуй с Джанин, — приветливо попросил я. А про себя добавил: «Черт побери, да трахни же ее наконец, телок несчастный! Может, тогда хоть от меня отвяжется».
Они отчалили танцевать. Я сел на освободившееся место. Протянул руку дружку Александры, вынуждая его снять свою с ее плеча.
— Тони Блейк. Рад вас видеть.
— Ах, извините, — засуетилась Александра. — Это Майкл Ньюком. А это — Мадлен, сестра Майкла, и Джонатан Роберте.
Мы обменялись рукопожатиями.
— Очень здорово, что вам удалось найти для нас местечко, — затараторила Мадлен. — Мы сперва даже не поверили, когда Алекс сказала, что проведет нас в «Хобо». Майкл уже целую вечность пытается сюда пробиться!
Ну и болван, подумал я.
— Надеюсь, вам здесь понравится, — улыбнулся я. — Субботняя ночь у нас — самый писк.
Сэмми перегнулся через стол и загудел на своем раскатистом кокни:
— Гляньте-ка, кто идет!
Мы повернулись и увидели Мэсси и Сьюки. Сьюки была в самом коротком платье, какое я когда-либо видел, да еще с разрезами по бокам — от бедер до самых подмышек. Хорошо еще, что она такая плоскогрудая. Но все равно, платье — полный отпад!
Мэсси, по обыкновению, был невозмутим, как слон.
— Привет, старина, — бросил он.
Они втиснулись за стол, и я заметил, что Майкл положил глаз на Сьюки. Замечательно. Я представил гостей друг другу, и вскоре все уже весело беседовали.
Голос у Александры грудной, волнующий. Не девушка, а нокаут, до того прелестна! Вовсе не Испорченная Богатенькая Стерва, как я сперва подумал. А парни, что пришли с ней, явные лабухи. Должно быть, еще необтертые, решил я.
Из обрывков разговора я понял, что Мадлен с Александрой закончили вместе школу в Швейцарии. Майкл пожирал глазами Сьюки, и я заметил, что Александра уже нервничает. Что за кретин! Пялится на раскрашенную куклу, когда рядом такая прелесть! Наверняка он видел в ней самую обычную студенточку, которых кругом полно. Дубина! Милочка, Сьюки, молил я про себя, сделай так, чтобы он пригласил тебя танцевать. И что он только нашел в этой Сьюки? Типичная манекенщица: костлявая, угловатая, длинные ноги, плоская грудь. Роман с Мэсси длился у нее уже несколько месяцев, хотя время от времени они расставались и приходили сюда порознь с кем-то еще. Потом опять сходились. Похоже, это их вполне устраивало… Ура! Ошалевший Майкл все-таки пригласил Сьюки танцевать. На какую-то долю секунды я с ужасом подумал, что эта кривляка может отказаться, но, на мое счастье, она решила, что не стоит упускать удобный случай лишний раз покрутить задницей перед зрителями. Она встала. За ней поднялся Майкл. Александра нахмурилась. Мадлен явно смутилась и принялась громко болтать, чтобы разрядить обстановку.
Я решил ковать железо, пока горячо.
— Идемте, покажу вам клуб, — обратился я к Александре.
— Ой, как здорово! — воскликнула Мадлен. Александра покачала головой.
— Нет, спасибо, я посижу здесь.
Я свирепо посмотрел на Мадлен, которая уже встала из-за, стола. И тут, в довершение беды, встрял Джонатан — он пригласил Александру танцевать, и они начали пробираться к площадке.
Вам когда-нибудь заезжали кулаком под дых?
Я поискал глазами Франко. Потом обратился к Мадлен: