Жертва
Шрифт:
Лив крепко жмёт ей руку, потом, помедлив немного, обнимает её и хлопает по спине:
– Здорово, что приехала, дорогая! Я всё хотела тебя позвать в гости, да всегда казалось, что будет лучшее время. А ты просто взяла и приехала. Спасибо.
Рея смущается. Честно говоря, она почти не вспоминала о Лив и Еве, пока не заварилась эта каша. Но Лив не замечает её смущения.
– Пошли на таможню, – говорит она. – Отметишься, а потом поедем ко мне.
– Но мне же нельзя уезжать с базы без гиды, – говорит Рея.
– А
Формальности они улаживают и впрямь очень быстро, и вот уже Лив ведёт Рею к эллингу, где покачивается на воде маленький катер на воздушной подушке.
– Это здесь основное транспортное средство, – говорит она и указывает на горы. – Вот там водораздел, а с равнины вода практически не уходит – поэтому здесь сплошняком лес и болота. База Лесничества стоит на бетоне, а нам запретили. Сказали: стройте посёлок на сваях, так экологичнее. А то, что сваи гниют и в воду сыплется что ни попадя, – им и дела нет.
Больше у пристани лодок не видно, и Рея думает с надеждой, что, наверное, поиски Евы идут полным ходом.
Лив выводит лодку в длинный прямой канал, окружённый бескрайним полем, заросшим жёлтой колючей травой. Приглядевшись, Рея замечает, что на поле низко стоит тёмная вода, и канал – всего лишь проход, прорубленный в траве. Сам канал зарос какими-то кожистыми плотными жёлтыми листьями так, что воды почти не видно. Лодка хлопает по ним днищем, и воздух моментально наполняется горьковатым смолистым ароматом.
– Это синие лотосы, – объясняет Лив. – Здесь они не цветут, зато у поселка – целая клумба. Скоро увидишь.
Когда они отъезжают от базы на достаточное расстояние, Рея просит:
– Лив, мы можем поговорить?
– Здесь? – удивляется Лив.
– Да, лучше без свидетелей. Я приехала не просто в гости. У меня серьёзное дело.
Лив заглушает мотор и оборачивается:
– Я слушаю, дорогая.
Рея протягивает ей личник, на который скопировала запись у Смолинского.
Лив просматривает её и говорит голосом Ли Риджуэй.
– Это космические пираты… Я узнаю их шаги.
Рея не знает, что сказать. В той, прежней, жизни Лив, как правило, отпускала шуточки именно тогда, когда была очень серьёзна и сосредоточенна. Но эта Лив совсем не похожа на старую, то есть на молодую себя.
– Это не первое нападение на трассе Эс-Мар, – произносит Рея наконец. – Но раньше пилоты, по инструкции, сразу позволяли нападающим уравнять скорости и отстреливали груз, а пираты забирали его и улетали. Ева почему-то не захотела и затеяла войнушку. Не понимаю. Неужели гигатонна отходов ей так дорога? И пиратов тоже не понимаю: почему они стреляли на поражение? Зачем им пробитый контейнер? Ведь ясно же, что пилот будет прикрываться им…
– А ты видела хоть одно попадание?
– Постой… Нет! – Рея вспоминает, что
– А я не понимаю другого, – задумчиво говорит Лив. – У тебя явно есть данные, что ей удалось сесть на планету, иначе ты не была бы здесь. А если ей это удалось, Лесничество должно было начать поиски.
– Оно начало, разумеется. Вам не сообщили?
– Нет. Но это как раз неудивительно. У нас сложные отношения.
– Скажи, а в джунглях можно выжить? Ева там уже неделю, и даже если она посадила корабль успешно…
– Выжить-то не фокус, особенно с аварийным запасом. Его ведь не убрали из закладки?
– Не убрали.
– Но меня сейчас больше интересует предыдущий этап. – Лив заговорила как «профессор»; это был явный знак, что она «поймала волну». – Ты знаешь, что посадить кабину несложно – такой маневр предусмотрен: есть парашюты, есть двигатели коррекции…
– Спасибо, кэп, я в курсе.
– Угу. И ты в курсе, что опустить кабину вместе с грузовым отсеком невозможно. А обнаружить отстреленный грузовой отсек на курсе или на орбите вокруг планеты не сложно – там радиомаяк на такой случай. Его обнаружили?
– Вроде нет. Но тогда Ева должна была сгореть в атмосфере. – Рею передернуло, когда она произносила эти слова.
– Да. И уж поверь мне, этого мы не пропустили бы. Ни мы, ни Лесничество. И смысла начинать поиски вообще не было бы. Получается, Ева, нарушив все законы физики, всё-таки села. И мне очень интересно, как и, главное, зачем ей это было надо.
– И как её найти.
– Да. С этого, пожалуй, и начнём. – Лив запустила мотор.
– Кстати, а что у вас такое большое строят? – крикнула ей Рея.
– Исследовательский городок в северном полушарии. Там большое высокогорное плато, в половину северного континента. Называется Плоскогорье Снов. Лесов почти нет.
– Такой большой городок? – удивилась Рея, снова вспомнив статью.
– Да уж, не маленький. А сваи нормальные под наш посёлок уже сколько лет подвести не могут!
14
Канал быстро привёл их к озеру, где из воды поднимались длинные пряди, обвешанные синими цветами и цепляющиеся за высокие прямые деревья. Запах смолы стал сильнее.
– Ты ничего не вспоминаешь? – спросила Лив.
– Как мы зубы чистили в казарме. У пасты тот же запах.
– Ага, я как приехала в первый раз, подумала: «Теперь я знаю, из чего её делают».
– А помнишь, как Соня нас ночью намазала?
– В детстве не наигралась, – буркнула Лив, но тут же улыбнулась.
Она ловко лавировала между стволами. И вскоре вывела катер к деревянной полуразвалившейся пристани.
– Видишь? – сказала Лив. – Вот на таких сваях мы и живём. Смолистые стебли только у лотосов, деревья сгнивают за два-три десятилетия. Зато, говорят, экологично.