Жилец
Шрифт:
Я никогда не страдал излишней робостью и подошел к девушкам. Они смотрели на меня с нескрываемым любопытством и, глядя на них, кареокая красавица повернулась ко мне лицом. Мое сердце застучало быстрее и сильнее, во рту пересохло от волнения и я, не отрывая взгляда от ее бездонных глаз, неожиданно тихо спросил:
– Как тебя зовут? – и немного смутившись, добавил: – Меня зовут Степан, а тебя как?
Девушка недовольно насупила брови и сердито ответила:
– Я на улице не знакомлюсь. Круто развернувшись, взяла под руки подружек и девушки быстрым шагом направились к выходу. Растерянный, я молча смотрел им вслед.
– Что, понравилась? – раздался рядом голос, как оказалось,
Я резко повернулся к нему и не отвечая, спросил:
– Слушай, ты не знаешь, кто это, как зовут, где ее найти?
– А ее тут все знают, она работает продавщицей в соседнем поселке, зовут Галя, а встретить ее можно здесь, например в субботу на танцах. Приходи и увидишь, а на большее не рассчитывай, она слывет недотрогой, не таких отшивала, да и за ней тут упадает один из местных, ты его знаешь, он на соседнем участке работает, зовут Андреем, с ним лучше не связываться. Последние слова я пропустил мимо ушей.
На танцы я никогда не ходил, не тянуло, а тут еле дождался субботы.
И вот долгожданным вечером наши ребята собрались на танцы и вместе с ними пошел и я. Танцы устраивали все в том же клубе. Танцевальный зал, а точнее, фойе клуба ошеломило меня, парни и девушки стояли возле стен, была пауза между танцами. Я глазами стал искать Галю, но не находил. Потом громко заиграла музыка, и сразу все задвигалось, парни подходили к девушкам, недолго о чем-то поговорив либо уходили, либо вели девушек ближе к середине зала и там начинали танцевать, а танцевали как-то странно. Я до армии у себя на родине несколько раз ходил вместе с ребятами в соседнее село на танцы и даже несколько раз танцевал с девушками, причем это было несложно, все движения были знакомы с детства, но так как танцевали здесь я видел впервые. Я прекрасно понимал, что так танцевать не умею и потому не смогу пригласить на танец Галю и познакомиться с ней, как планировал. Внимательно наблюдал за танцующими, хотел понять, как они это делают, вроде бы несложно, но понимал, так танцевать без практики я не смогу. Потом были еще танцы, темп музыки чередовался, то быстрый, то медленный и, как оказалось, движения танцующих очень от него зависят. Самым простым и доступным для меня был очень медленный ритм, танцевать под него казалось несложно, нужно было только обнять девушку и в такт музыке переминаться с ноги на ногу, практически стоя на одном месте. «Так и я смогу теперь остановка за малым – надо чтобы она пришла», но кареокая не появлялась. Танцы продолжались, я стоял и смотрел на вход в зал.
В начале вечера через двери входили девушки и парни, поодиночке или группами, а ближе к концу было такое же движение, но в обратном направлении. Несколько раз ведущий объявлял «белый» танец, как оказалось, на этот танец приглашают не парни девушек, а наоборот. Нужно сказать, некоторые девушки приглашали меня, но я боялся пропустить приход Гали и, как мог, вежливо отказывал им и от этого чувствовал себя очень неловко. Но вот в дверях зала появилась она. Я почувствовал, как часто забилось сердце и пробираясь между танцующими, направился навстречу девушке. На лице у меня невольно сияла улыбка, но, как оказалось, не долго. Галя была не одна, рядом с ней шел парень и что-то оживленно рассказывал улыбающейся девушке. Я резко остановился, и причиной был не ее спутник, его я узнал, правда, мы не были знакомы и не здоровались, он тоже работает на шахте и зовут его, кажется, Андрей, остановила меня Галина улыбка. Девушка слушала Андрея, смотрела ему в лицо и улыбалась. Я с горечью подумал, что так ни одна девушка никогда не смотрела на меня.
Потом, после очередного танца, а танцевала Галя только с Андреем, они направились к выходу, но с танцев ушел один
– А где же здравствуйте, или те, которые на Доске почета, с остальными не здороваются? – на лице девушки промелькнула насмешливая улыбка, но видя мое замешательство, снисходительно добавила. – Ну что ж, пойдем, – и направилась в центр зала к танцующим.
Как пролетел этот танец, что я говорил, что мне отвечала девушка, я не смог бы вспомнить даже под гипнозом. Отчетливо помнил тепло ее упругого тела, передающегося через руки, ощущал почти невесомое прикосновение ее рук, лежащих на моих плечах, и глаза, огромные бездонные глаза, от которых я был не в силах отвести взгляд.
– Ну, и что ты там такое увидел? – спросила слегка раздраженная моей бесцеремонностью девушка.
– Я увидел, что я люблю тебя.
От неожиданности девушка остановилась. Остановился и я. Некоторое время мы молча стояли, глядя друг другу в глаза, а вокруг медленно плыли в танце пары. Первой пришла в себя Галя.
– Давай считать, что ты ничего мне не говорил, а я не слышала. Сейчас, когда танец закончится, мы с тобой разойдемся в разные стороны, чтобы больше не встречаться. Договорились, Бандера?
– Я наклонил голову и, почти касаясь губами уха девушки, тихо прошептал:
– Нет!
Галя вздрогнула и немного отстранилась, но рук с моих плеч не убрала и опять мы замерли в молчании.
Танец закончился, посетители направились к выходу, а мы все стояли молча, глядя друг другу в глаза. И опять первой опомнилась Галя.
– Мы так останемся одни в этом зале, Бандера, лицо девушки осветилось лукавой улыбкой. «Так ты меня знаешь», – радостно подумал я.
Держась за руки, мы с общим потоком вышли на улицу. Галя высвободила руку и, повернувшись ко мне, решительно сказала:
– До свидания! – и, как мне показалось, с едва заметным сожалением добавила: – Может, когда-нибудь встретимся. Пока!
Галя повернулась и решительно направилась к ожидавшим ее подружкам.
– Нет, – решительно и на этот раз громко сказал Степан, – подожди, я провожу тебя.
– Ты что, с ума сошел? Я живу на Шанхае, ты знаешь, что это такое?
– Что-то слышал!
– Ты что-то слышал, а я там выросла. Слушай, что я тебе расскажу о нем в нескольких словах. Шанхай – это поселок без воды, без электричества, а главное без улиц, а вместо них – узкие кривые проходы, в которых могут ориентироваться только местные жители. Чужой тоже может, точнее, смог бы, но только днем, а ночью вряд ли, да и вряд ли без приключений. Кто там живет, тебе знать ни к чему. Я тебе о них могу сказать одно: чужих они не любят и очень сильно. Ты понял?
Я недоуменно пожал плечами.
– Понял, что тут непонятного? Пошли.
– Нет! Вижу, ты ничего не понял. Ладно, кроме того, что я тебе рассказала, есть еще одна причина – парень, с которым я танцевала, мой жених, по крайней мере, так все считают, он наш, шанхайский, и по нашим дурацким правилам, он со своими дружками ноги переломает любому, кто решит меня провожать и ты не исключение. Ты понял?
– Понял, а тебя не тронет?
– Нет!
– Тогда пойдем.
– Нет, дурак, ты ничего не понял. Андрей сейчас на работе в ночную смену, но его дружки наверняка уже давно приметили тебя и если ты пойдешь, поверь мне, тебе несдобровать.