Живая плоть
Шрифт:
Флитвуд сказал себе: «Если преступник выстрелит, то я либо умру, либо попаду в больницу и поправлюсь». Воображение его имело свои пределы. Впоследствии сержант не раз вспоминал эту наивную мысль. Встав у закрытой двери, он приложил к ней ладонь и произнес громко и твердо:
– Это детектив-сержант Флитвуд. Мы в доме. Откройте, пожалуйста, эту дверь.
Мгновенье назад здесь не было полной тишины. Флитвуд это понял, потому что теперь наступила полная тишина. Подождав, он заговорил снова:
– Вам лучше всего открыть ее. Будьте разумны и сдавайтесь. Откройте дверь и выходите или впустите меня.
Ему в голову не приходило,
В этот момент комната больше всего походила на театральную сцену. Односпальная кровать с синими простынями и отброшенным назад такого же цвета одеялом, ночной столик с лампой, книга, ваза с павлиньим пером, стены, оклеенные обоями с зелеными и синими павлиньими перьями, задувающий в разбитое окно ветер высоко поднимал изумрудно-зеленые шелковые шторы. Человек с пистолетом стоял спиной к угловому шкафу, наведя ствол на полицейского. Девушку он выставил перед собой, обхватив ее за талию.
Преступник дошел до предела. Флитвуд видел это по перемене в его лице. В нем едва можно было узнать того человека, который дважды появлялся в окне. Черты его лица исказил ужас, он походил на загнанного в угол хищника, панически пытавшегося вырваться из силков. И это страстное желание перечеркнуло все остальное. Осталось лишь стремление бежать, убивая всех, кто встанет на пути. Однако он никого не убил, подумал Флитвуд, и пистолет у него не настоящий…
– Если вы положите свой пистолет, – заговорил сержант, – и выпустите мисс Стэнли, позволите проводить ее вниз… тогда обвинения против вас будут минимальны в сравнении с тем, какими они могут быть, если вы причините кому-нибудь вред или будете угрожать. – «А изнасилования? – подумал он. – Пока что нет доказательств, что это тот самый человек». – Бросать пистолет не нужно. Просто опустите руку, в которой его держите. Другую поднимите и выпустите мисс Стэнли.
Человек не шевельнулся. Девушку он держал так крепко, что на его руке выступили синие вены. Выражение лица становилось с каждой секундой все напряженнее, брови сошлись на переносице. Флитвуд заметил, как забилась жилка на виске.
Флитвуд услышал около входной двери шарканье ног и стук. Эти звуки утонули в шуме дождевых капель, внезапный ливень хлестнул по верхней неразбитой части окна. Шторы занесло ветром внутрь. Преступник не шевелился. Собственно, сержант и не ожидал, что он услышит от него хоть слово, но, когда он заговорил, это стало неожиданностью. Голос его был сдавленным от страха, немногим громче шепота.
– Мой пистолет вовсе не подделка. Он настоящий. Можете мне поверить.
– Откуда он у вас? – спросил Флитвуд.
И хотя нервы сержанта были напряжены до предела, голос его оставался спокойным, лишь к горлу подкатила тошнота, и рот наполнился горькой слюной.
– Мой знакомый добыл его на войне, отобрав у мертвого немца в 1945 году.
– Вы это видели по телевизору, – возразил Флитвуд.
Позади него, в коридорчике, за которым лестница спускалась на первый этаж, стоял Бриджес. Флитвуд ощущал в холодном воздухе его теплое дыхание.
– Кто этот «знакомый»?
– С какой стати мне это вам говорить? – Очень красный язык облизнул губы, ставшие желто-коричневыми, как и кожа этого человека. – Мой дядя.
Флитвуд почувствовал,
– Выпустите мисс Стэнли, – повторил Флитвуд. – Почему нет? Какой смысл вам ее удерживать? Я безоружен. Она не служит вам защитой.
Девушка не шевелилась. Боялась. Она слегка перегибалась через крепко державшую ее руку, маленькая, худенькая, в синей ночной рубашке, ее голые руки были покрыты пупырышками.
– Выпустите ее, и я гарантирую, что это зачтется вам как значительно смягчающее обстоятельство. Заметьте, я не даю никаких обещаний, но это вам зачтется.
Послышался стук. Флитвуд был уверен, что кто-то приставляет лестницу к стене дома. Человек с пистолетом как будто не слышал этого. Сержант сглотнул и сделал два шага вперед. Бриджес находился позади него, и теперь человек с пистолетом заметил второго полицейского. Поднял руку, державшую оружие, дюйма на два, и навел его на лицо Флитвуда. Вместе с этим убрал другую с талии Розмари Стэнли, напоследок проведя ногтями по коже. Девушка придушенно вскрикнула и сжалась. Мужчина резко отвел руку назад и так сильно толкнул ее в спину, что она зашаталась и упала на четвереньки.
– Ни к чему она мне, – бросил он.
– Это очень разумно с вашей стороны, – любезно проговорил Флитвуд.
– Только вы должны дать мне обещание.
– Мисс Стэнли, подойдите сюда, пожалуйста, – сказал Флитвуд. – Вы будете в полной безопасности.
Будет ли? Бог весть. Девушка поднялась на ноги, подошла к полицейскому и ухватилась обеими руками за его рукав. Однако он еще раз проговорил:
– Вы теперь в полной безопасности.
Человек с пистолетом, не сводя глаз с цели, хрипло повторил:
– Вы должны дать мне обещание.
– Какое же?
Флитвуд смотрел мимо преступника и, когда ветер поднял шторы почти до потолка, заметил появившиеся в окне голову и плечи детектива-констебля Ирвинга. Из-за этого в комнате стало значительно темнее, но человек с пистолетом словно бы не заметил этого, и продолжил:
– Обещайте, что я смогу выйти отсюда через ванную, и дайте мне пять минут. Только и всего – пять минут.
Ирвинг собирался переступить через оконную раму. Флитвуду пришло на ум, что теперь уж все кончено, им удалось одолеть преступника, и теперь он будет тихим, как ягненок. Крепко обняв девушку только потому, что она была юной, испуганной, мягко подтолкнул ее к Бриджесу, повернувшись спиной к человеку с пистолетом и услышав его дрожащий голос:
– Пистолет настоящий, я предупреждал вас, я сказал вам.
– Отведи ее вниз.
Над перилами, на стене, примыкающей к лестнице, находилась репродукция картины Дюрера «Руки молящегося». Ее на миг загородил Бриджес, подойдя, чтобы взять девушку и отвести ее вниз. Это была одна из этих вечных минут, бесконечная и вместе с тем быстрая, словно вспышка молнии. Флитвуд увидел руки молящегося за него, за всех них, когда полицейский, заслонявший их, шагнул вниз по лестнице. За спиной сержанта кто-то тяжелый спрыгнул на пол, хлопнула оконная рама; он услышал, как преступник вскрикнул, и что-то ударило Флитвуда в спину. Произошло все очень медленно и очень быстро. Хлопок донесся словно откуда-то издалека, будто автомобильный выхлоп с автострады. Боль ощущалась только от удара в основание позвоночника.