Животные инстинкты
Шрифт:
— Пошли, Хейден. Я думаю, что мне нужна эта затяжка прямо сейчас.
***
С Дэмиана было достаточно, он закончил со сражениями, с насилием и смертью, желая только уединения. На протяжении большей части своей тридцати пяти летней жизни он был морским котиком, сражался рядом с уважаемыми и храбрыми мужчинами — людьми и оборотнями — так, что имел удовольствие называть их братьями. Но его время уже прошло, оставив за собой лишь шрамы и травмы — напоминания о тех днях, когда он воевал.
Дэмиан посмотрел на Тайлера — друга, брата, человека, которого он считал семьей, попивающего сейчас пиво.
— Наконец-то, ты дома, мужик, — сказал Тайлер и ухмыльнулся.
— Да, и я, наконец, отошел от дел.
Вся жизнь Дэмиана была ничем иным, как действием, борьбой и силой. Было бы отлично просто… отдохнуть.
Они стояли друг напротив друга, каждый со второй банкой пива в руках. Воспоминания боях, где он сражался бок о бок с этим человеком, заполнили мысли Дэмиана. Сам он был оборотнем-львом, мощным существом, сильнее и быстрее людей, обладающим лучшими чувствами. Перевертышей использовали для более опасных миссий. После того, как он спас жизнь Тайлера, Дэмиана переправили за море, в тыл врага. Это длилось годами, и ему было приятно отслеживать и убивать тех ублюдков. Дэмиан не являлся человеком, по крайне мере, не полностью, и из-за этого он был намного более жестоким, чем другие солдаты. Он был чертовски более опасен, чем многие другие оборотни, потому что был скорее животным, чем человеком.
— Ну, брат, я рад, что ты вернулся, повоевал и теперь, возможно, сможешь осесть.
Дэмиан кивал, пока Тайлер говорил. По правде говоря, он не искал женщину, с которой можно было бы жить и создавать семью. Всё, что ему было нужно — это всего несколько часов в постели с женщиной. Его собственный изолированный коттедж в горах, который он приобрел много лет назад, был тем, чего он жаждал. Но, даже когда кто-то жил с Дэмианом и делил с ним кровать, это было совсем не тем, о чем мечтал оборотень. Он был доминантным мужчиной, враждебным и привыкшим иметь свой взгляд на все. Какая женщина будет мириться с партнером, который являлся большим собственником? А это было именно так, ведь Дэмиан — лев.
— Я буду искать постоянную женщину позже. Сейчас же мне достаточно и нескольких часов с ними.
Тайлер усмехнулся и поднес пиво ко рту. Он допил свою банку и кивнул.
— Что ж, если ты ищешь праведную женщину, в городе их полно.
Он усмехнулся, и Дэмиан покачал головой, чувствуя себя отлично.
— Я не думаю, что религиозная женщина — это то, в чем я нуждаюсь, если только она не будет кричать «О, Боже» всю ночь.
Тайлер рассмеялся, словно в старые добрые времена, когда они лежали на своих койках, пытаясь сосредоточиться на чем-то еще, кроме смерти, которую они несли.
— Я не видел твою дочь, — сказал Дэмиан и поднес свой напиток ко рту. Он оглядел задний двор и увидел, что некоторые девушки плавали, а парни брызгались в них, но всё равно не почувствовал запаха кровного родства с Тайлером ни от одной из них.
— Я видел, как она уходила со своим другом Хейденом. Я уверен, что они скоро вернутся.
Тайлер перевернул несколько булочек с начинкой.
— Она растет, мужик, — он покачал головой. — Не могу поверить, что ей уже шестнадцать. Проклятье, всего через два года ей будет восемнадцать, и она отправится в колледж, чтобы начать свою жизнь.
Дэмиан хотел узнать, каково это: иметь собственного ребенка, в котором бы текла его кровь. Того, кто ровнялся бы на него, и которого он бы защищал. Но жизнь Дэмиана пошла в другом направлении, и он должен был отдать долг своей стране. Борьба за нее стала для него судьбой, а женщины и дети не были в его приоритете. Он был взрослым, знал, что, вероятно, никогда не получит второго шанса, но был доволен тем, как все сложилось.
— Послушай, мне нужно отлить, но, может быть, когда я закончу, я, наконец, смогу встретиться с твоей дочерью.
Дэмиан видел фотографии Данники, когда она была ещё малышкой, возможно, лет пяти, но он был за границей, сражаясь в окопах, а почта приходила не часто. Но дочка являлась светом жизни Тайлера, а Дэмиан считал его своим братом, а значит — Данника тоже стала его семьей.
ГЛАВА 2
Данника последовала за Хейденом через боковой вход в свою спальню. Она закрыла за ними дверь, хотя ей не разрешали приводить мальчиков в дом без присмотра взрослых, не говоря уже о ее комнате, но Хейден являлся исключением. Может быть, потому что они знали друг друга так долго или, потому что Хейден жил по соседству и проводил так же много времени в ее доме, как и она сама? Так или иначе, сейчас это помогло им.
Друг сел на край постели, схватил зажигалку и травку, которые положил обратно в передний карман, и ухмыльнулся. Затем Хейден схватил рулон туалетной бумаги, и Данника увидела, как он наполнил её чем-то волокнистым. Иногда, хоть и не очень часто, они болтались с друзьями, которые уже употребляли наркотики. Поэтому знали, что курение в помещениях требовало дополнительной вентиляции помимо окна. Рулон туалетной бумаги со странным наполнителем служил фильтром от дыма и запаха марихуаны. До чего только не додумывалась молодежь, чтобы не быть пойманными с поличным взрослыми.
Рассеяв дым рядом с Хейденом, Данника отошла от двери и села рядом. Пока он подносил самокрутку к губам, она взглянула в окно и увидела бассейн, а также отца и Дэмиана. Теперь его тело было немного обращено к дому, и, хотя Данника видела только его профиль, но могла сказать, что мужчина был великолепен, у него оказалась классическая квадратная челюсть и мужественные черты, жаль, что Данника находилась слишком далеко, чтобы увидеть такие особенности, как цвет его глаз.
— Держи, — Хейден протянул ей сигарету, его голос исказился, став ниже.