Жнец
Шрифт:
А нападавший в это время в развалку стоял у родника, и казалось совершенно не намеревался нападать. По крайней мере, ничего похожего на оружие у него не было. К тому же оба эльфа довольно улыбались, непонятно чему радуясь.
– Я же говорил Шинтисса, что он понимает язык.
– Ну, это стало ясным почти сразу. Меня больше интересует поведение Ясеня. Он не так силён, что бы разбрасываться листьями направо и налево.
– Великий шаман не понимает? Я поражен.
– Естественно на лице капитана никакого удивления не было и в помине, только лукавая улыбка.
– Предполагаю,
– Да и понимать наш язык удовольствие малодоступное необразованной деревенщине.
– Поддержал Диграссу шаман.
Сет понял, что глупо попался на уловку перворожденных и его инкогнито раскрыто. Становилось ясно, что о свиньях тут вполне осведомлены, но помочь это знание ему уже не сможет. Нужно срочно придумывать новую легенду и желательно как можно правдоподобнее. Идею рассказать всю правду жнец отбросил сразу. По уверениям Клыка эльфы ненавидят нежить - признаться, что он один из них значит подписать себе смертный приговор. Придумывать небылицы на ходу - нарваться на ещё одно разоблачение. Есть только один способ себя не выдать - не говорить вообще ничего, но вот как это сделать, если вопросы будут задаваться настойчиво? Воспользоваться пятой поправкой к конституции США?
Оба перворожденных изучали Сета внимательными взглядами. Казалось, что их янтарные глаза проникают в сами мысли и чувства жнеца. Он даже испугался, что они уже всё поняли и размышляют теперь, как поступить с наглой нежитью. Хотя погодите он ведь совсем не нежить. Он можно сказать потомок небесных ангелов воплоти. К тому же только что подружился с их Ясенем. То, что Ясень существо живое и одухотворённое сомнению даже не подвергалось. А то, что эльфы говорили о нём, наводило на мысль, что к мнению этого кустика тут прислушиваются.
Сет выпрямил спину и стал говорить на чистейшем наречии перворожденных.
– Ясень обещал мне дружбу.
Он ясно ощутил, что говорит совсем на другом языке совсем отличном от того, что использовал в общении с Клыком только когда стал выговаривать первое слово. Даже по невозмутимым лицам эльфов было заметно, что их удивило полное отсутствие, какого либо акцента в его выговоре. Впрочем, это удивление длилось лишь одно мгновение, после чего лица перворожденных снова стали похожи на маски.
– Мы и не собирались причинять тебе вреда, “выбранный Ясенем”.
– Сказал шаман.
– Но объяснить нам кое-что ты просто обязан.
– Глава 16
Они сидели в уютной комнатке свитой из веток и листьев. Всё те же ветки образовывали вдоль стен извилистые полки стеллажей просто ломящихся от свёрнутых свитков. В комнате было достаточно светло, потому что каждый листок, растущий из тонких стен, светился бело-изумрудным светом. Шаман заканчивал свой рассказ, а жнец силился переварить услышанное.
Оказывается эльфы - великие лорды зари и перворожденные дети солнца, обитающие ныне в огромных белокаменных замках и обладающие невероятными познаниями в магических науках, на заре времён жили совсем не так как ныне. Их городами были рощи, в центре которых гигантским исполином обязательно возвышался дух леса принявший
Сет наслушался таких высокопарных речей ещё в детстве от директора сиротского приюта. Разлюбезный Николай Иванович любил блеснуть эрудицией, витиевато наставляя воспитанников на путь добра и человеколюбия что, правда, не мешало ему приглашать на ночь к себе в кабинет особенно смазливых старшеклассниц. Потому статья, по которой он попал за решетку, была совсем не престижной и, по словам некоторых беспризорников, судьба его ожидала незавидная. Поэтому жнец старался пропускать мимо ушей многословные увещевания шамана, пытаясь выделять только зёрна фактов.
Факты же говорили, что этот клан перворожденных пытался вернуться в прошлое, ушедшее и почти забытое современниками. Это было собрание чудаков-единомышленников верящих, что истинное счастье в единении с природой. Они ушли от сытой и обеспеченной жизни в надежде воссоздать старые традиции. Их группа была малочисленна и слаба, вследствие чего не воспринималась в серьёз другими представителями их расы. Что-то вроде движения “хиппи” в шестидесятых годах, только без наркотиков и разврата. Безусловно, начинание доброе, но как считал Сет обречённое на провал, как и любая утопия, если бы не одно маленькое “НО” - Ясень. Это чахлое на вид растение на самом деле обладало невиданной мощью, даже сейчас, будучи только ростком. Правда только в пределах, куда достигали его корни, но в необозримом будущем по мере взросления Ясень мог бы стать сильным союзником или врагом.
Жнец очень нуждался в союзниках пусть даже пока слабых. Враги же, как показывал опыт, имеют обыкновение появляться сами по себе, для этого даже не обязательно затевать ссору - достаточно просто существовать. Однако, даже не смотря на это, раскрывать свою историю жнецу не хотелось. Дружба дружбой, а осторожность не помешает никогда, тем более что подружился то он с Ясенем, а перед ним сидели эльфы. Что взбредёт им в голову ещё лет эдак через триста только Богу известно.
– Дух леса выбрал тебя своим опекуном.
– Тем временем продолжал Шинтисса.
– Значит ты наш брат. Нам всё равно кто ты и откуда, поскольку Ясень видит помыслы и желания. Если он находит разумным сотрудничать с тобой нам остается только радоваться его выбору, хотя хотелось бы узнать о тебе больше. История с выбрасыванием Ненависти в Безымянную, как ты понимаешь, кажется нам теперь несколько неубедительной. Впрочем, сама задумка неплоха.
– Только реализация её в жизнь немного подкачала.
– Вставил Диграсса, улыбаясь только уголками губ.
– Честно говоря, идея не моя, знакомый вампир подсказал.
– Сет решил, что лучшая ложь - полуправда, есть смысл поведать часть истории, что бы, если что-либо выплывет не показаться обманщиком.
– Он сейчас любезно сбивает со следа толпу серафимов, которые за мной гоняться.
– Думаю, мы можем легко остановить погоню, поручившись за тебя перед Орденом, если ты, конечно, не совершил ничего предосудительного.