Зигальга

Раса Василиса

– Я потом сидеть не смогу, - Анька выглядела довольно мрачной.

– Да ладно, она ж легкая.

– Это первые пятнадцать минут, а через два километра как бревно - тяжёлая и жёсткая, – Анна изо всех сил затянула крепления и перевела дыхание. – Но, если хочешь проверить, могу уступить её тебе, Делечка, заодно…

– Заодно, я непременно её потеряю, - перебила я подругу.

Мы ткнули друг друга локтями и засмеялись.

Меня, Делию, в детстве, бывало, называли «Делит», говоря: «Что к Деле попало,

то пропало».

Но то - в детстве, сейчас всё было совсем наоборот. Я ничего не теряла, и даже если что-то и исчезало, оно возвращалось ко мне самым невероятным образом.

– Так, всем хорошо меня видно и слышно? – Владимир Николаевич окинул взглядом готовый к отбытию лагерь. Нас было пятнадцать студентов, преподаватель и два сопровождающих проводника.

Все притихли и обернулись к археологу.

– Озвучиваю план похода на ближайшие дни. Есть два варианта. Первый - на газели примерно пятьдесят километров до Мраково, оттуда ещё около тридцати до Нугушского водохранилища. Без остановок и изучения нашей цели. Дальше - пешком километров восемь до водопада, потом неделю в районе там, и домой!

Раздалось дружное неопределённое мычание.

– Второй вариант – тридцать пять километров пёхом отсюда до водопада напрямую, изучая все встречающиеся. И сразу там! Но это - далеко не один день пути через горы и леса! Кроме того – это территория заповедника и мы будем находиться там с разрешения местных органов и по согласованию с нашим университетом. Поэтому, бережное обращение с окружающей действительностью будет обязательным и принудительным. То есть, даже плюнуть не моги, Арсеньев!

– Второй, второй. Давайте второй! – сказали мы почти хором.

– Однако, спешу вас предупредить, дорогие опез… гкхм, студенты! Дорога эта мне совершенно незнакома. И мы полностью полагаемся на наших проводников. Маршрут предполагает форсирование не менее двух бурных ручьёв (дружное ржание). Ещё два есть возможность благополучно обойти небольшим крюком, менее двух километров.

– Нап’ямую, к че’ту к’юк! – Борька Арсеньев скандировал голосом капитана Смоллетта, наконец, проснувшись.

– Я приветствую ваш энтузиазм, Борис, но решение об этом будет принимать вожак стаи! – археолог коротко взглянул на проводников и, пожав плечами, тихонько добавил, - Ну или вожаки.

Владимир Николаевич стоял, широко расставив ноги, и упирался руками в бока. Седой коренастый профессор был заведующим кафедрой Археологии, и обожаем нами за компанейский характер и душевное тепло, хоть мы до сих пор и не могли оценить разницу между керамикой Среднего и Нижнего Поволжья, чем доводили его до багровых пятен на лысине.

– Все помнят, кто кого держит в поле зрения?

Ещё перед поездкой, нам каждому назначили пару из группы, кого мы всегда должны отслеживать в путешествии. Пары были не пересекающиеся.

То есть, я следила за кем-то, и, в свою очередь, кто-то другой постоянно мониторил меня. Так выходило, что каждый из группы был под чьим-то присмотром.

Мне достался тихий Коля Васильев. Длинный, чрезвычайно эрудированный парень, он обычно больше улыбался, чем говорил. И, хотя, я искренне чувствовала себя абсолютной идиоткой, когда обращалась к нему, Коля мне нравился гораздо больше, чем вечно паясничающий Борька или, к примеру, Орлова Арина.

Она - звезда, красавица, генератор судорожных вздохов у парней, а приглядишься, и у преподавателей тоже. Нелюбезность её отчетливо била в глаз, а невинная привычка парковаться на своём подержанном Z4, единственном родстере на факультете, запирая чужие машины, заставляла завистниц глумливо аплодировать, шипя в спину отчаянно неприличные комментарии. Но даже то, что машина была чудовищного свекольного цвета, никоим образом не сказывалось на её популярности. Арине было всё равно. И на каждый вздох и взгляд она откладывала такое количество презрения, что присматривать за ней мне было бы совершенно не по душе.

Я сама, к своему счастью, досталась моей Аньке. Вот в ком в ком, а в ней я была уверена абсолютно, точно зная, что глаз с меня она не спустит. Хотя бы потому, что мы вообще не расставались.

Повторив своих подопечных, мы сгрудились вокруг карты. Проводники, отец с сыном, дядя Саша и Артём показывали наш сегодняшний маршрут.

– Так, молодёжь, здесь кроме ваших глиняных черепков и наскальной живописи, ещё есть реки, горы и леса…

– А ещё клещи и дикие звери! – радостно выкрикнул Борька тоненьким голоском.

– Поэтому, смотрим не только под ноги, но, прежде всего, по сторонам и друг за другом. Это важно! – дядя Саша резко продолжил четким командным голосом, заставляющим мышцы в спине сокращаться и держать организм в неестественно распрямленном виде, имитирующем повышенное внимание.
– Мы условно разделимся на три группы по пять человек. В первой за старшего – я, во второй – Артём, в третьей – Владимир Николаевич! Все слышат?

– Да. Да, – бодро раздалось со всех сторон.

– Ещё раз подчеркиваю, смотрим внимательно друг за другом. Места тут такие. Ясно?

Поддакивания стали тише.

– Идём до обеда, который наступит на вас в двенадцать по Москве, кто часы не перевел. По местному в два. Кстати, время по солнцу определять все умеют? Может пригодиться.

В ответ слышалось уже бормотание. Мы с Анькой переглянулись.

– На обед два часа, потом идём до девятнадцати по Москве. И встаём лагерем. Идем спокойно в своём темпе, не торопимся, ваши рисунки всё-таки искать не забываем.

– А если кто-то чего найдет, то надо задержаться же будет? – Борька чесал затылок.