Зигзаги судьбы

Уинтерз Ребекка

— Я знала, что так будет, но неужели вы не можете немного порадоваться за нас? Неужели не можете улыбнуться нам на удачу? Каким бы сильным и благородным ни был Джаред, ему нелегко!

— Мы знаем, дорогая, и отдаем ему должное за уважение, которое он проявил к нам. Но брак в ваших обстоятельствах кажется нам по меньшей мере рискованным. Если ты не приняла во внимание, что люди, которые знали Джареда, возможно, подвергнут его общественному остракизму, то я подумал об этом.

Маргарет кивнула.

— Отец прав, Сидни. Когда твоего

мужа станут осмеивать, ты тоже почувствуешь это. Вам придется уехать туда, где никто не знает вас. Тогда вы сможете начать совместную жизнь.

Сидни с трудом сохраняла спокойствие.

— Джаред говорил о Европе. Как вы считаете, она находится достаточно далеко? — с негодованием вырвалось у нее. — Пойдем, Джаред.

Он не сдвинулся с места.

— Подожди, Сидни. Я хочу сказать твоим родителям несколько слов.

Она села рядом с ним. Родители смотрели на Джареда без всякого выражения. Что еще он может сказать?

Ей было больно, что родители ведут себя так спокойно и отстраненно. Ведь Джаред — мужчина, за которого она выходит замуж!

— Когда я попросил Сидни стать моей женой, — начал он, — то не знал, каким будет ее ответ. В случае отказа я собирался уехать за границу. Но за последние десять лет я полюбил Северную Дакоту, которая стала моим домом. Я знаю, что Сидни тоже любит ее. Я завидовал ее счастливому детству на ранчо. Такая жизнь казалась мне идеальной. Я меньше всего хочу отрывать ее от семьи и людей, которых она знает всю жизнь, поэтому хотел бы купить немного земли и построить для нас дом.

— Ты шутишь, — вырвалось у нее.

Джаред повернулся к ней. Его глаза вспыхнули.

— Вовсе нет.

— Но как ты будешь зарабатывать на жизнь?

— Я уже все спланировал.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Сидни покачала головой.

— Ты говоришь неразумно.

— Есть и другой вариант. Лет пять назад я купил участок земли для прихода и собрал группу людей, которые занялись выращиванием чеснока. На полученные деньги мы смогли построить новый спортзал для молодежного центра.

— Чеснок, говорите вы? — заинтересовался Уэйн, напомнив Сидни, что родители все еще в комнате.

— Да. Сорт, который выдерживает низкие зимние температуры. Эксперимент оказался удачным. — Я не знала, — заметила Сидни.

Легкая улыбка заиграла на губах Джареда.

— Пока мы еще многого не знаем друг о друге. Но в одном я уверен: если я разлучу тебя с родителями, мы оба не будем счастливы. Я — живое доказательство того, что неблагополучные отношения в семье могут повлечь за собой роковые последствия.

— Совершенно верно, — подтвердила Маргарет.

Джаред обратился к родителям Сидни.

— Всегда есть шанс, что кто-нибудь узнает о моем прошлом. Некоторые люди останутся друзьями, другие, как вы говорите, отвернутся от меня. Но это может произойти в любом месте,

так как я не собираюсь ничего скрывать. В приходе я был очень счастлив. Встретив Сидни, я понял, что брак и дети от любимой женщины сделают меня еще счастливее. Я не отрекся от веры, и буду ходить на богослужения так, как вы ходите в свою церковь. Будет ли Сидни сопровождать меня или нет, зависит от нее. Если у нас родятся дети, я хочу, чтобы они посещали храм. Не имеет значения — какой. За годы оказания психологической помощи я убедился, что родители, посещающие церковь вместе с детьми, закладывают прочную основу для создания доверительных и устойчивых семейных отношений. Но чтобы наш брак начался хорошо, я надеялся, что мы сможем пожениться в вашем доме, в окружении родственников и друзей.

Джаред, этого не будет никогда. Никогда!

— Конечно, я приглашу родителей и брата с сестрой, но у меня нет уверенности, что они приедут.

— Почему? — удивленно спросила Маргарет, обменявшись взглядом с мужем.

— Они не могли понять, почему я стал священником. И не простили мне этого, хотя мать поздравляет меня с днем рождения и с Рождеством. Брат и сестра иногда звонят.

— А отец? — спросила Сидни.

— За десять лет он ни разу не написал мне.

Сидни сочувственно воскликнула:

— Это ужасно!

Глаза Джареда потемнели.

— Такова правда. Но я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то подобное. Сейчас я оставлю тебя здесь и возвращусь в гостиницу. Утром встретимся.

— Нет, Джаред, я пойду с тобой!

— Сидни, Джаред прав. Нам нужно поговорить наедине, — сказал отец. — Я провожу вас.

Поцеловав ее в щеку, Джаред прошептал:

— Позвони мне позже.

Сидни кивнула, подавив желание обвить его руками и не отпускать.

Когда мужчины вышли, Маргарет поинтересовалась:

— Где он возьмет деньги на покупку участка и дома?

Ах, мама!

— Пойдем в кухню, и я объясню. Открыв ларь, Сидни вынула пятикилограммовый мешок муки и показала этикетку. — Видишь торговую марку?

Сообразив, что к чему, Маргарет с новой тревогой посмотрела на дочь, но ничего не сказала. Происхождение и жизнь Джареда были чужды родителям Сидни.

— Мама, он замечательный человек.

— Должна признаться, что в прямолинейности ему не откажешь.

— Мама!

— Да. Он совершенно очаровал тебя, Сидни. Я боюсь. Этот мужчина может погубить тебя.

Сидни понимала, что мать искренне беспокоится за нее. В глубине души она страшилась, что наступит день, когда Джаред захочет нарушить брачные клятвы и вернуться к прежней жизни.

— Я тоже боюсь, мама. Но еще сильнее меня пугает, что я могу потерять его.

— Знаю. — С этими словами Маргарет вышла из кухни.

Джаред переключал телевизионные каналы. Ничто не могло отвлечь его от мыслей о Сидни.