Злая судьба
Шрифт:
— Забудь об этом, — продолжил Рагнарсон. — Давай-ка лучше потолкуем о том, что тебя беспокоит.
Ее слова захватили короля врасплох. Он собрался духом, чтобы дать отпор по вопросу наследования, но Кристен вдруг заявила:
— Я не становлюсь моложе, и мне не улыбается провести остаток моих дней в роли вдовы Рагнара.
От неожиданности Рагнарсон встрепенулся и изумленно уставился на сноху:
— Что?..
Мускулы на её шее напряглись. Тело словно окаменело, а лицо побледнело.
— Мне уже девятнадцать.
— Да, большая часть жизни уже
— Перестаньте. Я говорю серьезно.
— Знаю. Прошу прощения. Достигнув моего возраста, ты по-иному будешь смотреть на девятнадцать лет. Продолжай.
— Итак, мне девятнадцать. Рагнар умер уже давно, и я не хочу провести остаток жизни в виде памятника ему.
— Понимаю… — Возникновение проблемы он как-то не предвидел. Иные взгляды на жизнь, видимо, иное воспитание. Некоторые обычаи коренных обитателей Кавелина он так и не смог понять до конца. — Но с какой стати ты мне это говоришь? Это же твоя жизнь. Живи так, как тебе нравится.
Кристен, кажется, немного расслабилась.
— Я думала, что вы… Думала, что вы можете…
— Ты нашла того, кто тобой интересуется?
— Нет. Дело не в этом. Совсем не в этом. Дело в том… Я чувствую себя словно на замке. Вообще-то я готова следить за домом и заботиться о детях. Мне это даже очень нравится. Но нельзя же заниматься только этим. Все мои друзья…
— Я же сказал, что это — твоя жизнь. Делай то, что находишь нужным. Ты же разумная девочка и не создашь мне сложностей, с которыми мы не сможем разобраться. Разве не так?
Напряжение окончательно оставило её. Оставило настолько, что она едва удержалась на ногах. «Неужели я внушаю такой ужас?» — подумал он.
— Я так боялась, что вы подумаете, будто я какая-нибудь предательница.
— Что за чушь, — фыркнул он. — Боги создают красивых девушек не для того, чтобы они зря тратили жизнь ради мертвецов. Если бы я был раза в два помоложе, а ты бы была вдовой Рагнара, я бы за тобой приударил. — Дальше он решил не продолжать. И вообще этих слов не следовало произносить, так как их можно было истолковать по-разному.
Кристен достаточно хорошо знала стиль Браги для того, чтобы все понять правильно.
— Спасибо. Приятно узнать, что тебя ещё не считают старой каргой.
— Пара-тройка приятных годков у тебя ещё осталась. Кстати, раз речь зашла о твоих друзьях… Куда подевалась та славная крошка? Блондинка. Ширили. Кажется, её так зовут.
— Интересуетесь? — довольно ядовито спросила Кристен.
— Вовсе нет. Я… Хм-м… Что-то её давно не было видно. Вот я и спрашиваю.
— Я заметила, как вы на неё поглядываете. Игры, о которых вы, глядя на нее, мечтаете, вовсе не похожи на беготню по лесу.
Он слегка ухмыльнулся, протестовать против её слов он не стал. Женщину, о которой шла речь, он встречал несколько раз и при каждой встрече с ней терял дар речи. Почему так случалось, ответить Браги не мог. Наверное, все это есть продукт деятельности желез внутренней секреции, но на вопрос, почему на железы влияла именно эта женщина, ответа у него не было.
— Я
— Через пару месяцев ей исполнится двадцать два. Только не давайте своей супруге возможности заметить то, как вы смотрите на мою подругу. Она тут же перережет вам глотку. Не сомневаюсь. Ширили по-прежнему рядом. Примерно раз в неделю мы видимся. Просто вы здесь редко появляетесь. Она вас, чтобы вы знали, чуть побаивается. Ваше спокойствие и вечно задумчивый вид заставляют её нервничать.
— Я такой в её присутствии только потому, что девица заставляет меня нервничать, — признался он. — Если принять во внимание мой возраст, то женщины, казалось бы, не должны влиять на меня подобным образом. А таких, как она юных, мне вообще не подобает замечать.
— Мне лучше промолчать, а вы продолжайте уговаривать себя.
— И ты не смейся надо мной. Лично я ничего смешного в этом не вижу. Итак, ты сказала, что Арал приезжает на встречу с Мглой, когда та появляется в городе. Расскажи мне об этом.
— Вы меняете тему.
— Какая ты, Кристен, проницательная. Даже, пожалуй, слишком умна для женщины. Мимо тебя ничего не проходит.
— Хорошо. Сдаюсь. Что же касается Арала, то могу сказать лишь то, что он каждый день приходит в её дом, когда колдунья находится в Форгреберге. Я видела его этим утром. Арал делал вид, что любуется парком. Я его сразу узнала.
— Значит, он крался тайком?
— Ничего не могу сказать.
— Если бы это было не так, то он просто прискакал бы на аллею Лиенке. Разве нет?
— Я слишком плохо его знаю для того, чтобы гадать.
Появился слуга и подал знак Кристен. Та повела Браги в кухню, где он и съел почти целую курицу.
— В последнее время ем слишком много курятины, — бормотал он с набитым ртом. — Как бы самому в курицу не превратиться. Думаю, что надо повидаться с Мглой — узнать, какая каша, дьявол её побери, заваривается. Будет забавно, если я застану их за веселыми играми в тяни-толкай.
— Она же в десять раз старше его!
— По виду на такую древность она не тянет. А Арал пока ещё в том возрасте, когда все мозги находятся ниже пояса.
— Неужели мужчины когда-нибудь выходят их этого возраста? — спросила Кристен, одарив его игривым взглядом.
— Кто как. Некоторые позже, чем другие. А старик Дерел, видимо, вышел из него лет эдак в двенадцать. Да, кстати… Дерел вернется ко Дню победы. Мы решили как следует отпраздновать победу. Я пришлю за тобой карету… Не могу представить, что это было так давно. В то время ты ещё была сопливой девчонкой с крысиными хвостиками вместо косичек.
— Я помню. Мы с мамой пошли встречать вас, когда вы возвращались из-под Баксендалы. Вообще-то, конечно, не вас, а папу. Вы были таким грязным, оборванным и… сияющим. Я помню, как папа сломал строй, подбежал ко мне и обнял. Мне показалось, что у меня треснут ребра. До сих пор трудно поверить. Мы тогда побили лучших из лучших.