Злоборцы
Шрифт:
Казион рассчитывал, что у Кира есть план.
Кир, в свою очередь, думал, будто Мамс, вечно свой в доску, снимет гнетущую атмосферу знакомства с местными.
Мамс же надеялся, что эти двое не выкинут какую-нибудь глупость.
Перед входом бросили жребий, кому идти первым. Досталось Киру: ему редко везло в азартных играх. Он вздохнул, сжал плотнее кулаки и толкнул дверь трактира. Медленной походкой, сохраняя достоинство, прошёл мимо столиков. Семь или восемь посетителей сонно осмотрели его внешность. Мамс и Казион мышами плелись
– Откуда вы, ребят? – спросил хозяин, протирая сальную тарелку грязным полотенцем.
– Не местные мы, – тут же выпалил Мамс. – Есть комната на ночь? Ужин туда!
– Мы злоборцы, известные всему свету, – начал как по писаному Кир, и Мамс закатил глаза от ужаса. – Слава о подвигах шагает впереди нас, враги трепещут при упоминании имён наших, а барды слагают в нашу честь э-э-эпитафии, эпиграммы – не силён я в поэзии, но что-то там они сидят и дружно слагают. Много чего уж слажали…
Трактирщик замер. Один из посетителей на скамье неподалёку покрутил пальцем у виска. Послышались смешки. Дородный мужичище в широких штанах и рваной рубахе тяжёлой походкой подошёл к Киру и опустил на его плечо огромную руку, кулак которой по размерам превосходил голову «странствующего рыцаря».
– Значит так: сейчас слушай меня, парень, – начал громила. – Здесь живут лесорубы. Здесь не собор, где юродивым рады. Хочешь выпить – плати и пей, а потом вали!
– Хорошо, друг, выпьем и уйдём, – ответил за приятеля Мамс.
– Но я не юродивый. Мы спасаем мир от зла. Только скажите, и мы искореним зло и ничего не возьмём за хлопоты. Кроме еды, конечно.
– Избавь меня от себя! Сейчас же! – заорал мужичище.
– Вы не так поняли. – Шустрый Кир вскочил. – Я – странствующий рыцарь, благородный и справедливый. Моё рождение было предсказано, и спустя несколько месяцев я родился…
– Г-р-р-р, – раздалось изо рта собеседника.
– К чему ворошить прошлое! – Кир подбежал к белому, как мука на мельнице, Мамсу. – Вот наёмник с северных островов. Ему незнаком страх, кровь кипит, а мускулы играют в теле.
Мамс втянул живот, выдохнув весь воздух, выпятил грудь и напряг руки, пытаясь создать иллюзию каких-никаких мускулов. А Кир тем временем ринулся к Казиону.
– С нами профессиональный маг…
– Фокусников развелось, как собак бездомных, а рыцарьков и того больше, – вмешался в разговор посетитель трактира, начищавший щёткой дудочку.
– Я долго терпел! – зарычал мужичище в широких штанах, закатывая рукава рваной рубахи.
Он уже размахнулся для удара, когда вдруг раздался крик Казиона.
– Сто-о-ой! – эпично возопил он и встал между громилой и Киром. – Ты не понимаешь, во что ввязываешься! Я не желаю видеть твою смерть!
– А тебе чего ещё? – Лесоруб сгрёб Казиона в охапку и дохнул на него свежим перегаром.
– Посмотри сюда, если хоть что-нибудь понимаешь! – Казион вырвался, схватил медальон Кира и сунул под нос лесорубу, словно икону от нечистой силы.
– Узнаёшь? – заверещал начинающий
Недоумение появилось на лицах посетителей таверны, а лесоруб опешил, не зная, как ответить.
– Шли бы вы отсюда подобру-поздорову, – шепнул по-дружески хозяин трактира, испугавшись, что в скором времени его собственность может пострадать.
Троица демонстративно вышла, хотя каждый шаг, полный наигранного достоинства, давался с трудом. Только они покинули пределы трактира, как ноги сами понесли дальше в лес.
– Прекрасная Белли тебе этого не простит! – кричал на бегу Кир.
***
Это дерево отличалось от прочих. Да, оно немного толще и ветвистее. Однако не в том суть. На его ветвях развешены мокрые рубашки, мантия, штаны, подштанники, а под раскидистой кроной у костра примостилась незадачливая троица. Друзья отчаянно отмахивались от надоедливой мошкары.
– В трактир нам путь отрезан, – констатировал Мамс. – Ни тебе еды, ни выпивки, ни девок.
– И задание не получили.
– Какое ещё задание? – Казион долго терпел, и вот его прорвало. – Я ненавижу мокнуть! Моя мантия стоит недёшево, а теперь она, мокрющая, висит на суку в паршивом лесу! Ей там не место! А нас приняли за идиотов. Если ты, Кир, привык так жить, то я не могу этого терпеть.
– Кто тебя вообще за язык тянул! – добавил Мамс.
– Но мы же отправились искать приключения, – начал доказывать Кир. – Избавлять мир от зла.
– Лесорубы – зло! Они б нас убили, – напомнил чародей. – И что? Мы должны пойти и сжечь деревню, так? А потом и весь мир? Точно избавимся от зла!
– Купили бы пива, дюжину котлет да зелени, а приключения сами бы нас нашли. Чего лезть на рожон? – Мамс придерживался своей теории противоборства злу.
– Дикие драконы, злобные ведьмы, призраки и упыри – я думал побеждать такое зло… – жалобно протянул Кир.
– А что толку, если тебя готовы загрызть в таверне просто люди и просто за то, что ты такой, как есть, – мрачно сказал Казион. – Завтра же иду домой.
– Как и я. – Мамс старался не смотреть Киру в лицо и стал подкладывать новый хворост в костёр.
Тишину нарушил посторонний шорох. Все тут же вскочили на ноги, озираясь по сторонам в поисках источника звука и в поисках одежды. Тем временем некто приближался к месту их первой ночёвки. Тёмный человек, ломая ветви, шёл напролом.
– Кто это, Мамс? Почему он идёт к нам?
– Откуда мне знать? Главное – спокойствие. Где наше оружие?
– У меня есть меч, но он только для встреч с безоружным противником, – сообщил Кир. – А тебе, Мамс, я бы советовал вернуться к лесорубам и приобрести топор.
Тёмная фигура приближалась. Стали слышны громкие вздохи и тихая брань. Вскоре у костра появился человек из трактира, который там чистил дудочку.
Приметив злоборцев у костра, мужчина обрадовался. Хотя все трое и прятались за толстым стволом дерева, чтобы одеться.