Злодей

Аарон Селия

— Сначала это было не так, но к концу ночи он попросил меня пойти к нему домой.

— Но вы этого не сделали, — она сняла платье и расстегнула лифчик.

— Нет.

— Хм… — потянула она и расположилась рядом со мной.

— Что?

— Не знаю. Просто думаю, что разлука на Рождество поможет вашим с Линком отношениям.

— В смысле?

— Я предполагаю, что у тебя не будет возможности часто пользоваться телефоном, если она вообще будет. Вы будете полностью отрезаны друг от друга. И когда ты вернешься, если ты все еще не сможешь решиться сделать

следующий шаг, — она повернулась, чтобы посмотреть на меня, — то, я думаю, это будет означать, что он не тот самый. С другой стороны, если ты бросишься в его объятия, как только сойдешь с самолета, это будет значить, что он тот самый.

— Основываясь на твоем научном анализе, если я займусь с ним сексом в тот день, когда вернусь из экспедиции, он будет моей настоящей любовью, так?

— Да. Научный. Я предоставлю тебе еще один факт. Если бы Себастьян попросил меня нагнуться и показать ему мою Бразилию, я бы сделала это в мгновение ока (прим. имеется в виду бразильская эпиляция — полное удаление волосков с интимных мест).

Себастьян не покидал мои мысли весь вечер, пока я ужинала с Линком. Когда Вероника набросилась на него, через меня прошло необычное чувство ревности. И, если честно, я почувствовала облегчение, когда он отказался от ее приглашения.

— Он кажется скрытным, — я пожала плечами. — Мы познакомились только в прошлые выходные на гала-концерте Lindstrom. Он был милым, но по большей части сдержанным. Мы танцевали.

— В нем что-то есть. Не могу точно сказать почему, но уверяю тебя, что он — худшая из проблем, которые могут быть, — она вытянула руки над головой и закрыла глаза. — И он мне нравится.

— Линку на него наплевать.

— Конечно, нет. Себастьян смотрел на тебя при каждом удобном случае. Я надавила на него, только чтобы переключить внимание Линка. Я почувствовала, как между вами бушуют феромоны.

— Это просто смешно, — я почти закусила ноготь, но остановилась в последнюю секунду.

— Нет, это не так. Они оба хотели тебя. Я чувствую это. Во-первых, даже когда я была напротив твердого тела Себастьяна, его член не казался даже немного заинтересованным во мне. Странно. Во-вторых, он стал, вроде как… я не знаю… нервным, когда Линк стал распускать руки.

— Может быть, он против подобного в общественном месте.

— Или, может быть, он хотел быть тем, кто распускает руки.

— Мне кажется, твое воображение выходит из-под контроля. Я только второй раз видела этого человека, — несмотря на мои слова, я услышала долю правды в том, что говорила Вероника. Я тоже это почувствовала.

— Не нужно быть гением, чтобы понять, что кто-то кого-то хочет, — она перевернулась и вздохнула, ее дыхание отдавало виски, что, как ни странно, успокаивало.

— Ты вот-вот заснешь с макияжем на лице.

— Все нормально. Я купила это смехотворно дорогое дерьмо от Nordstrom, которое намажу утром (прим. Nordstrom - это американская компания-ритейлер, является частной коммерческой организацией, владеет сетью магазинов

розничной торговли, расположенных в Соединенных Штатах, Канаде и Пуэрто-Рико, которые продают различные товары, включая одежду, косметику, ювелирные изделия и мебель). Через пятнадцать минут я буду выглядеть на пять лет моложе. А что самое лучшее? То, что я использовала папину кредитку.

У Вероники и ее отца были натянутые отношения, учитывая, что он оставил ее и ее мать, чтобы жить со своей секретаршей, когда Веронике было всего одиннадцать лет. Как только секретарша ушла к более молодому, отец Вероники вернулся, желая присутствовать в ее жизни. Вероника согласилась, но требовала денежную компенсацию всякий раз, когда считала нужным.

— Он знает об этой покупке?

Она улыбнулась, но ее глаза все еще были закрыты.

— Он не получит счет по кредитной карте до пятнадцатого.

— Ты просто нечто.

— Благодарю.

Я фыркнула.

— Я не знаю, хвалила я тебя или нет.

— В любом случае спасибо, сучка.

Она всегда могла заставить меня улыбнуться.

Небольшое сопение вырвалось из ее горла, когда она заснула. Я встала и умылась, затем скинула юбку и топ, прежде чем заползти обратно в кровать.

Слегка очнувшись ото сна, она произнесла:

— Держись от него подальше

— От кого? — я щелкнула выключателем прикроватной лампы, окутывая комнату в темноту.

— Высокий, загадочный и опасный.

— Себастьян?

Но она уже спала.

Глава 8

Себастьян

Тревога пронеслась через меня, пока Энтони петлял по Нью-Йоркским улицам к моему высотному пентхаусу. Проходящие дни все сильнее были похожи на катастрофу, так как я давно не общался с моим призом. Но у меня было кое-что, что могло бы снять напряжение, если бы только Энтони сделал свою гребаную работу и отвез меня наконец-то домой.

Мой адвокат по земельным делам бубнил через громкую связь:

— Земельный участок у верхней бухты не продается. Мы долго пытались заставить мистера Сартэна вести с нами переговоры, но он хочет сохранить землю и разводить овец. Он даже слышать не хочет о разделении участка и продаже лесистой местности, и, безусловно, не будет рассматривать договор аренды. Он решителен в своем отказе, — его голос слегка задрожал.

Говорить мне «нет» никогда не приводит ни к чему хорошему, и, как любая хорошо обученная собака, он знает цену за непослушание.

— Решителен в своем отказе? — переспросил я ровным тоном, даже когда Энтони повернул на пятую Авеню.

— Да, сэр.

Я могу представить себе испарину, покрывающую бледное лицо моего адвоката, страх в его глазах.

— Если я не ошибаюсь, разве Линдстром не владеет участком к юго-западу от мистера Сартэна?

— Д-да, сэр.

Я зажал переносицу и медленно заговорил, чтобы он мог проследить за моей мыслью.

— Разве там нет узкой реки, текущей из наших владений в его? Зеленый Сектор?