Злость
Шрифт:
Затем на самой глубине возникает движение. Морское дно шевелится, к судну тянется что-то огромное и бородавчатое. Сложно сказать, подлодка касается дна или дно достает до нее. В любом случае происходит контакт.
Мгновение подлодка балансирует на вершине, похожая на украшение какого-то сюрреалистического дерева. Затем плоть под ней начинает растягиваться, разделяется,
Быстро мигают ослепительные огни. Веспер со стоном просыпается. Скованные мышцы требуют внимания, но бунтуют, когда она пытается пошевелиться. Враскорячку лежат ноги и руки, ограниченные теснотой цилиндра. Она чувствует, как отекли и опухли пальцы. Несмотря на вой сирен, мысли медленно обретают четкую форму.
Диада все еще спит, ее голова давит на плечо Веспер, будто железный шар. Девочка не видит козленка, но слышит его всхрапывания, а новые резкие запахи намекают на его действия.
На экране больше не изображен океан. Вместо него, подобно живому занавесу, дисплей заполняет черная волна. Присмотревшись, Веспер замечает маленькие точки, рассыпанные по всей картинке. Неуклюже разбирается с интерфейсом, приближает изображение, пока не понимает, что каждое пятнышко – это чьи-то губы, размазанные по поверхности камеры и покрытые бело-зеленым клеем.
Веспер корежит от омерзения.
На экране шевелится тьма, и цилиндр трясет.
– Диада! – кричит она, но та погружена в наркотический сон. У ее ног в счастливом забытьи храпит козленок.
Не обращая внимания на зажатость в шее, Веспер поворачивает голову, пытаясь посмотреть на меч.
– Эй! Эй! Это я, Веспер, и мне очень нужна твоя помощь.
Цилиндр снова трясет, но на этот раз к тряске добавляется слабый звук дробления и скручивания. На верхней части экрана появляются новые сигналы, а одна из панелей отъезжает назад. За ней обнаруживается прозрачная маска.
Раздается спокойный, неуместно безмятежный автоматический голос:
– Аварийная герметизация через семь… шесть… пять…
Веспер хватает маску, прикладывает к лицу, но промахивается.
– …четыре…
Со второй попытки ей удается ее приладить. Маска прилепляется к лицу, на пластике появляются поры.
– …одну.
Спрятанные в цилиндре трубки начинают распыление. Они сконструированы таким образом, чтобы покрыть пилота слоем специально измененной дермы, позволяющей выжить на глубине. Отличная идея, эффективная, идеально рассчитанная для одного человека. Столкнувшись с тремя пассажирами разных размеров и разных видов, идея терпит крах. Трубки выплевывают тонкую желеобразную субстанцию, которая покрывает козленка снизу, а Веспер – сзади, с головы до пят. Однако ее лицо, грудь и все, что ниже, остаются незащищенными от стихий. Ноги Диады также облиты дермой, но одну из трубок она перекрывает локтем, а спиной – другую. В этих местах образуются толстые кольца, быстро застывающие пончики из прозрачной пасты.
На третий раз то, что снаружи, шевелится, и цилиндр гремит. Среди грома четко слышится недвусмысленный треск обшивки. Округлившимися глазами Веспер смотрит на пробивающуюся внутрь единственную каплю. Она медленно растет, внутри нее вращается целый мир с собственным климатом – черным, зеленым и серым. Затем она скатывается по стене, оставляя след для других. Кап. Кап. Кап.
– Диада! Диада! Гамма! Кто-нибудь!
Теперь вода капает быстрее. Когда первая капля достигает дна цилиндра, она останавливается – не образует лужу, не скатывается к спящему козленку. Выжидает. Остальные присоединяются, сливаются, утолщаются. Постепенно формируется трубка из живой воды – не то щупальце, не то язык. Внутри дрейфуют пестрые сгустки, вращаясь в поисках Веспер.
Девочка перестает кричать и закрывает рот.
От стены с причмокиванием отделяется конечность и направляется к дрожащей девочке. Та пытается достать из кармана пистолет, но Диада пережимает ей руку, и времени нет.
Конечность дотрагивается до геля на задней стороне ее ног, отпрядывает. Замирает.
Конец ознакомительного фрагмента.