Змеевик
Шрифт:
— Я убила ее пару лет назад; ничего подобного тогда не было.
— Но ты убила Моровен всего несколько месяцев назад, меньше года — сказала Родина.
— Я не думала, что получила какую-то силу от этого; Я имею в виду, что даже не я убила ее.
— Моровен верила, что когда ты убила Мать Всей Тьмы, ее сила рассеялась, разыскивая вампиров, подходящих для каждой силы. Она думала, что получила всю власть, кроме той, что досталось старому члену совета, Любовнику смерти и тебе. Ты убила его, и его сила досталась тебе,
— Я помню, как она произносила свою злодейскую речь и объясняла все это, пока я была прикована цепью — сказала я, нахмурившись.
— Что, если сумасшедшая сука была права? Что, если, когда она умерла, ты действительно получила больше силы от нашей темной и злой королевы?
Я покачал головой. — Я не чувствовала себя по-другому, а я чувствовала себя по-другому, когда умерла Мать и Любовник смерти.
— Ты использовала некромантию, чтобы контролировать тысячи призраков. Ты бы почувствовала прилив большей силы во всем этом? — спросила она.
Это был хороший вопрос, умный вопрос. Именно такое мышление заставило нас оставить их обоих. Я посмотрела на Мику и Никки, которые все еще стояли ближе всего ко мне в коридоре. — Что вы думаете?
— Я думаю, это то, что мы должны обсудить с Жан-Клодом — сказал Мика.
— Да — сказал Никки.
— Вы говорите, что львица Аниты создала в ней настоящего самца-льва? — Спросил Натаниэль.
— Нет, — сказала Родина, — я думаю, что львица создала мысль или сообщение для Аниты.
Я кивнула. — Она хочет приятеля. Она хочет, чтобы я нашла льва-самца, который будет моим зверем. Она устала ждать, или нуждается в поддержке, или что-то в этом роде.
— Я почувствовал это, когда самец заревел в Аните. Я почувствовал это почти как удар — сказал Никки.
— Это типично, когда на тебя ревет другой лев? — Спросил Мика.
— Нет, я Рекс нашего прайда; ни у кого нет такой силы здесь.
— У Аниты есть — сказала Родина.
— Не так, она делает не как лев, — сказал Никки.
— Но она не просто оборотень, — сказал Ру. — Она наша злая королева возрожденная или перевоплощенная.
Родина кивнула. — У нашей злой королевы было достаточно силы, чтобы призвать любых кошек, больших или маленьких.
— Я действительно хочу, чтобы вы перестали говорить злая королева каждый раз и говорили просто королева.
Родина одарила меня улыбкой, которая была отчасти радостной и отчасти злой, той улыбкой, которая была у ее брата на лице, когда он поил меня кровью Домино. Я боролась изо всех сил, чтобы не задрожать, но потерпела неудачу. Она знала, что пугает меня. Она наслаждалась этим.
— Но, Анита, — сказала она сладким голосом, — мы не хотим справедливой королевы, чтобы просто следовать за ней. Мы, Арлекин, хотим вернуть нашу чертову королеву зла.
— Тогда я не та девушка.
— О, Анита, не скромничай. Я видела, как ты выпила
— У меня не было других вариантов, чтобы спасти наши жизни — сказала я.
— И ты была достаточно безжалостна, чтобы использовать черную магию.
— Это не черная магия — сказала я.
— Ну, это точно, как и ад не белый.
— Это экстрасенсорные способности, а не магия.
— Скажи помидор или томат; но это все еще красный, мягкий овощ.
— На самом деле, это ягода — сказал Брэм.
Мы все посмотрели на него.
Он выглядел более близко к смущенному, чем я когда-либо видела его. — Ну, это ягода.
— Хорошо — сказала я.
Родина засмеялась. — Ягоды или овощи, это все еще темная магия, и ты — первый полноценный некромант за тысячи лет, Анита. На YouTube есть видео о том, как ты подняла армию зомби в Колорадо.
— Любовник смерти собрал армию нежити. Я должна была что-то сделать, чтобы они больше не убивали людей.
— Твои мотивы были хорошими — сказала Родина.
— Ты спасла сотни жизней, Анита — сказал Мика.
— Я не сомневаюсь в этом — сказала Родина.
— Тогда в чем твоя проблема? — спросила я.
Она снова улыбнулась этой счастливо-злобной улыбкой. — У меня нет проблем с тем фактом, что ты — злая королева в этой истории; это у тебя есть проблема с этим.
— Анита не зло, — сказал Мика.
Родина пожала плечами. — Некромант, суккуб, может питаться гневом и высасывать жизненную силу прямо из кого-то. Что в этом списке делает ее не нашей злой королевой?
— Она не пользуется своей силой только для того, чтобы причинить нам боль, — сказал Ру мягким голосом.
Родина оглянулась на своего брата.
Он выглядел неловко, как будто что-то на ее лице не порадовало его, но он заговорил перед лицом неодобрения своей сестры. — Не сила делает кого-то злым; а то, что они делают с этой силой.
— Хорошая мысль, брат, но ты знаешь, что говорится о развращении власти.
— Да, но я был не так счастлив с нашей старой королевой, как ты и Родриго. Она была мелочной, вспыльчивой, безумной и имела достаточно силы, чтобы разрушить мир. Мы все ее боялись, даже ты.
— Злых королев нужно бояться.
— Это моя точка зрения, сестра. Анита очень усердно работает, чтобы быть правильной и справедливой, а не пугающей.
— Значит, ты говоришь, что она хорошая королева — белая, а не черная?
— Да.
Было интересно наблюдать, как они говорят обо мне, словно меня там не было, но Ру, похоже, выиграл спор, и я хотела, чтобы он победил, поэтому просто слушала. Мы все слушали их, брат и сестра говорили так, как будто никто из нас не имел значения в тот момент, кроме их двоих. Интересно, скучали ли они по Родриго в эти моменты брат-сестра?