Змеевик
Шрифт:
— У меня была растраченная в пустую молодость — сказал Никки, совершенно не изменив интонации.
— Я единственный, кто никогда не встречался с тем же полом?
— Я не встречался, меня подцепили на крючок, но да.
Бернардо посмотрел на всех нас и сказал: — Когда я встретил Аниту, она была как неприкасаемая девственница, а я был шлюхой. Когда я стал более консервативным?
Я засмеялась над смятением на его лице, и остальные присоединились ко мне.
— Поверь мне, Бернардо, я никогда
— Итак, вы все честно говорите мне, что это не имеет большого значения, встречаетесь ли вы с мужчинами или женщинами? В самом деле?
— Женщины бывают сумасшедшими суками, а мужчины глупые; это все сложно — сказала я.
— Именно то, что она сказала, — подтвердил Никки.
Мика только кивнул.
Бернардо засмеялся. — Я все слышу о женщинах в твоей жизни, Анита, но я не поверю в это, пока не увижу сам.
— Ты никогда не увидишь, чем я занимаюсь со своими подругами, Бернардо. Фантазируй в свободное время.
Он покраснел, не знала что это возможно. — Я не это имел в виду.
— Ой, ты же не в серьез. — Я слегка ударила его в плечо. — Теперь мы действительно друзья.
Он снова засмеялся. — Не убирай меня в ящик для друзей.
Я улыбнулся ему. — Как будто это впервой для тебя?
Он кивнул, смех угас до по-настоящему милой улыбки: не той, которую он практиковал бы в зеркале каждое утро, и не той, которая, странным образом, превращала женщин в лужи желания, а просто улыбка без какой-либо цели. Мне повезло увидеть Бернардо, когда он не притворялся.
Никки предложил остаться в холле с сумками, пока мы получали ключи, но я сказала: — Если Натаниэль действительно расстроен, это может занять некоторое время.
— Со мной все в порядке. Иди, делай то, что должна — сказал он. Я знала, что отчасти с Никки так легко в отношениях, потому что он был моей Невестой. Мое счастье, мое душевное спокойствие были действительно важнее его собственного, но было приятно, что в моей жизни был хотя бы один человек, у которого были более низкие требования, а не высокие. Я хотела поцеловать его на прощание, чтобы показать, насколько я его ценила, но он покачал головой. — Я работаю.
Я кивнула и пошла рука об руку с Микой к бассейну. Брэм шел впереди нас, открывая боковую дверь, ведущую наружу сквозь, почти полностью стеклянную, стену.
— Когда мы искали Натаниэля в последней поездке, он обычно был в бассейне, — сказал он.
— Потому что вы оба работали — сказала я.
— Да — сказал Брэм, ведя нас по дорожке с огромными тропическими насаждениями с обеих сторон.
— Это была командировка; Натаниэль знал это. Это даже была его идея поехать со мной — голос Мики звучал раздраженно.
— Но это не командировка, и он снова один в бассейне — сказала я.
Мика
— Если ты выйдешь туда злой, то будет ссора. Ты хочешь этого?
Он остановился так резко, что Бернардо чуть не столкнулся с нами.
— Вам нужно уединение? — спросил он.
Брэм просто остановился, как хороший телохранитель. Действительно хорошие телохранители, могут заставить вас забыть о своем присутствии.
Мика покачал головой и посмотрел на меня. Его челюсть была в том положении, которое давало мне знать, что он был в гневе или упрямился. Иногда это было полезно для дела, иногда нет. Его упрямство было похоже на мое, отчасти ценное качество и отчасти недостаток, в зависимости от того на какой стороне ты находишься.
Я наблюдала, как напряжение покидало его лицо, и чувствовала, как оно покинуло его руку.
— Нет, я не хочу ссориться с Натаниэлем.
— Хорошо, я тоже.
— Я не мог просто оставил Энди в баре на произвол судьбы. Моя работа — помогать таким людям, как он.
— Твоя работа не заключается в том, чтобы развозить по домам пьяных незнакомцев, занимающихся саморазрушением — сказала я.
— Значит, ты согласна с Натаниэлем, что я должен был просто оставить Энди одного с его проблемой?
— Нет, потому что, если его секрет будет раскрыт, тогда он подвергнет опасности всех остальных на острове, поэтому я не против помощи ему в этот раз.
— Разве его жена не сказала, что она звонила другим людям, и они отказались привезти его в этот раз? — спросил Бернардо.
Мика посмотрел на него, и даже сквозь солнцезащитные очки это было не совсем дружелюбно.
— Извините, если это не мое дело.
— Так как ты поехал вместе с нами ему на помощь, то у меня все о'кей с этим, — сказала я.
Мика резко вздохнул. — Каково твое мнение, Бернардо?
— Жена, Кристи, сначала позвонила друзьям и семье, верно?
— Полагаю — сказал Мика.
— Людям, которые больше всего пострадали бы от всей этой змеиной истории, не так ли?
Мика кивнул.
— Но они были готовы позволить ему шататься там. Спроси себя, сколько раз они уже возвращали его задницу? Сколько раз его выручали и приводили домой?
— Наверное, много — сказал Мика.
— Не наверное, Мика. Они были готовы раскрыть семейную тайну, рискнуть всеми ими, вместо того, чтобы пойти за Энди еще раз. На такое пойдешь, только после нескольких лет подобного дерьма.
— Ты говоришь из собственного опыта? — спросила я.
— Не я, но моя мама. Вот почему я прожил в приемной семье до восемнадцати лет и потом пошел в армию.