Змея
Шрифт:
— Идите осторожнее, мистер.
Его руки были в карманах и их можно было достать с оружием или без. Но я пошел с ним вместе. Потом мы дошли до какой-то арки, где второй парень с отсутствующим видом изрек:
— У него с собой игрушки. Ты пощупал его?
— Давай сам.
Он знал, где искать мой 45-й, и тот оказался в его кармане.
— А теперь поехали, у нас машина.
Они привезли меня на Лонг-Айленд, где дома собирались сносить, чтобы построить фабрику. Машина остановилась, и они довели меня до дверей, ни на
— Как ты, котенок?
Она кивнула. Самый огромный буркнул: Ты — Майкл Хаммер?
Я пошел напролом.
— А ты — Дел Пеннер?
Он стал серьезным.
— Он чист?
Оба у двери кивнули. Один достал мой 45-й. Ты слишком просто попался, Хаммер.
— В чем дело, Пеннер?
Ты послал ее разузнать все про меня. Зачем?
— Потому что кто-то наступает мне на пятки, парень. «Детская ручка» отдал концы, а ты, я слышал, на его месте. Мне не нравится, когда меня толкают. Что скажешь, Дел?
— Тебя не только толкают, тебя убьют, Хаммер. Говорят, что ты получил какое-то удостоверение и что для того, чтобы пришить тебя, нужно устроить большой шум. Не то чтобы тебя нельзя было пришить, но кому-то нужен большой шум. Ну ладно, зачем ты появился у нас?
— Значит, ты занял его место?
— Да. Дальше.
— Кто такой Декерсон?
Они переглянулись прежде, чем Дел решил ответить. Наконец, он нашел слова.
— Ты действительно кое-что слышал. Никто не знает, кто он такой.
— Ты эту комедию сам затеял?
— За это можешь ручаться. Когда эта девчонка начала тут пищать, я решил узнать причину ее писка. Я знаю все: и о комнате, и о Левите, и о Каниа. Тут он крутился с пулей в кишках. Она сказала, что ты приказал ей найти меня. Насчет тебя у меня пока нет никаких указаний. Но, как я уже сказал, когда кто-то шумит по моему адресу, я хочу знать — почему.
— Может быть, ты сделал кому-нибудь любезность?
— А что ты имеешь в виду?
— Ну, как «Ручка», который кому-то делал одолжение и со шел со своего пьедестала, чтобы умереть.
Тишина была гнетущая. Дел Пеннер просто уставился на меня, не до конца поняв, что я имею в виду.
— Предупреждаю, Хаммер, не поднимай возни вокруг меня.
Я думаю, что тебе платят тысяч пятнадцать в месяц. За десять процентов — скажем, тысяча пятьсот долларов — вы с девчонкой покойники, и никакой грязи на моем маникюре. Ясно?
Я положил обе руки на стол и наклонился к нему.
— А сколько стоишь ты, Дел?
Он уставился на меня. Потом его глаза вдруг стали очень светлыми.
— Пойдем, Велда. Ребята отвезут нас домой.
Они довезли нас до Манхэттена и тонкий буркнул:
— Вытряхивайтесь.
— Давай оружие.
— Это
Я оставлю его как сувенир.
Я приставил 32-й к его шее, а Велда перекатилась на сидении и нацелилась на второго. Он очень быстро достал 45-й. Облизав губы, хотел что-то сказать. Парень впереди молчал.
— Слушай, старина…
— Я так просто не попадаюсь, передай своим.
Машина отъехала, а я повернулся к Велде.
— Ты что, случайно?
— Просто за семь лет… хотела проверить… Ты готов или…
— Не знаю, что сделать сначала: поцеловать тебя или отшлепать.
— Лучше поцелуй.
— И не проси, скверная девчонка.
— Тогда отшлепай, если это единственный путь к твоему сердцу.
Ресторан Тедди был далеко за городом. С первого взгляда он не внушал вам доверия, но обслуживали там превосходно. Цинтия и Адаме помахали мне и Велде, мы подошли и уселись за их столик. Прежде, чем мы раскрыли рты, Адаме заказал нам по бифштексу и стакану красного, а потом буркнул:
— Ужинать или за новостями?
— За тем и за другим.
— Понимаешь, Дисой тут устроил целые раскопки. Он добрался до меня и я тоже заинтересовался. А тут вдруг всплыли какие-то пикантные штучки.
— Когда это может пойти в печать?
— Когда я все это разберу.
Дисою не сиделось.
— Ну и ну, Майкл! На ней больше грязи, чем на одежде угольщика. Это просто шлюха. А знаешь, кто нам все это выдал?
— Цинтия?
— Заткнись! Мы нашли тех девушек, которые с ней работали, но они уже ни на что не годятся, кроме дома для престарелых. Она, конечно, участвовала в шоу, но для нее это не было источником хлеба насущного. Салли была высокооплачиваемая шлюха. Она крутилась с сильными мира сего, потом влюбилась и снюхалась с фарцовщиками.
Велда смотрела на меня, потрясенная.
— Если она была в воровской шайке, то как она сумела выйти замуж за Торренса, который так порядочен? Это неправдоподобно.
— Нет, правда. Он попался в ее сети, когда был еще ассистентом. Тогда она была куколкой, а ты знаешь, что делают куколки с нашим братом. Они стали… хм… друзьями. Потом он женился на ней. Я могу назвать тебе несколько пар в политических кругах, чьи жены были взяты прямо из дома свиданий. Это не такая уж необычная штука. Он отложил вилку и отхлебнул вина.
— А дальше что, шантаж?
— Не знаю, — признался я.
— Ну, а еще скажи, чего ты хочешь?
Торренс теперь большая шишка, верно? Он сказал, что на него было покушение ребят, которых он в свое время помог упрятать.
— Ну, у всех политиков и юристов было такое.
— И все, конечно, не устраивали из-за этого скандала?
— Ну и что?
— Я хочу проверить все его дела, которые он вел в суде, и тех ребят тоже. У тебя остался материал?
Тогда закончим вечер в моей конторе. Вперед! — Дисой встал.