Зодчие
Шрифт:
"Буду тебя учить! Старайся - знатным мастером вырастешь!"
С того дня повернулась ко мне моя судьбина лицом: взял меня Феофан Гусев в ученики. Правду говорят: "От счастья и под колодой не ухоронишься!"
Повелел мне Гусев обучиться грамоте:
"Не умея читать-писать, никогда дельным мастером не станешь!"
Знаемый мною грамотей обучил меня чтенью и письму и, спасибо доброму человеку, ни копейки за то не взял.
Стал я все уведанное записывать, а то ведь в уме что на песке: подул ветерок - унес! И много за жизнь свою доброго
– За ваши премудрые поученья всем вам, старым мастерам, не один я, а вся русская земля спасибо скажет!
– горячо отозвался Андрей.
Зодчие испуганно оглянулись: им показалось, что в лесу хрустнуло раз-другой... Наступила долгая тишина. Булат чутко прислушивался. Снова шорох за стволами дерев, окружавших поляну.
– Тише!
– шепнул Никита.
– Боюсь беды... Ах, жалко, песика у нас нет! Он бы предостерег.
– Опасаешься татар?
– Чудится мне, крадутся в лесу...
– Булат присмотрелся к просвету между стволами и вскочил с отчаянным криком: - Беги, сынок, беги!
На поляну ворвались татары. Нападающих было человек пятнадцать. В овчинных тулупах, в войлочных малахаях34, со злыми смуглыми лицами, с черными косыми глазами... В руках виднелись кривые сабли, у иных были кистени, арканы.
С криком "Алла, алла!" разбойники бросились к Никите и Андрею.
Голован схватил лежавший наготове лук. Стрелы засвистели одна за другой. Два татарина рухнули наземь, третий с воем схватился за плечо, в котором засела гибкая стрела.
Татары исчезли в чаще, будто их и не было.
– Отбились!
– торжествующе воскликнул Голован.
– Плохо ты татар знаешь, - с горечью возразил старик.
– Они нас обходят, чтобы с тылу напасть.
Предположение Никиты оказалось верным. Сзади, из ближних кустов, выскочили сразу трое. Они появились так внезапно, что Голован не успел поднять лук.
Схватились врукопашную. Один подмял Булата, двое с торжествующим гиком стали крутить Андрею руки за спину. Отчаянным усилием парень вырвался, стукнув одного татарина о другого. Молодой и проворный, он увернулся еще от двух-трех врагов, выбежавших из лесу, нырнул под брошенным арканом. Беглец почти достиг леса, но из-под громадной ели, взвизгнув, выскочил старый татарин. Свистнула сабля, и Андрей покатился в траву с рассеченной головой. Татарин вытер саблю о полу халата, равнодушно взглянул на распластанное тело и заспешил к своим, которые, дико галдя, вырывали друг у друга скудную добычу.
* * *
Шайка разбойников - деренчи - насчитывала человек пятьдесят. В большинстве это были бедняки - байгуши. Чтобы поразжиться и заплатить долги казанским богачам, они пустились в набег на Русь. Пробравшись между редкими сторожевыми заставами, деренчи обходили города и большие села, нападали на малолюдные деревни и одиноких путников.
Никиту притащили в татарский стан, там он встретился с несколькими десятками товарищей по несчастью.
Булат оказался последней жертвой деренчи. Наутро они собрались
Осмотрев полонянников, атаман шайки ткнул пальцем в нескольких слабых и раненых. Татары оттащили их в сторону и зарезали.
Остальных привязали арканами к седлам, вскочили на малорослых косматых лошаденок и двинулись рысцой. Чтобы поспеть за конными, русским пришлось бежать.
Задыхаясь от напряжения, весь потный, с сердцем, которое, казалось, пробьет ребра, Булат бежал за конем татарина, которому достался по жребию.
Никита бежал, и в воспаленном мозгу вертелась неотвязно одна мысль: "Убили Андрюшу, убили!.. Золотую голову загубили!.."
К полудню деренчи забрались в потаенное место и сделали привал до вечера. В дороге они зарезали трех женщин и подростка, которые не могли выдержать бег - упали и волочились на арканах.
Отдышавшись, Булат подошел к толпе полонянников и сказал торжественно:
– Житие просторное кончилось, братие! Великие страдания предстоят нам...
* * *
Рана Андрея оказалась не смертельной. Крепка была русская кость, да и в руке татарина, видно, не стало прежней силы. Сабля скользнула вкось, разрезала кожу и слегка повредила череп. Опасность грозила от другого: раненый потерял много крови.
Часа через два после ухода татар Голован очнулся от ночного холода: разбойники стащили с него все, кроме рубахи и портков.
Расслышав журчанье ключа, юноша со стоном пополз к нему. Несколько раз теряя сознание и снова приходя в себя, Андрей добрался до родника, зачерпнул горстью воды, напился. Отдышавшись, залепил рану илом и впал в забытье...
Глава X
ХОЛОП КНЯЗЯ ОБОЛЕНСКОГО
Голован остался бы на лесной полянке навек, да спас захожий бортник35. Разыскивая в лесу ульи диких пчел, он набрел на раздетого человека. Бывалый лесовик умел лечить раны. Соорудив волокушу36, он притащил Андрея на пасеку и выходил его.
– А ты не вовсе бедовик, паря, - сказал он, когда Голован уже мог разговаривать.
– Видать, твои красные дни впереди!
– Это как кому на роду написано!
– отвечал Андрей.
– Вот наставника моего Булата угнали басурманы - я б за него семь раз смерть принял!
– Об нем горюй не горюй: из татарских лап не вырвешь, разве только выкупишь.
– У меня ни алтына...37
– Тогда распростись довеку.
Слова бортника, однако, вселили надежду в душу Андрея. Он твердо решил пойти в Москву, заработать денег и выкупить учителя из плена.
Отблагодарив мужика за добро и заботы, получив от него лапти, рваный армяк да котомку сухарей, Голован отправился в дальнюю дорогу.
Питаясь подаянием, работая у зажиточных мужиков, Андрей подвигался к Москве.
Беда настигла его невдалеке от Мурома.
Голован шел по пустынной дороге, когда показались всадники в теплых кафтанах, в кожаных шапках. Все они были хорошо вооружены: в руках бердыши и рогатины, за плечами луки. Голован сошел в сторону. Но конники окружили его.