Золотая дева
Шрифт:
Дольский ностальгически вздохнул.
— А из ваших сотрудников кто туда ездил в последнее время? — спросил Антон, возвращая Ивана Степановича в действительность.
— Аделаида Сергеевна, конечно, — сразу же ответил Дольский. — Она — наше всё. Я без неё, как без рук. Очень ответственная дама.
— А ещё?
— Ещё? — Дольский наморщил аристократичный лоб. — Ещё я Дашку посылал туда раза три за копиями губернских ведомостей за девятнадцатый век.
— Понятно, — кивнул Антон. — Вы позволите мне украсть
Вместо ответа Иван Степанович прижал руки к груди, и изобразил на лице искреннюю расположенность к органам правопорядка. Антон откланялся и вышел из кабинета.
Аделаиду Сергеевну Антон отыскал в правом крыле здания, где располагались запасники музея. Заместитель директора с придирчивой внимательностью вглядывалась в открытые ящики, тесно стоящие на полу, и делала пометки в своём огромном блокноте.
— Экспонаты для Франции? — спросил Антон деловито.
— Вы хотели спросить о чём-то другом, — не оборачиваясь, холодно сказала музейная фея, переходя к очередному ящику. — Спрашивайте, господин капитан. У меня крайне мало времени.
— У нас принято говорить «товарищ капитан», — поправил Антон.
— Я думала, с «товарищами» у нас покончено, — обернулась наконец Аделаида Сергеевна. — Задавайте ваши вопросы, капитан.
Антон раскрыл папку и протянул ей фотографию, но дама в чёрном не приняла снимка, лишь мельком взглянув на изображение.
— Кто это? — спросила она, переводя взгляд на ящики.
— Вообще-то, это я хотел спросить у вас, кто это? — сказал Антон, не опуская фотографии.
— Почему вы решили, что я знаю эту девочку?
— Потому, что это сотрудница областного архива Екатерина Свирская, — пояснил Антон.
— Я не обязана знать всех тамошних сотрудниц, — с плохо скрываемым раздражением бросила Аделаида Сергеевна.
— Что ж, спасибо, вы очень помогли следствию, — с вежливой холодностью произнёс Антон, возвращая фото обратно в папку. Однако, фото выскользнуло из папки и, планируя, упало на засыпанный стружками пол. Антон присел, чтобы подобрать оброненный снимок и незаметным движением прилепил горошину микрофона внутрь пузатой вазы, уложенной в длинный деревянный ящик, похожий на гроб.
Не прощаясь, Антон повернулся и покинул запасники. «Старая ворона, — подумал он с неожиданным ожесточением. — Наверняка ведь узнала Свирскую. Не хочет лишних вопросов с моей стороны? Или тут что-то другое? Ладно, поживём, увидим».
В вестибюле Антон нос к носу столкнулся с Костей. Вполголоса чертыхаясь, тот перемещал по полу что-то громоздкое, поставленное на низкую транспортировочную платформу. Увидев Антона, Костя остановился и вытер со лба трудовой пот.
— Антон Васильевич?! — тихо изумился он. — Как вы здесь? Разве расследование не закрыто?
— Некоторые формальности, — улыбнулся
— И как?
Антон обречённо махнул рукой.
— Единственная, кто мог иметь с ней реальный контакт, это ваша Аделаида. Но она даже и бровью не повела.
— Графиня вам ничего и не скажет, — вздохнул Костя.
— Графиня?
— Её так за глаза называют, — тихо сказал Костя, быстро оглядываясь. — Здесь все её немного боятся.
— В это нетрудно поверить, — кивнул Антон. — А скажи-ка, дружище, зачем ты растрепал Даше про наши питерские дела?
Костя виновато потупился.
— От Дашки сложно утаить, — промямлил он. — Она же, если захочет, и душу вынет.
— Ясно, — усмехнулся Антон. — Надо было в Питер не тебя брать, а Дашу.
Костя виновато вздохнул.
— А тебя, я вижу, тоже запрягли к поездке готовиться? — спросил Антон, разглядывая странную штуковину на тележке. Штуковина напоминала крепостную башню в миниатюре. У ворот «башни» толпились бронзовые фигурки конных и пеших рыцарей, а на мраморном балкончике дамы и кавалеры замерли в величавых позах.
— Это часы каминные, — пояснил Костя. — Германия, восемнадцатый век. Каждые полчаса ворота должны распахиваться, открывая циферблат, а фигурки двигаться в такт часовому бою. Только вот, ни фига тут не распахивается и не движется, а графиня велела всё починить до субботы. Осталось, считай, два дня, а тут и конь не валялся. Одна ржавчина да паутина.
Костя сокрушённо вздохнул, а Антон похлопал приунывшего парня по плечу.
— Дерзай, — сказал он. — Руки у тебя золотые, авось, и заработают часики.
Он попрощался с Костей и вышел прочь из особняка.
2
Сев в машину, Антон покатил к выезду из поместья. Однако, отъехав от ограды до ближайшего поворота, свернул на обочину, выключил двигатель и просигналил. Придорожные кусты немедленно зашевелились, разверзлись — и оттуда, отряхивая штанины, появился лейтенант Болтухин.
— Блин, кэп, — посетовал он, подходя к дороге. — Я больше в засаде тут не останусь: у вас здесь не муравьи, а людоеды какие-то. Задержись вы на полчаса, они обглодали бы меня до скелета.
— Надо быть ближе к природе, лейтенант, — заметил Антон, выходя из машины. — Обратный путь мы проделаем пешком. Вернуться в имение предстоит нелегально.
— Охрану на входе нейтрализуем? — плотоядно осведомился лейтенант, поигрывая неразлучным кастетом.
— Вас, гражданин Болтухин, не учили в школе милиции, что нарушать уголовный кодекс грешно? — строго спросил Антон. — Как квалифицируется нападение с применением холодного оружия?
— Статья 162, вооружённый разбой, — уныло вздохнул Болтухин, пряча кастет.