Золото стрелка Шарпа
Шрифт:
Защитники португальской твердыни выглядели под стать своим укреплениям. Рота легкой пехоты прошла через первые ворота, углубилась в туннель, там дважды повернула направо под первой массивной стеной, и наконец Шарп увидел португальцев. Зрелище радовало глаз: эти люди ничем не напоминали сброд, который называл себя испанской армией. Держались они солидно, уверенно. Видимо, знали себе цену и не боялись скорого французского натиска на огромную гранитную звезду.
В это время дня на горбатых улицах было мало гражданских, и Шарпу казалось, будто Альмейда ждет, затаив дыхание, какого-то
Бригадир Кокс – англичанин, командующий гарнизоном, – выбрал для своего штаба вершину холма, однако Шарп разыскал его не там, а на главной площади. Бригадир наблюдал за солдатами, которые вкатывали в двери собора бочки с порохом. Шарп отдал ему честь; долговязый подтянутый Кокс ответил тем же.
– Рад познакомиться, Шарп. Большая честь. Наслышан о Талавере.
– Благодарю вас, сэр. – Шарп поглядел на бочки, исчезающие в сумраке собора. – Похоже, вы готовитесь всерьез.
Кокс кивнул с довольным видом.
– Да, Шарп, всерьез. Загрузились по планшир, можно ставить паруса. – Он указал подбородком на храм. – А это наша крюйт-камера. – Заметив недоумение на лице Шарпа, бригадир рассмеялся: – Лучшая португальская крепость – и негде укрыть огнеприпасы. Можете себе представить? Хорошо хоть этот собор сгодился. Стены как у Виндзорского замка, а крипты будто казематы. Да нет, Шарп, я не жалуюсь. Пушек хватает, припасов – вволю. Задержим лягушатников месяца на два. – Он пристально посмотрел на выцветший зеленый китель капитана. – Впрочем, лучшие стрелки нам не помеха.
Шарпу живо вообразилось, как его роту отправляют на земляные работы, и он поспешил сменить тему:
– Сэр, мне приказано доложить о прибытии майору Керси.
– А! Нашему разведчику! Он сейчас ближе всех к Богу. – Кокс опять рассмеялся.
– Простите, сэр? – не понял Шарп.
– На верхушке замка. Это где телеграф, заблудиться невозможно. В замке вашим ребятам можно позавтракать.
– Спасибо, сэр.
По спиральной лестнице Шарп поднялся на дозорную башню к мачте. Выйдя под лучи раннего солнца, он понял, что подразумевал Кокс под близостью к Богу. За деревянным телеграфом с четырьмя неподвижными пузырями – точь-в-точь как над штабом Веллингтона в Келорико – виднелся невысокий человек, стоявший на коленях перед морским телескопом. Рядом лежала Библия.
Шарп кашлянул, и невысокий офицер открыл сверкающий глаз.
– Да?
– Шарп, сэр. Южный Эссекский.
Керси кивнул, закрыл глаз и вернулся к молитве. Теперь его губы шевелились вдвое быстрее прежнего. Закончив, майор глубоко вздохнул, улыбнулся небесам так, будто хорошо исполнил свой долг, и повернулся к Шарпу с неожиданно свирепым выражением на лице.
– Керси. – Кавалерист встал, клацнув шпорами о камень. Он был на фут ниже Шарпа, но, по всей видимости, нехватку роста восполняла кромвельская пылкость и прямота. – Рад познакомиться, Шарп. – У майора оказался грубый голос, в коем не звучало
– Благодарю вас, сэр. – Шарп хмыкнул про себя: Керси расщедрился на похвалу с таким видом, будто собственноручно захватил дюжину, если не две, французских «орлов» и теперь решил подбодрить зеленого новобранца.
Майор закрыл Библию.
– Шарп, вы молитесь?
– Нет, сэр.
– Христианин?
Странно слышать такие вопросы, когда решается судьба целой кампании, но Шарпу доводилось встречать офицеров, бравших с собой на войну веру, как запасное оружие.
– Думаю, да, сэр.
Керси фыркнул.
– А вы не думайте! Вы или причащены крови агнца, или нет. Ладно, об этом после поговорим.
– Да, сэр. Тут и впрямь надо кое-что решить, сэр.
Керси метнул в Шарпа обжигающий взгляд, но решил не спорить.
– Рад, что вы здесь, Шарп. Можно выходить. Знаете, что будем делать? – Не дожидаясь ответа, он сказал: – За день дойдем до Касатехады, заберем золото, доставим к британской передовой, а что дальше – нас не касается. Ясно?
– Никак нет, сэр.
Керси уже направился к винтовой лестнице, но, услышав эти слова, остановился и круто повернулся к стрелку. В черном длинном плаще майор смахивал на злобную летучую мышь.
– Что вам непонятно?
– Где золото, кому принадлежит, как забрать, куда доставить, что известно противнику, почему мы, а не кавалерия. А самое главное, сэр, зачем оно понадобилось.
– Зачем понадобилось? – озадаченно переспросил Керси. – Зачем понадобилось? Не ваше дело, Шарп.
– Теперь ясно, сэр.
– Зачем понадобилось! – кипятился Керси, отходя к зубчатой стене. – Это испанское золото. Пускай с ним делают что захотят. Покупают новые дурацкие статуи для римской церкви. Если захотят. Но не захотят. – Он заперхал; Шарп в первый момент испугался, а затем понял, что майор смеется. – Купят пушки, Шарп. Чтобы французов бить.
– А я думал, сэр, золото – для нас. Для англичан.
«Точно собака кашляет», – подумал Шарп, слушая хохот майора. Керси аж присел, держась за живот.
– Простите, Шарп. Для нас? Что за странная идея? Это испанское золото, испанцы его и получат. А мы – ни гроша. Еще чего! Мы только доставим его в целости и сохранности в Лиссабон, а оттуда корабль его величества перевезет золото в Кадис. – Керси снова залаял-заперхал, повторяя визгливо: – Для нас! Для нас!
Шарп рассудил: не время и не место втолковывать майору, что он ошибается. Неважно, что этот Керси думает, главное – переправить золото через реку Коа.
– Сэр, где оно сейчас?
– Я же сказал. В Касатехаде. – Веселость уступила место злости – видимо, Керси решил, что Шарп заподозрил его в нежелании делиться драгоценными сведениями. Но он тут же сменил гнев на милость, уселся на краю смотровой площадки и, вороша страницы Библии, сказал: – Золото – испанское. Правительство отправило его в Саламанку как жалованье армии. Армию разбили, припоминаете? И теперь у испанцев проблема. Уйма деньжищ у черта на рогах, где раньше были свои, а нынче кишмя кишат французы. К счастью, нашелся добрый человек. Он припрятал золото, а я предложил выход.