Золотой вулкан
Шрифт:
После полудня Бен Раддль отправился в контору нотариуса и справился о правах владения, которые оказались в полном порядке. Большого масштаба план с точностью определял положение приискового участка N 129. Он находился в сорока двух километрах от форта Кудахи — городка, основанного Гудзоновской компанией на правом берегу Форти-Майльс-Крик, одного из бесчисленных притоков большой реки Юкон. Протекая по восточной части территории Канады, Юкон орошает Аляску, и воды его, канадские в верхнем течении, в нижнем течении стали американскими, после того как эта обширная область
— Вы не заметили одной довольно любопытной особенности, господин Снуббин? — сказал Бен Раддль, рассмотрев карту. — Форти-Майльс-Крик пересекает до своего впадения в Юкон сто сороковой меридиан, выбранный пограничной линией между Канадой и Аляской. А этот меридиан сливается с восточной границей нашего участка, который, таким образом, расположен с математической точностью на общей границе обеих областей.
— В самом деле, — подтвердил нотариус.
— Право, — заметил Бен Раддль, продолжая свое рассуждение, — это положение кажется мне с первого взгляда очень благоприятным. Нет основания думать, чтобы Форти-Майльс-Крик находился в менее благоприятных условиях, чем реки Клондайка или их приток Бонанца, или же такие притоки этих притоков, как Виктория, Эльдорадо и другие, столь богатые золотом и столь излюбленные золотоискателями!
Бен Раддль пожирал глазами эту удивительную местность. Еще бы! Реки ее изобилуют драгоценным металлом, тонна которого, по таксе доусонской биржи, стоит два миллиона триста сорок две тысячи франков!
— Извините меня, господин Раддль, — заметил нотариус, — я хочу вас спросить: вы намерены сами эксплуатировать прииск Жозиаса Лакоста?
Бен Раддль сделал уклончивый жест.
— Дело в том, что господин Ским… — настаивал нотариус.
— Сумми не мог высказаться окончательно, — сказал Бен Раддль, — а я не берусь сказать свое мнение, пока не получу всех нужных сведений… И если окажется нужным, то я со своей стороны…
— Вы готовы были бы предпринять это далекое путешествие в Клондайк? — спросил нотариус Снуббин, качая головой.
— Почему же нет? Что бы ни думал Сумми, дело стоит того, чтобы из-за него похлопотать… Раз мы будем в Доусоне, то узнаем… Даже если и продавать этот прииск, то, согласитесь, чтобы определить его стоимость, лучше всего было бы его осмотреть.
— Нужно ли это? — заметил нотариус.
— Да, хотя бы для того, чтобы найти покупателя.
Нотариус собирался ответить, но ему помешал вошедший с депешей служащий.
— Если ехать только из-за этого, — сказал он, распечатав телеграмму, — то от такого труда может избавить телеграф, господин Раддль.
Сказав это, нотариус Снуббин протянул Бену Раддлю телеграмму, посланную восемь дней назад. Будучи передана из Доусона в Ванкувер, она теперь пришла в Монреаль по канадской телеграфной линии.
Телеграмма гласила, что «Англо-американское общество транспортирования и торговли», обладающее уже восемью приисками, эксплуатацией которых руководит капитан Хэли, предлагает купить приисковый участок N 129 Форти-Майльс-Крик за пять тысяч долларов, которые будут высланы по получении телеграммы о согласии.
Бен
— Что вы скажете на это, господин Раддль? — спросил нотариус.
— Ничего, — ответил инженер. — Достаточна ли предложенная сумма? Пять тысяч долларов — за прииск в Клондайке!..
— Всегда хорошо получить пять тысяч долларов.
— Десять — еще лучше, господин Снуббин.
— Очевидно. Я полагаю, однако, что господин Ским…
— Сумми согласится с моим мнением, если я сумею представить в его пользу достаточные основания. И если я докажу ему, что необходимо предпринять это путешествие, он поедет — не сомневайтесь.
— Он!.. — воскликнул нотариус. — Счастливейший, самый независимый человек, которого когда-либо приходилось видеть нотариусу за всю свою практику!
— Да, этот счастливый, независимый человек согласится ехать, если я докажу ему, что он может удвоить и свое счастье, и свою независимость… И потом, чем мы рискуем? Мы же всегда можем согласиться на предложенную синдикатом цену.
Оставив контору нотариуса, Бен Раддль, продолжая обдумывать принятое им решение, отправился ближайшим путем домой. Когда он подходил к дому на улице Жака Картье, его мнение сложилось окончательно. Он тотчас поднялся в комнату своего кузена.
— Ну что же? — спросил последний. — Ты видел нотариуса Снуббина? Есть что-нибудь новое?
— Да, Сумми, есть и новое, и новости.
— Хорошие?
— Великолепные.
— Ты рассмотрел права владения?
— Как следует. Они в полном порядке, и мы действительно владельцы приискового участка номер сто двадцать девять.
— Вот что увеличит наше состояние! — заметил, смеясь, Сумми Ским.
— Больше, чем ты полагаешь, может быть, — серьезно сказал инженер, протягивая кузену депешу «Англо-американского общества транспортирования и торговли».
— Да это восхитительно! — воскликнул последний. — Продадим как можно скорее наш прииск этой компании!
— Зачем уступать за пять тысяч долларов то, что может стоить гораздо больше? — возразил Бен Раддль.
— Однако, мой дорогой Бен…
— Однако твой дорогой Бен утверждает, что так дела не делаются. Чтобы не попасть впросак, необходимо видеть собственными глазами, убедиться, как говорят, воочию.
— Ты все свое…
— Больше чем когда-либо. Подумай, Сумми. Если нам делают это предложение, то лишь потому, что знают ценность нашего прииска, знают, что он стоит дороже. Вдоль берегов рек или в горах Клондайка есть немало свободных приисков…
— Почем ты знаешь?
— И, — продолжал Бен Раддль, — не слушая вопроса, — если общество, которое владеет уже несколькими приисками, хочет купить именно наш, то, конечно, предлагая пять тысяч долларов, оно имеет на это не пять тысяч, а десять, сто тысяч причин…
— …миллион, десять миллионов, сто миллиардов, — продолжал Сумми Ским насмешливо. — В самом деле, Бен, ты играешь цифрами.
— Цифры — это жизнь, мой друг, и я нахожу, что ты занимаешься ими слишком мало…
— А ты, может быть, слишком много.