Золотые сны
Шрифт:
По схеме все правильно, но ведь совершенно неизвестно, как будут развиваться события на практике. Насколько он знаком с ситуацией, основная борьба развернется между Воронцовым, Гаврюшиным и теперешним начальником Пилипенко. Допустим, у Пилипенко шансов мало, он всем изрядно надоел своим занудством, многим насолил, хотя определенное число сторонников у него есть. Лично Путинцеву Пилипенко не мешал, ничего плохого ему не сделал, но поддерживать Пилипенко означает, во-первых, прослыть ретроградом, а во-вторых, Воронцов действительно был на голову
Многие еще не раскусили, но Гаврюшин — прохиндей каких мало! Горл охват, наобещает с три короба, но ничего не сделает, интриган и склочник. И характер у Гаврюшина мстительный, злобный, хотя он строит из себя рубаху-парня. Внешне Гаврюшин привлекательный, даже не без обаяния, многим женщинам он неосознанно нравится, но Путин-цев-то хорошо знает волчью натуру Гаврюшина, давно понял, что тот подсиживает Пилипенко, по углам порочит Воронцова, чувствуя в нем соперника, словом, рвется к власти. Лично Путинцев никогда с Гаврюшиным не конфликтовал, хотя порою очень хотелось, не позволял себе подобной роскоши, опасаясь нажить врага.
Значит, эта часть вопроса решена, Путинцев будет голосовать за Воронцова, но тут возникает главная закавыка: как организуют выборы? Если голосование будет тайным — все прекрасно и замечательно! А если нет? Если Кочеткова, как обычно, закричит, что ей надо в парикмахерскую или в ателье, и женщины, а их большинство, ее поддержат? Им начхать, кто станет начальником, лишь бы не задержаться лишний час на работе. Что тогда? Каждый, естественно, будет на виду. Что может быть хуже открытого голосования!
Тогда уже опасно голосовать за Воронцова: если Гаврюшин одержит верх, он Путинцева с потрохами съест! И поддержать Гаврюшина нельзя — как потом смотреть в глаза Воронцову и его сторонникам?! Плюнуть на все и отдать голос Пилипенко? Но это же верный проигрыш с самого начала. Головоломка! Шарада!
Жили себе тихо, спокойно, так нет, придумали — выбирай руководителя! Другое дело, если бы пришел кто-нибудь из вышестоящей организации и сказал: «Вот вам, братцы, начальник — голосуйте!» И проблем никаких.
Говорят, человек должен действовать сообразно убеждениям, следовать велениям совести, чувствовать себя свободно и независимо. Великолепные слова! А материальную базу под эти слова подвели? Не подвели. Больше того. Сейчас повсеместно идет сокращение аппарата, где найдет себе Путинцев место, если возникнет конфликт с Гаврюшиным?
Нет выхода, прямо беда! Ни одна ЭВМ не справится, какую программу ей ни подсунь. Нет еще ЭВМ, которая разобралась во всех тонкостях и хитросплетениях и выдала однозначный ответ. Стоп! Есть такая ЭВМ — вот!
Путинцев хлопнул себя по голове и возбужденно вскочил с кресла.
— Ты что? — удивленно спросила жена, отрываясь от телевизора.
— Ничего! — весело ответил
ПУ!
В троллейбусе какой-то неуклюжий дядя наступил Коровкину на ногу. Факт сам по себе пустяковый, в часы пик всегда битком народу, но Коровкин огорчился. Наверное, причина огорчения крылась глубже, он сегодня на работе поцапался с шефом, остался некоторый осадок, поэтому мелочное происшествие так испортило настроение.
Дома жена Александра на его раздраженные жалобы не прореагировала, а велела мыть руки и садиться за стол. Пока супруги ужинали, Коровкин мрачно молчал и думал, что с женой ему не повезло: нечуткая, легкомысленная, ограниченная. Нет, не о такой жене мечтал Коровкин, надо было ему жениться на Верочке Антоновой, чудесная была девушка!
Но за чаем Коровкин отмяк душой и устыдился своих мыслей. Хорошая у него Александра, красивая, работящая, заботливая. А стычка с шефом и история в троллейбусе — сущие пустяки, не стоят они того, чтобы нервничать и переживать. И в Верочке Антоновой ничего чудесного нет, вертушка и неумеха, до сих пор замуж не вышла, это ли не симптоматично!
Коровкин решил пошутить и этим разрядить обстановку. Он сложил пальцы рук пистолетиком, навел его на жену, щелкнул и сказал: «Пу!».
Поначалу Александра отнеслась к выходке мужа недоуменно и равнодушно, как вдруг ее разобрала досада.
— Целый день как белка в колесе, — произнесла она недовольно. — На работе запарка, дома стирка, уборка, о еде надо позаботиться. Одни магазины чего стоят! А он, видите ли, приходит на все готовенькое и еще в тебя стреляет.
— Так это же шутка! — изумился Коровкин.
— Все равно. В каждой шутке есть доля правды. Я, между прочим, никогда в тебя не стреляла. Убийца! — И заплакала.
Коровкин ошеломленно крутил головой, пытался оправдаться, каялся, но успокоить разобиженную супругу ему удалось не скоро и с большим трудом.
Как ни странно, через несколько дней узкосемейная сценка стала предметом разговоров в учреждении, где Коровкин трудился. Информация поступила от Степановой, женщины любопытной и злоязычной.
— Коровкин чуть жену не убил! — возбужденно поведала она сослуживцам. — Мыслимое ли дело, из ружья в нее стрелял. К счастью, промахнулся. Его Александра соседке жаловалась, а та мне по секрету рассказала. Я с их соседкой вместе в школе училась. Мир тесен.
— Как?! Почему?! Откуда ружье?! — загалдели сотрудники.
— Ружье охотничье, на кабанов с ним ходит, — объяснила Степанова. — Соседка говорила, они мяса не* покупают, дичиной питаются. А стрелял, чтоб от жены избавиться. Наверное, в другую влюбился.