ЗОНД
Шрифт:
– Шутите?! – не поверила Ухура. – Пеналт обвиняет композиторов в воровстве? У кого, позвольте спросить?
– У Зонда, – мрачно ответил Райли. – Кстати, эти музыкальные темы...
Помните "слова" Зонда; "нет никакой опасности" и "мы
– Ухура! – взмолился Кирк. – Вы можете немного расслабиться? Кажется, мы подошли к гримерной. Что музыканты подумают?
Ухура остановилась и вздохнула.
– Да, вы правы.
В конце коридора офицеры Звездного Флота увидели маэстро Эспиносу и Дайяна, вскинувшего руку в приветствии.
Одна и та же клавиатура издавала одновременно две совершенно разные мелодии, каждая из которых повторяла характерные звуки Зонда.
Обе мелодии рождались под энергичным прикосновением к клавишам пальцев Яндры. Основная же тема звучала в игре оркестра, которым дирижировала Одри Бенар.
"После этого концерта Пеналт не высунет и головы, – подумал Райли. Сам он никогда не смог бы придумать эти космические вариации"
Ухура, которая очень сомневалась в успехе концерта, сейчас слушала, затаив дыхание. Даже невозмутимый вулканец наслаждался искусством Яндры.
Слушая произведение, Кирк все больше понимал, насколько точным было название этой композиции.
Когда раздались аплодисменты, капитан еще раз вспомнил "слова" Зонда, то, что им предшествовало,
Где-то в необозримых просторах Вселенной Зонд снова остановил свой бег и выдвинул знаменитый кристаллический сенсор. Он часто бывал в этом уголке галактики, но еще никогда не делал здесь остановки, только, разве что, для навигационных измерений. Не было здесь ни тех, кто что-то смыслил в Истинном Языке, ни тех, кто хоть как-то походил бы на создателей, привыкших к океанским просторам.
Вдруг Зонд услышал голоса примитивных существ, которые не только не укладывались в его схемы, но и пытались заговорить. Эти слова медленно продирались сквозь скопления звезд, стараясь не вызвать у Зонда агрессии.
Странник не стал кричать и даже не повысил голоса, потому что боялся испугать путешественников из металлических "пузырей".
Через полпарсека Зонд приблизился к тусклой бледно-зеленой планете, которая находилась в пять раз ближе к своему солнцу, чем планета создателей к своему. Вспомнив о целях и задачах, он стал аккуратно трясти молекулы атмосферы этой неизвестной планеты.
Даже понятливым океанским созданиям, каких Зонд не раз встречал на своем веку, потребовалось бы время, чтобы понять его новую страстную фразу:
– Не желаете ли поговорить со мной?